Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Научные публикации, Экономика и финансы
© Койчуев Т.К., 2007.
© Центр экономических стратегий при ПКР (ЦЭС), 2007.
© ОО «Экономисты за реформу», 2007.
Произведение публикуется с письменного разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 28 мая 2009 года

Турар Койчуевич КОЙЧУЕВ

Законы и закономерности экономического развития при социализме

Политэкономические очерки

ИЗБРАННЫЕ СОЧИНЕНИЯ. ТОМ I (продолжение книги)

 

 

Из первого тома сочинений Турара Койчуева. Первый том сочинений Турара Койчуева включает научные труды советского периода. Автор глубоко признателен спонсорам, благодаря поддержке которых изданы избранные сочинения. Научным учреждениям и вузам, государственным органам, независимым общественным организациям издание распространяется бесплатно

Публикуется по книге: Койчуев Т.К. Избранные сочинения. Том I. – Б: ЦЭС при ПКР, ОО «Экономисты за реформу», 2007. – 145 с.

УДК 338
    ББК 65.9(2Ки)
    К 59
    ISBN 978-9967-417-52-2

Центр экономических стратегий при Правительстве Кыргызской Республики
    Общественное объединение «Экономисты за реформы»

Печатается по решению ученого совета ЦЭС при ПКР.

Редакционная коллегия:

Акад. Т.К.Койчуев, д-р экон. наук Д.С. Джаилов, проф. К.Б. Гусев, Н.М Даровских


ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ
ГЛАВА I. СИСТЕМА ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ СОЦИАЛИЗМА
1. Исходное и основное производственные отношения социализма. Основной экономический закон.
2. Отношения планомерности в системе социалистических производственных отношений.
3. Социалистические производственные отношения в режиме оптимального функционирования.
ГЛАВА II. ВОПРОСЫ КЛАССИФИКАЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ЗАКОНОВ И ИССЛЕДОВАНИЯ ДЕЙСТВИЯ НОВЫХ ЗАКОНОВ И ЗАКОНОМЕРНОСТЕЙ
1. О классификации экономических законов социализма.
2. О проявлении действия законов и закономерностей экономического развития.
ГЛАВА III. ДЕЙСТВИЕ ЗАКОНА ВОЗВЫШЕНИЯ ПОТРЕБНОСТЕЙ И ФОРМИРОВАНИЕ СОЦИАЛЬНЫХ ЦЕННОСТЕЙ
1. Проявление действия закона все большего возвышения потребностей при социализме.
2. Человечество и его глобальные потребности.
ГЛАВА IV.О ПРОЯВЛЕНИИ ДЕЙСТВИЯ ЗАКОНА ПРЕИМУЩЕСТВЕННОГО РОСТА I. ПОДРАЗДЕЛЕНИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО ПРОИЗВОДСТВА
1. О методах деления общественного продукта на средства производства и предметы потребления.
2. По поводу марксова и ленинского подхода к проблеме соотношения в темпах роста I и II подразделений общественного производства.
3. Проблема соотношения двух подразделений в современной экономической литературе.
ГЛАВА V. ЗАКОНЫ И ЗАКОНОМЕРНОСТИ РЕГИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ В ЕДИНОМ СОЮЗНОМ НАРОДНОХОЗЯЙСТВЕННОМ КОМПЛЕКСЕ
1. О соотношении интернационального и национального в советской экономике.
2. Региональные особенности действия экономических законов социализма.
3. Закон выравнивания уровней социально-экономического развития социалистических наций.
4. Социалистический образ жизни и закон неразрывного единства национальных экономик при социализме.
ГЛАВА VI. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ЗАКОНЫ И ХОЗЯЙСТВЕННЫЙ МЕХАНИЗМ
1. О совершенствовании организационных форм и планово-экономических методов управления народным хозяйством союзной республике.
2. Использование экономического механизма увязки территориального и отраслевого управления.
3. Применение хозрасчетного механизма обеспечения эффективности использования производственных ресурсов.
ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ. Об усилении воздействия экономической теории на перестройку.

 

ВВЕДЕНИЕ

В Программе Коммунистической партии Советского Союза подчеркнуто, что ускорение социально-экономического развития страны требует постоянного совершенствования руководства народным хозяйством, а оно должно опираться на более глубокое и всестороннее использование экономических законов, в полной мере учитывая изменения в производительных силах и производственных отношениях и т.д.*

(*Материалы XXVII съезда КПСС. — М. ,1986.-С.147)

В связи с этим необходимость усиления теоретических разработок в области изучения экономических законов и закономерностей становится настоятельной.

В ходе совершенствования социализма глубже и полнее проявляется действие экономических законов и закономерностей, поскольку современные общественно-экономические и научно-технические условия более содержательны, чем на предыдущих этапах. А чтобы научно обоснованно управлять общественным производством, надо достаточно полно распознать механизм действия экономических законов и закономерностей, т.е. изучение законов и закономерностей представляет не только чисто теоретический интерес, его можно вполне справедливо рассматривать как выполнение социального заказа практики управления и планирования.

Интерес к исследованию законов и закономерностей усиливается и потому, что продолжаются дискуссии по характеристике и структуре социалистических производственных отношений, а отсюда по определению сущности и проявления действия ряда экономических законов, закономерностей и категорий. И это правомерно — процесс отражения обновления реальной жизни обогащает содержание законов, закономерностей и категорий. В ходе дискуссии необходимо и можно отсечь то лишнее, что не развивает наше познание, не вносит конструктивного начала в общественную практику. Исходя из изложенного, участие в полемике по поводу законов, закономерностей и категорий, на наш взгляд, оправдано.

Хотя в последнее время и расширились исследования, еще недостаточно вниманий уделяется изучению особенностей проявления действия экономических законов и закономерностей на разных уровнях функционирования экономики, в частности, на региональном. Между тем именно аспект исследования действия экономических законов и закономерностей на разных уровнях экономики делает возможной отработку конкретного планово-экономического механизма использования экономических законов и закономерностей, включающего порядок и структуру, методы, показатели и нормативы планирования и управления, экономические стимулы (цена, зарплата, премии, санкции, кредит и т.д.) повышения эффективности производства.

Отсюда важно, чтобы исследование законов и закономерностей экономического развития завершалось в каждом конкретном случае рассмотрением проблем совершенствования хозяйственного механизма в аспекте изучения взаимодействия соответствующих законов и закономерностей. Конечно, при этом речь идет о том, чтобы на основе углубленного представления о важнейших закономерностях экономического прогресса сосредоточить усилия на разработке конструктивных методов и средств достижения социально-экономических целей общества.

Отсюда более полному раскрытию механизма действия и разработке механизма использования экономических законов стало уделяться больше внимания. В результате должны быть получены конструктивные теоретические выводы, служащие научной базой для дальнейших исследований и методологической основой планирования и управления социалистическим производством.

В настоящей работе рассмотрены развитие систем социалистических производственных отношений и особенности проявления действия экономических законов в условиях дальнейшего совершенствования социализма. Показано обогащение системы экономических законов новыми законами и закономерностями, выражающими процесс усложнения и возникновения качественно новых экономических процессов. Особое внимание уделяется исследованию действия законов и закономерностей регионального развития в едином союзном народнохозяйственном комплексе. Определены характер, направления и порядок действия отдельных элементов механизма использования экономических законов, что важно для выбора экономической политики в области совершенствования системы планирования и управления социалистическим производством на современном этапе.

Работа носит полемический характер. Ряд вопросов затронут в постановочном плане. Автор будет весьма признателен читателям за добрые замечания, которые помогут более глубокому исследованию проблем теории политической экономии, ее законов, закономерностей и категории в дальнейшем. За чуткое понимание замысла и оценку проделанной работы, за критические замечания, которые помогли качественно улучшить очерки в процессе подготовки к печати, автору приятно выразить благодарность академику С.С.Шаталину, члену-корреспонденту АН Киргизской ССР Е.П.Черновой, профессору С.У.Исламову и другим коллегам.

 

ГЛАВА I
    СИСТЕМА ПРОИЗВОДСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ СОЦИАЛИЗМА

1. Исходное и основное производственные отношения социализма. Основной экономический закон

В системе производственных отношений каждое из них несет определенную общественно-экономическую функцию. Их взаимосвязи и взаимодействия, "очередность" и момент, "место" и уровень проявления подчиняются строго внутреннему порядку системы, знание которого дает возможность верно распознать "поведение" системы про¬изводственных отношений и разумно управлять ими. К системообразующим отношениям каждого способа производства прежде всего относятся исходное и основное производственные отношения, ибо в них соответственно выражен начальный пункт развертывания социалистических производственных отношений и раскрывается сама экономическая сущность способа производства.

Аксиоматично, что система производственных отношений социализма включает те отношения, которые присущи ему как низшей фазе коммунистического способа производства, и другие, которые свойственны и низшей, и высшей фазам коммунистического общества.

Безусловно, "центральное место в системе производственных отношений занимает основное производственное отношение", но нельзя согласиться с утверждением, что "таким отношением, дающим ключ к пониманию всей системы производственных отношений социализма, является отношение товарищеского сотрудничества и взаимной помощи равноправных производителей, объединенных общей собственностью и общей целью производства"*.

(*Дунаева B. C. Экономические законы социализма и проблемы народнохозяйственного оптимума. — М., 1976. — С. 97-98)

Товарищеское сотрудничество и взаимная помощь — это социально-психологический характер проявления социалистических производственных отношений, но не сами отношения, не само основное производственное отношение. Производственные отношения возникают по поводу конкретной материальной цели, а не ради установления товарищества и взаимопомощи.

Первоначально концепция основного производственного отношения коммунистической формации "как отношения товарищеского сотрудничества и взаимопомощи равноправных производителей, объединенных обшей собственностью и общей целью производства"*, была выдвинута И.И.Кузьминовым.

(*Кузьминов И. И. Очерки политической экономии социализма. — М., 1971.-С. 130)

Возникают вопросы: В чем равноправие производителей? Каково их отношение к средствам производства? Какова их общая цель? По поводу чего возникает основное производственное отношение: по поводу установления отношений товарищеского сотрудничества или по поводу достижения определенного экономического результата?

Как утверждает В.Н.Агеев, "переход от одного способа производства к другому осуществляется лишь тогда, когда коренным образом меняется собственность на средства производства (и это верно! — Т. К.). Поэтому в логической схеме "собственность — исходное отношение" собственность на средства производства выступает предпосылкой исходного отношения системы (? — Т.К.). Она является необходимым условием для возникновения специфических производственных отношений всей, системы и каждого из них"*.

(*Агеев В. М. Принципы системности политэкономического исследования.— М.,1985.-С. 14-15)

Если переход от одного способа производства к другому означает, что коренным образом меняется собственность на средства производства, то не в самих ли отношениях собственности нужно искать исходное производственное отношение? Правомерно ли предполагать исходное отношение отношением вне отношений на средства производства? Собственность на средства производства является не только необходимым условием для возникновения специфических производственных отношений, но и сама выражает определенное специфическое производственное отношение.

Отрицание того, что собственность на средства производства может выражать определенное производственное отношение, стало бы "объективным", если бы собственность не признавалась как политэкономическая категория. Но до такого "утверждения" В.М.Агеев не доходит. Он правильно считает, что "общественная собственность возникает в результате социалистической революции и национализации основных средств производства. Речь, следовательно, идет о внеэкономической деятельности государств, о правовом утверждении социалистической собственности как предпосылки социалистических производственных отношений. Только тогда, когда создана эта предпосылка, можно говорить о возможности налаживания новых производственных отношений, в том числе и исходного производственного отношения системы"*.

(*Агеев В.М. Принципы системности политэкономического исследования. — С. 15)

А "когда же система новых отношений создана и функционирует в реальной действительности, собственность на средства производства выступает как ее социально-экономическая основа. Именно отношения собственности выступают основным систематизирующим фактором, определяющим основополагающе черты производственных отношений социализма, те конституирующие черты, которые нельзя обнаружить в предшествующих способах производства"*. Правильно.

(*Там же)

Однако далее, выделяя вещественное, экономическое и юридическое содержание собственности, В.М.Агеев утверждает, что "категорию собственности нельзя рассматривать в качестве понятия, которое выражает сущность отдельного производственного отношения, и ставить ее в один ряд с такими, например, категориями, как товар, стоимость, прибыль, рента и прочее. В ней, — как он утверждает, — выражается сущность целой совокупности производственных отношений исторически конкретной общественно-экономической формации"*.

(*Там же)

Действительно, собственность на средства производства при рассмотрении ее экономического содержания выражает сущность совокупности производственных отношений, но поскольку в этой совокупности есть отношения, выражающие методы и формы, средства и направления, характер я принципы использования собственности, то почему не может существовать и такое отдельное производственное отношение, которое отражает коренное в совокупности этих отношений, а именно: в чьих руках находится собственность на средства производства, между кем и кем по их поводу возникают отношения и какова цель производства? Разве эти вопросы можно уяснить без понятия "собственность на средства производства"?!

Раскрывая роль категории "собственность" и как предпосылки производства, и как социально-экономической основы развертывания производственных отношений собственно в производстве, и как формы присвоения результатов производства, В.М.Агеев заключает, что "раскрыть экономическое содержание социалистической собственности можно лишь через исследование всей совокупности социалистических производственных отношений", а значит, "нельзя начинать строить систему категорий экономической науки с такого понятия, сухость которого может быть раскрыта лишь после рассмотрения всех отношений производства, распределения и потребления"*.

(*Там же. — С.16-17)

Экономическое содержание социалистической собственности глубоко и в полной мере раскрывается действительно после рассмотрения всех социалистических производственных отношений, но сам процесс раскрытия, нарастание этого процесса последовательно и постепенно совершается по мере изучения одного за другим всех производственных отношений, иначе говоря, всей системы отношений. Но это вовсе не значит, что систему категорий политической экономии нельзя начинать изучать с категория "собственность", ибо, как уже подчеркивалось нами, собственность как понятие выражает и отдельное производственное отношение, в котором охранено отличие коммунистического способа производства от капиталистического. А без рассмотрения этого коренного отличия как же начинать самое исследование?

В приведенном выше утверждении В.М.Агеев противоречит своему положению, что "именно отношения собственности выступают системообразующим фактором"*. Коль так, а это действительно так, то как же начинать изучать систему категорий политэкономии без системообразующего начала?!

(*Там же. — С.15)

Противоречивость в суждениях В.М.Агеева по поводу отношений собственности характерна и для дальнейших его рассуждений. Так, по его мнению, "отношения собственности на средства производства выступают как исходная основа и как определяющее условие для возникновения исторически конкретного способа производства. Но отсюда вовсе не следует, что собственность на средства производства является или исходным, или основным, или тем и другим одновременно. Это определенная совокупность отношений, которую нельзя сводить к какому-либо одному отношению. Главное, на что следует обратить внимание, — это необходимость вычленения из отношений собственности сначала исходного, затем основного отношения, анализ которых позволяет вывести исходную и основную категории политической экономии социализма"*.

(*Агеев В.М. Принципы системности политэкономического исследования.— С. 17)

Спрашивается, если возможно вычленение из отношений собственности исходного и основного отношений (значит, они все-таки находятся в отношениях собственности?), то почему собственность на средства производства как определенное отношение не может быть или исходным, или основным отношением, или тем и другим одновременно?

По мнению В.М.Агеева, "исходная экономическая категория относится к числу системообразующих категорий, без которой невозможно само существование политической экономии социализма. Она кладет начало раскрытию экономического содержания социалистической собственности (формы присвоения) и в то же время отражает историческую преемственность различных способов производства по линии форм производства"*.

(*Там же. — С.23)

Если исходная экономическая категория является системообразующей категорией, то, выходит, она связана с отношениями собственности на средства производства, ибо, как утверждал сам Б.М.Агеев, именно отношения собственности являются системообразующими. Правильно, что с исходной экономической категории начинается раскрытие экономического содержания собственности, но она не может отражать историческую преемственность вообще различных способов производства по линии форм производства (с позиции производственных отношений), а отражает преемственность только однотипных способов производства. Когда же происходит смена способа производства, основанного на частной собственности на средства производства, способом, основанным на общественной собственности на средства производства, то их историческая преемственность кончается. Общественное проявление продукта носит совершенно иной характер.

В.Н.Агеев считает, что "совокупный общественный продукт выступает как объект, по производству которого складывается исходное производственное отношение социализма. Поэтому именно через данный продукт исходное отношение проявляет себя на поверхности экономической жизни общества. При этом совокупный общественный продукт выступает не только в качестве необходимого материального условия для осуществления социалистического общественного производства, но и как следствие этого производства, его результат, непрерывно воспроизводимый во всевозрастающих размерах на протяжении всей истории развития социализма"*.

(*Там же. — С.94)

Совокупный общественный продукт создается и в капиталистическом обществе, но К.Маркс правомерно не предполагал, что с него нужно начинать капиталистический способ производства. На поверхности экономической жизни буржуазного общества его богатство выступает в виде скопления товаров. Причем товар рассматривается не только как благо, а как носитель определенного производственного отношения между товаровладельцами, а самое понятие "товар" уже предполагает, что он выпускается не для собственного потребления, а для продажи, а за этой продажей в условиях частной собственности можно проглядеть и цель буржуазного общества.

При капитализме собственника товар интересует не вообще как продукт производства, а как вещь, в которой заключена возможность реализации прибавочной стоимости, созданной наемной рабочей силой. При социализме ассоциированных производителей интересует не вообще совокупный общественный продукт, а продукт, принадлежащий всему обществу и который может быть использован для всеобщего благосостояния, всестороннего развития личности.

На поверхности экономической жизни социалистического общества национальное богатство выступает в виде накопленных материальных благ, которые в условиях социалистической собственности на средства производства "являются" непосредственно общественным продуктом, по производству которого вступают в отношения ассоциированные производители (они же одновременно потребители). Раз речь идет о непосредственно общественном продукте, то нельзя получить его, как политэкономическую категорию, без представления конкретного отношения собственности, выступающего в форме общественной собственности на средства производства. Ассоциированные в масштабе всего общества производители также возможны только при социализме, при господстве общественной собственности на средства производства.

Таким образом, отношение ассоциированных производителей по производству непосредственно общественного продукта — это и есть определенное отношение собственности в системе отношении собственности. В широком плане, коль собственность на средства производства — социально-экономическая основа всей системы производственных отношений, или системообразующая основа, то все экономические отношения конкретного способа производства есть отношения собственности. Но за этим широким подходом надо видеть отдельное, коренное отношение собственности.

"Поправляя" себя, в дальнейшем В.М.Агеев утверждает, что "непосредственно общественный в основе продукт как категория политической экономии социализма является той формой познания исходного производственного отношения социализма, которая при системном подходе обеспечивает теоретическое воспроизведение сущности данного отношения в его целостности и мысленной конкретности как исходной экономической категории этой системы"*.

(*Агеев В.М. Принципы системности политэкономического исследования. — С.109)

Следовательно, по мнению В.М.Агеева, исходное производственное отношение социализма является самостоятельным, отдельным производственным отношением. При этом он справедливо полагает, что оно отражает "структуру экономической связи между ассоциированными производителями и потребителями материальных благ"*.

(*Там же. — С.116)

"Исходное отношение, — продолжает В.М.Агеев, — складываясь в совместном труде работников материального производства, характеризует ту сторону трудовых отношений, которая связана с экономической формой обмена деятельностью и ее результатами, а не с их присвоением... Исходное отношение определяет не самую глубокую сущность социалистического производства, а лишь его экономическую форму. Основное отношение, напротив, определяет не экономическую форму производства, а специфику присвоения этого производства, его социально-экономическую направленность, коренную определенность, то есть его самую глубокую сущность"*.

(*Там же)

Но если исходное производственное отношение выражает отношение ассоциированных производителей и потребителей материального производства, то разве здесь уже не заложена специфика (главная) присвоения?! И надо ли здесь отрывать форму от ее сущности или сущность представлять без формы?! Форма без данной сущности не существует, а если существует, то в ней будет скрыта уже другая сущность, так же, как и если сущность представлена не в данной форме, то она будет являться уже в другой форме.

По мнению В.М.Агеева, "если исследование исходного отношения кладет начало раскрытию экономического содержания социалистической собственности, т.е. представляет как бы ту часть этой собственности, где проявляется ее первая, наиболее общая форма существования — обобществленность в масштабе всего народного хозяйства, то исследование основного отношения раскрывает особенности присвоения результатов производства при социализме, т.е. самое существование в экономическом содержании социалистической собственности"*.

(*Там же. — С. 118)

А что "самое существенное в экономическом содержании социалистической собственности"? То, что средства производства принадлежат ассоциированным производителям и потребителям? Или особенность присвоения результатов производства? Или производство чего и в какой форме? Очевидно и однозначно, что самым существенным в экономическом содержании социалистической собственности является право ассоциированных производителей на средства производства, которое обусловливает производство непосредственно общественного продукта ради удовлетворения их потребностей.

Достаточно настойчиво В.М.Агеев пытается различать исходную и основную категории политической экономии, однако оказывается, по его утверждению, что "основная категория политической экономии социализма выступает в той же экономической форме, что и исходная категория системы"*.

(*Там же. — С. 118)

Значит, и исходная, и основная категории выступают в форме непосредственно общественного продукта?! Но В.М.Агеев при определении экономической формы исходной категории берет непосредственно общественный в основе продукт, а формы основной категории — непосредственно обобществленный чистый продукт.

Исходя из этого он утверждает, что "производство непосредственно обобществленного чистого продукта в интересах роста народного благосостояния, свободного и всестороннего развития личности — таков основной экономический закон социализма"*.

(*Агеев В.М. Принципы системности политэкономического исследования. — С.121)

А разве фонд возмещения не служил росту народного благосостояния, свободному и всестороннему развитию личности? Ведь в результате процесса производства не только создается вновь созданный продукт, но и "восстанавливаются" затраченные ресурсы, которые и е последующих циклах работают на благо. Фонд возмещения — не зло, а необходимый элемент общественного продукта. Другое дело, по логике экономики вновь созданный продукт должен расти быстрее фонда возмещения. Другое дело, могут быть и есть другие отношения, производные от исходного и основного, которые будут выступать в таких категориях, как фонд возмещения, вновь созданный продукт и т.д., и эти категории связаны с проявлением тех или иных экономических законов, объективно обусловленных реализацией требований основного экономического закона.

А какое же отношение В.М.Агеев считает основным производственным отношением? "При социализме, — подчеркивает он, — субъектами основного производственного отношения выступают общество, представленное общенародным государством, и ассоциированный работник материального производства"*.

(*Там же, с.127)

При социализме общество состоит из ассоциированных производителей (одновременно они же и потребители). Государство (пусть даже общенародное) — не ассоциированный работник, не определенный класс или слой общества, с которым другие могли бы вступить в производственные отношения. Строго в политико-экономическом смысле не могут возникнуть производственные отношения между ассоциированными работниками и надстроечными элементами. Отношение между общенародным государством и ассоциированным работником на низшей ступени развития коммунистического общества можно рассматривать как форму выражения производственного отношения между ассоциированными производителями. Но не особого самостоятельного отношения! И другие, подобного рода отношения между государством и предприятиями, общесоюзными и отраслевыми органами, отраслевыми ведомствами и региональными органами управления и т.д. (так называемые организационно-экономические отношения) являются лишь формой выражения отношений между ассоциированными производителями в том или ином экономическом аспекте.

Основное производственное отношение может быть только единым для всей общественно-экономической формации, в данном случае коммунистической. Основное производственное отношение коммунистической общественно-экономической формации — это отношение между ассоциированными производителями. Форма его проявления при социализме как отношения между общенародные государством и ассоциированными производителями присуща только низшей фазе коммунистической общественно-экономической формации.

А. К. Покрытан в качестве исходного отношения коммунистической формации предлагает непосредственно общественный характер трудовой деятельности*. Но ведь непосредственно общественный характер трудовой деятельности проявляется только при социализме, с установлением общественной собственности на средства производства, а при капитализме, на его высокой ступени развития с достижением высокой степени концентрации и централизации производства, только создаются материальные условия для перехода к непосредственно общественному труду. По мнению А.К.Покрытана, в "результате полного развития тех потенций, которые заложены в непосредственно общественной связи, на смену отношениям эксплуатации наемного труда капиталом, являющимся основным отношением экономической структуры капитализма, приходит непосредственное сотрудничество как способ (форма) осуществления полного экономического равенства, которое образует основное производственное отношение коммунизма"**.

(*См: Покрытан А. К. Производственные отношения и экономические законы социализма. — М., 1971.— С.73)
    (**Там же, с. 83)

Спрашивается, а какое различие между "непосредственно общественной связью" и "непосредственным сотрудничеством в общественном производстве"? Непосредственно общественный характер труда, естественно, облекается в форму непосредственного сотрудничества.

Далее, о каком полном экономическом равенстве можно говорить, которое стало возможным сразу, как установилось непосредственное сотрудничество ассоциированных производителей? Определяющим моментом для утверждения равного отношения к средствам производства, а отсюда и получения благ в соответствии с социалистическим принципом распределения является утверждение общественной собственности на средства производства, только при которой возможно и проявление непосредственно общественного характера труда, и непосредственное сотрудничество. Полное экономическое равенство возможно только при коммунизме.

Г.И.Латышева рассматривает непосредственно общественную коллективность ассоциированных производителей как форму основного отношения социалистического производства*. Она правильно считает, что "отношение непосредственно общественной коллективности есть отношение внутри единства, определяющее связь различных его сторон. Но именно единство, непосредственно общественная соединенность факторов процесса труда, выступает как его исходная характеристика"**. Выходит, что исходное и основное производственное отношение — неразделимое единое, хотя Г.И.Латышева разделяет. И разделяет вот каким образом. По ее мнению "непосредственно общественное единство социалистического производства, данное уже его исходным отношением, будучи воспринято основным отношением, становится характеристикой глубокой сущности социализма как экономической системы. Но данные определения наполняются здесь новым содержанием, рассматриваются на новом качественной уровне, поскольку единство социалистического производства, осуществление коллективного т
руда как единой непосредственной общественной кооперации его в масштабе всего народного хозяйства раскрываются во взаимосвязи с осуществлением коллективного труда по обеспечению полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества"***.

(*Основной экономический закон социализма. — М.,1978. — С.102)
    (**Там же)
    (***Там же. — С.122)

А разве в исходной форме непосредственно общественная кооперация естественно-исторически не предполагает всеобщность и коллективность труда?

Р.И.Тонконог справедливо считает, что "общественная собственность на средства производства представляет самостоятельное, исходное и основное производственное отношение, непосредственно определяющее всю взаимосвязанную систему социалистических производственных отношений"*. Однако он не дает пояснения, почему исходное и основное производственное отношение социализма является единым.

(*Совершенствование социалистических производственных отношений и эффективность производства. — М., 1980. — С.38)

В условиях капитализма по праву можно различать исходное производственное отношение и основное производственное отношение. Если исходным является отношение по производству товара, то основным — отношение между трудом и капиталом. Товар является той формой общественного признания общественного продукта в обществе, построенном на классовом антагонизме, развитие которой, превращая в товар рабочую силу, порождает капиталистические производственные отношения, т.е. капиталистический способ производства находит в предшествующем ему способе производства исходную основу, исходное производственное отношение для капитализма, развитие которого неизбежно приводит к возникновению капиталистических производственных отношений.

Простое товарное производство до смены его капиталистическим товарным производством прошло длительный путь и достигло такой стадии развития, когда стала объективно необходима его замена.

Как подчеркивал В.И.Ленин, империализм к социализму подвело гигантское обобществление производства и труда. Если обязательно искать исходное отношение, то оно должно существовать как в предыдущем, так и в новом способе производства, но оно в сущности, даже при высшей схожести проявления, в условиях капитализма носит капиталистический характер, в условиях социализма — социалистический, а, значит, антагонистически противоречащий капитализм не может передать социализму в услужение отношение, которое стало бы исходным.

Экономическая природа социализма выводится не из развития ка¬питалистического товарного хозяйства, а из того, что оно устраняется и утверждается непосредственно общественный характер производства и труда, который приводит к новой цели. Исходное производственное отношение при социализме не может быть продолжением старого, а утверждает собой появление нового отношения. Другой вопрос: может ли оно быть самостоятельным или сливаться с основным производственным отношением?

Социалистический способ производства (низшая фаза коммунистического способа производства) никаких исходных форм развития производственных отношений от капитализма не сохраняет. Социалистический отрой, основной которого являются принципиально новые, революционные производственные отношения, ломает все существовавшие до него производственные отношения классового антагонизма и никакое производственное отношение капитализма не может служить исходным производственным отношением. Капиталистический способ производства не может передать социалистическому способу исходную клеточку.

Социализм строит принципиально новую систему производственных отношений и основным производственным отношением является отношение общественной собственности на средства производства, иначе, отношение между ассоциированными производителями. Оно является одновременно и исходным производственным отношением.

Основное и исходное производственное отношение социализма обусловливает действие основного экономического закона социализма — производство непосредственно общественного продукта в целях обеспечения полного благосостояния и всестороннего развития членов общества.

Можно в полной мере согласиться с мнением И. И. Кузьминова, что "определяющей чертой коммунистической формации является единство социальных сил"*. Но это единство составляет не содержание экономических законов социализма, а характер и особенности их проявления. Ведь, например, сказав, что основной экономический закон коммунистической формации есть закон социального единства, нельзя конкретно раскрыть его экономическое содержание. По утверждению И.И.Кузьминова, более "точным определением основного экономического закона коммунистической формации было бы такое: коллективное, товарищеское производство всеобщего благосостояния"**.

(*Кузьминов И. И. Избранные труды. Очерки политической экономии. — Т.1. — М., 1982.— С.36)
    (**Там же. — С. 37)

Но что составляет глубинную экономическую основу общественного производства при социализме, которая придает ему форму коллективности, товарищества? К тому же, всеобщее благосостояние — это не непосредственный результат общественного производства, а социальное последствие пользования результатами общественного производства.

Как может служить отношение единства, коллективности производства основанием всей системы социалистических производственных отношений, если оно производное от отношений общественной собственности на средства производства?! Как считает А.К.Покрытан, "всестороннее развитие личности выступает в качестве основного экономического закона коммунистической формации"*. Всестороннее развитие личности характеризует общую социально гуманную природу коммунистической формации. Основной экономический закон должен выражать определенное производственное отношение формации, а какое производственное отношение может выразить всестороннее развитие личности? Оно лишь в конечном счете реализация одной из целей, которую преследует коммунистическая формация. Основной экономический закон должен отражать вполне определенное отношение, а именно отношение по производству непосредственно общественного продукта, который приобретает ту или иную форму.

(*Покрытан А.К. Производственные отношения и экономические законы социализма. — С.109)

С точки зрения удовлетворения потребностей членов общества в жизненных благах в "физическом" выражении весь объем необходимого продукта и часть прибавочного продукта, идущая на личное и общественное потребление, есть уже потребленные блага или удовлетворенная потребность.

Средства производства за счет прибавочного продукта еще только должны быть возвращены в производство для возобновления его в расширенном масштабе. А обществу важны не только материальные возможности расширения производства, но и масштаб всего общественного производства. А его невозможно определить без учета массы потребленных и примененных средств производства. Значит, необходимость исчисления совокупного общественного продукта не исчерпала себя, и совокупный общественный продукт как форма выражения непосредственно общественного продукта может быть использован. И совокупный общественный продукт нельзя противопоставлять национальному доходу. Национальный доход тоже является формой выражения непосредственно общественного продукта. При определении же основного экономического закона социализма важна не форма выражения непосредственно общественного продукта, а утверждение в принципе непосредственно общественного продукта как основного экономического закона коммунистической формации.

Как считает Л.И.Абалкин, "в принципе решенным можно считать вопрос о количественном выражении конечных результатов производства через национальный доход, точнее, его физический объем, т.е. массу потребительных стоимостей, предназначенных для удовлетворения как текущих (фонд потребления), так и перспективных потребностей общества (фонд накопления)"*. По его мнению, "общий объем совокупного общественного продукта не монет рассматриваться в качестве конечного результата, поскольку часть совокупного продукта (фонд возмещения) не покидает сферы производства"**.

(*Экономические законы социализма: система, особенности действия, формы и методы использования. — М..1981. — C. 52)
    (**Там же)

Если рассматривать с точки зрения, что выходит из сферы производства, то, конечно, готовым продуктом может быть не только на¬циональный доход, но и средства труда, выпущенные для возмещения изношенных производственных основных фондов, т.е. конечный общественный продукт. Если считать конечным результатом то, что в итоге используется только для непроизводственного потребления, то фонд производственного накопления опять возвращается в сферу производства.

Общая масса выпущенных в году реальных потребительных стоимостей не равна физической единице национального дохода. Ведь в каждом воспроизводственном цикле масса потребленных средств производства не только исчезает, но и восстанавливается, т.е. к концу каждого воспроизводственного цикла в наличии имеются новые средства производства, восстановленные за счет фонда возмещения и возмещаю¬щие изношенные и израсходованные. Они не покидают сферы производства, как возмещенные средства производства, но как реально новые средства производства, как продукт, все-таки выходят из сферы производства, но тут же туда возвращаются. Но также возвращаются и средства производства за счет фонда производственного накопления. Средства производства, возмещаемые и они же идущие на расширение, отдельно не выпускаются, а выпускаются в едином процессе.

Можно ли материальное выражение фонда возмещения считать реальным богатством, продуктом или нет? Если не считать, то куда "спрятать" эти реальные потребительное стоимости, которые по выпуску новые, но служат как средства возмещения?

Выходит, в полном объеме совокупный общественный продукт лишен материального выражения? Но как известно, совокупный общественный продукт — реальная "материальная категория" и вполне пригодная для выражения непосредственно общественного продукта, но важно, чтобы в каждом рубле совокупного общественного продукта часть, приходящаяся на национальный доход, была больше или росла быстрее, но противопоставлять совокупный общественный продукт национальному доходу нельзя.

Увеличение национального дохода, ускорение темпов его роста будут способствовать более полной реализации требований основного экономического закона коммунистического способа производства.

Надо сказать, что в экономической литературе идет процесс углубления понимания и расширения трактовки содержания основного экономического закона.

По утверждению А.Ю.Мелентьева, "известное расширение традиционной трактовки основного экономического закона на базе изучения объективного процесса обогащения его содержания по линии превращения труда в первую жизненную потребность приобретает не только чисто теоретическое, но и большое практическое народнохозяйственное значение, нацеливая перспективу всего хозяйственного механизма на бoлее полную реализацию всех возможностей развитого социализма в совершенствовании материально-технической базы общества"*.

(*Мелентьев А.Ю. Основной экономический закон в концепции развитого социализма. – М., 1985 — С. 100)

Процесс превращения труда в первую жизненную потребность охватывает в сферу материального производства, и непроизводственную сферу, а поэтому он не может предполагаться только как требование экономического закона. Само общественное производство не ставит как цель превращение труда в первую жизненную потребность, а это естественно-исторически вытекает как постепенный результат общественного производства и всей духовной деятельности членов общества при полном коммунизме.

Естественно, что при полном коммунизме "потребности членов общества в материальных, духовных благах из первенствующих по отношению к потребности в труде постепенно превратятся во всецело определяемые последней"*. Но это не значит, что потребность в труде становится основным или другим экономическим законом. Это будет исторически сфоршровавшееся, внутренне присущее человеку эмоционально-психологическое состояние, осознанный социальный инстинкт, но не цель производства и не цель непроизводственной сферы.

(*Мелентьев А.Ю. Основной экономический закон в концепции развитого социализма. — С.97)

Как утверждает А.Ю.Мелентъев, "содержание основного экономического закона коммунистической формации в его самом общем, абстрактном виде: планомерно организованное производство ведется рада самих трудящихся и только трудящихся"*.

(*Там же. — С. 56)

Планомерная организованность производства при коммунистическом способе производства объективно обусловлена действием закона планомерности. Что производство ведется ради самих трудящихся — это ясно и является социально-экономической целью общественно-экономической системы, т.е. шире, чем непосредственная цель экономики. А какова непосредственная цель общественного производства? Что оно производит?

Г.Г.Мокров пытается вывести "особый экономический закон движения способа производства". И как же он его определяет? Он совершенно справедливо, на наш взгляд, не придерживается той точки зрения, что под экономическим законом движения общества понимается только основной экономический закон, т.е. идет отождествление понятий "основной экономический закон" и "экономический закон движения"*.

(*Мокров Г. Г. Диалектика познания экономических явлений. — М., 1984. — С. 70, 71, 72)

Действительно, методологически весьма спорно и сомнительно понимание одного закона как закона движения, другого — как закона покоя. Нарушается к тому же само принципиальное требование к определению закона, когда надо "подвести данное понятие под другое, более широкое"*, а не наоборот.

(*Ленин В. И, Полн. собр. соч. — T.18. — С.149)

Можно согласиться с тем, что "закон обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества, закон планомерного развития народного хозяйства и другие суть законы движения коммунистического способа производства"*.

(*Мокров Г. Г. Диалектика познания экономических явлений. — С.72)

Но означает ли это, что из "интегрального действия всех экономических законов формации, т.e. совокупности особых (исторических) законов, которые регулируют возникновение, существование, развитие данного общественного организма"*, можно выводить какой-то особый экономический закон движения способа производства. Законы рождают закон? Каким образом? Как можно общий или особый закон развития всей системы производственных отношений рассматривать как совокупность более конкретных по уровню абстракции законов. Это как раз тот случай, когда всеобщее соотносится с единичным, против чего возражает (и правильно) сам Г. Г. Мокров. Зачем же он отходит от признанных им правильных принципов? Во имя чего?

(*Там же)

Ведь, если строго придерживаться правильного принципа определения, то наиболее общий закон или особый закон движения обусловливает действие других более конкретных законов (хотя, конечно, надо признать обратное воздействие этих законов на глубинность и полноту проявления общего закона движения), что неизбежно вытекает из фундаментозакладывающей первичности особого закона движения, если он в самом деле существует.

А существует ли он в самом деле? В ответе на этот вопрос Г. Г. Мокров колеблется. С одной стороны, он говорит о необходимости разграничения экономического закона движения коммунистического общества и закона обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества, т.е. утверждает наличие особого закона*, с другой — каждый закон (тем более системообразующий) коммунистического способа производства понимается им как экономический закон движения современного общества**.

(*Мокров Г. Г. Диалектика познания экономических явлений. — С. 68, 72)
    (**Там же. — С. 72)

Между тем из его же правильного в целом анализа функционального аспекта классификации экономических законов вытекает, что экономические законы социализма являются законами движения социализма, и никакой один особый наиболее общий закон не может выступить единственным законом движения. В качестве такового не может выступить и основной экономический закон социализма, который показывает целевую направленность, но не может выразить сразу и форму, и меру, и движущий источник коммунистического способа производства.

Г. Г. Мокров склонен к тому, чтобы основной экономический закон социализма показывать как закон обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества.*

(*Мокров Г. Г. Диалектика познания экономических явлений. — С. 68, 69, 73)

Терминологическое ли это уточнение в самом деле или Г. Г. Мокров постепенно хочет вообще отказаться от признания основного экономического закона? Судя по всему в содержательном отношении в той и другой формулировке Г. Г. Мокров понимает один закон*.

(*Там же. — С.73)

А между тем, он же считает, что основной экономический закон социализма есть специфический закон функционирования и развития конституирующего элемента системы производственных отношений, т.е. отношений общественной собственности на средства производства.*

(*Там же. — С.72)

Если так, а это действительно так, то как удовлетворение полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества может отразить конституирующий элемент системы производственных отношений, если сам процесс удовлетворения выходит за рамки собственного производства и в воспроизводственном аспекте характеризует только стадию потребления общественного воспроизводства?

А подкрепление в определении основного экономического закона цели общественного производства средствами, методами и формами достижения (указывая необходимость использования достижений НТП и повышения эффективности общественного производства путем планомерного использования всех средств производства) будет попыткой в одном законе (хотя и основном) показать весь процесс действия комплекса законов социализма, что невозможно, более того, в таком наг¬ромождении не указывается конституирующий элемент системы производственных отношений социализма.

По К.Марксу, основной экономический закон капиталистического способа производства — производство прибавочной стоимости. И сразу видна экономическая цель данной общественно-экономической системы — производство прибавочной стоимости, которое возможно только на основе отношений частной собственности на средства производства, конституирующего элемента системы капиталистических производственных отношений.

Производство прибавочной стоимости при капитализме удовлетворяет потребности определенного класса — класса капиталистов в увеличении капитала. Как видно, здесь само удовлетворение материальных и духовных потребностей человека — не непосредственная цель экономической системы, а ею является возобновление материальной основы существования соответствующих производственных отношений классового общества.

При социализме основной экономический закон — это производство непосредственно общественного продукта. Это цель социалистического производства, которую можно достичь только на основе отношений общественной собственности на средства производства. Непосредственно общественный продукт является условием обеспечения полного благосостояния и всестороннего развития всех членов общества.

Л. И. Абалкин справедливо считает, что основной экономический закон выражает "господствующий тип собственности на средства производства, общественную форму присвоения и тем самым объективную направленность развития экономики или ее цель"*. Это и достигается при определении основного экономического закона как производства непосредственно общественного продукта в целях обеспечения полного благосостояния и всестороннего развития членов общества.

(*Экономические законы социализма: система, особенности действия, формы и методы использования. — М.,1981. — С.49)

Удовлетворение потребностей членов общества в материальных и духовных благах и обеспечение всестороннего развития личности — конечная цель вообще человеческой цивилизации в ее развитии от низшей к высшим формам, когда будет создано подлинно гуманное общество.

Сама природа Человека, его естественное стремление к миру, добру и совершенству предопределяют конечную цель. Это выражение естественного инстинкта самосохранения человеческого общества. Это общий социологический закон развития человеческого общества.

В условиях капитализма эта цель подменяется целью, противоречащей природе человеческого общества, ложной целью определенного класса. Проявление действия общего закона развития человеческого общества возникает как случайное, ибо не ее непосредственному достижению подчинено капиталистическое производство, а наоборот, более узкой цели капиталистического способа производства — производству прибавочной стоимости.

В условиях социализма непосредственная цель экономики — производство непосредственно общественного продукта, иначе говоря, действие основного экономического закона социализма подчинено действию общесоциологического закона развития человеческого общества, проявление которого носит не случайный, а необходимый характер.

Поскольку проявление действия указанного общесоциологического закона в условиях капитализма носит случайный характер, то свое конкретное выражение как определенный закон данного способа производства не принимает. Это как нереализованная необходимость.

Определенную специфическую форму общесоциологический закон развития человеческого общества как закон обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества принимает только при коммунистическом способе производства (на обеих его стадиях). Таким образом, на наш взгляд, следует различать основной экономический закон социализма как экономический закон и закон обеспечения полного благосостояния и свободного всестороннего развития всех членов общества как общесоциологический закон.

Теоретически верное определение исходного и основного производственного отношения социализма как отношения общественной собственности на средства производства, иначе, отношения между ассоциированными производителями, позволяет глубже раскрыть его влияние на всю систему социалистических производственных отношений, более точно сформулировать основной экономический закон, всеобъемлюще показать цели социалистического производства и правильно выбрать категорию, в которой находит свое выражение основной экономический закон как отражение исходного и основного производственного отношения. Основной экономический закон коммунистического способа производства — это производство непосредственно общественного продукта, материального условия действия общесоциологического закона обеспечения полного благосостояния и всестороннего развития всех членов общества, действующего при социализме и коммунизме.

Каждая мера по реализации требований основного экономического закона социализма, всей системы экономических законов есть определенный шаг по разрешению экономических противоречий социализма. Поэтому понятно, почему вопрос о противоречиях стал предметом оживленных дискуссий. Так, В.Черковец считает, что "основное противоречие социалистического производства — противоречие между развивающимся общественным характером производства, достигающим на этапе развитого социализма уровня единого народнохозяйственного комплексам социалистическими отношениями собственности на средства производства, прежде всего общенародной собственности"*.

(*Черковец В. Совершенствование производственных отношений на современном этапе //Плановое хозяйство. — 1986. — № 5. -С. 71-72)

Развивающийся общественный характер производства совершенствует отношения собственности, или, иначе говоря, развитие общественного характера производства содержит в себе в качестве внутреннего элемента и совершенствование отношений собственности. Совершенствование отношений собственности отражает процесс развития общественного характера труда. Безусловно, между развитием общественного характера труда и совершенствованием отношений собственности есть и будут противоречия соответствия и развития. Но когда речь идет об основном противоречий социалистического производства, в нал по существу должно отражаться противоречие по поводу реализации требований основного экономического закона социализма.

Л.Любошиц, А. Шишкин вычленяют "противоречие основного производственного отношения социализма как противоречие между общественными (общенародными) и личными интересами (прежде всего экономическими)"*. Если основное производственное отношение социализма представить как отношение между обществом в целом и членами общества, то складывается такое положение, будто общество в целом есть некий самостоятельный носитель производственных отношений и противостоит членам общества. Но ведь в социалистическом обществе члены общества — ассоциированные трудящиеся, ассоциированные производители и потребители, и основное производственное отношение социализма по существу есть отношение ассоциированных производителей, а представление его как отношение между обществом в целом и членами общества есть превращенная форма отношения ассоциированных производителей.

(*Любошиц Л., Шишкин А. Методология анализа системы экономических противоречий при социализме //Вопросы экономики.— 1986. — №5. — С.51)

Если смотреть в существо отношения, то противоречием основного производственного отношения не является противоречие между общественными и личными интересами (хотя оно в условиях социализма не исключается, но является производным), а противоречие должно отражать взаимодействие возможностей общества и его действий по поводу реализации требований основного экономического закона. Далее, вряд ли правомерно выделение основного экономического противоречия социализма и противоречия основного производственного отношения социализма. Это объективно должно быть одно и то же.

По мнению Л.Любошиц и А.Шишкина, "противоречие между достигнутым в каждый данный момент уровнем развития непосредственно общественного производства и постоянно растущими потребностями ассоциированных в масштабе общества индивидов является основным экономическим противоречием социализма"*.

(*Там же. — С.53)

Но известно, что потребности всегда опережают производство при любых общественно-экономических формациях, т.е. противоречие между растущими потребностями я уровнем развития общественного производства (в условиях социализма между уровнем развития непосредственно общественного производства) является противоречием всеобщим, содержащим в себе противоречие между обществом и природой, развитием производительных сил и ростом потребностей общества, ресурсными возможностями природы и ростом населения, но не является противоречием производственного отношения.

По мнению В. Камаева, основное противоречие социализма — это противоречие между высшей целью социализма и развитием его общественного производства*. В наиболее общей формулировке мнение правильное. Дальнейший рост общественного производства приближает общество к полноте реализации высшей цели. Но определение основного противоречия в таком наиболее общем виде не гложет показать, как и насколько эффективно социалистическое общество реализует свои цели, какие сегодня они имеют ограничения, невозможно определить конкретно уровень их реализации на сегодня. Поэтому основное экономическое противоречие социализма должно быть сформулировано более конкретно.

(*Камаев В. Экономические противоречия научно-технического прогресса //Вопросы экономики. — 1986. — № 7, — С.57)

По утверждению А.Любинина, "основное противоречие экономики социализма состоит в том, что если социально средства производства подчинены всем, абсолютно независимо от того, кем и насколько эффективно они используются, то технологически они еще сохраняют зависимость от деятельности совершенно конкретных лиц, поставленных в разные условия и выполняющих частичную производственную функцию. Данное противоречие является противоречием роста, и, естественно, обусловливает существование специфических для социализма форм производственных отношений"*.

(*Любинин А. Основное противоречие социалистической экономики //Вопросы экономики. — 1986. — № 9. — С.68)

Подчинение средств производства всем уже является выражением определенного производственного отношения и содержит в себе противоречия. Технологическая зависимость их использования от отдельных лиц не может привести к возникновению производственного отношения, т.е. в связях между обобществлением средств производства и техноло¬гической обособленностью их использования невозможно усмотреть определенное производственное отношение, а, значит, и экономическое противоречие.

По мнению А.Семенова, "основным противоречием коммунистической формации в целом, в процессе разрешения которого реализуется закон повышающейся производительности труда и другие экономические законы социализма, является несоответствие потребностям всестороннего развития личности ограниченных в каждый данный период возможностей их удовлетворения"*.

(*Семенов А. Противоречия ускорения роста производительности труда. — //Вопросы экономики. — 1986. — № 10. — С.46)

Но ведь и в условиях коммунистического способа производства потребности всестороннего развития личности не будут статичными, а будут качественно и количественно изменяться, возрастать и в каждый данный момент будет возникать проблема их удовлетворения, которая может быть успешно решена при полном коммунизме, хотя между уровнем возможностей на какой-то данный период и потребностей на последующий период всегда будет существовать противоречие. При социализме же, на низшей стадии коммунистического способа производства, констатация заведомо очевидного несоответствия ограниченных возможностей потребностям всестороннего развитая личности для теории и методологии мало что дает в виде конструктивного вывода. Да и потребности всестороннего развития личности полностью еще не сформировались, как и нет еще всесторонне развитой личности как феномена.

Как считает А. Бузгалин, "к числу коренных производственных отношений способа производства принято относить отношение соединения производителя со средствами производства (основное отношение), генетически вырастающее через ряд опосредующих звеньев из противоречия отношения, определяющего особую социально-экономическую форму связи производства и потребления, обмена деятельностью (исходное отношение)"*.

(*Бузгалин А. Взаимосвязь противоречий коренных производственных отношений социализма //Вопросы экономики. — 1986. — № 10.-С.34)

Если основное производственное отношение есть отношение соединения производителя со средствами производства, то как же особая форма его функционирования может определить самое основное отношение?

По утверждению А. Бузгалина, отношение, в котором осуществляется свободное и всестороннее развитие личности, является основным производственным отношением социализма*.

(*Там же. — С.40)

Ответа на вопрос, конкретно в каком отношении осуществляется свободное и всестороннее развитие личности, А. Бузгалин не дает. А ведь именно отношения общественной собственности на средства производства предполагают возможным свободное и всестороннее развитие личности.

В качестве основного противоречия социализма А. Бузгалин предполагает "противоположность объективной необходимости развития человека как творца научно-технического и социально-экономического прогресса и невозможности всесторонней и полной реализации этой задачи на данном этапе экономки социализма"*.

(*Бузгалин А. Взаимосвязь противоречий коренных производственных отношений социализма //Вопросы экономики.-1986.-— № 10. — С.43)

В философском плане и при коммунизме всесторонняя и полнейшая реализация развития человека как творца научно-технического и социально-экономического прогресса будет оставаться, так как предела прогрессу нет, а, значит, данное противоречие общесоциальное. В качестве же основного противоречия социализма может служить только то противоречие, которое вытекает из основного производственного отношения и, следовательно, исходит из требований основного экономического закона социализма, т.е. представляет собой вполне конкретное противоречие, разрешение которого обеспечит переход социализма в высшую фазу коммунистического способа производства.

По мнению А.Еремина, "важное значение для анализа противоречий экономики социализма должно иметь раскрытие противоречивости ее основного отношения"*. И эту противоречивость А.Еремин находит во внутренней противоречивости общенародного присвоения, ибо оно имеет единого субъекта, который внутренне противоречив в смысле отражения противоречия различия между непосредственно общественным, существующим в масштабе всего общества соединением факторов производства и коллективистским характером этого соединения**, или, иначе говоря, между обществом в целом и ассоциированным тружеником.

(*Еремин А. Экономические противоречия социализма: общее и особенное //Вопросы экономики. — 1986. — № 11. — С.91)
    (**Там же. — С.92)

Но возникает вопрос: по поводу чего? Разумеется, по поводу реализации требований основного экономического закона, а значит, нужна дальнейшая конкретизация указанного противоречия.

Важно при этом, как справедливо замечает А.Еремин, не сводить вопрос об экономических противоречиях к их простой регистрации, ибо "не определение содержания противоречий, а определение путей их разрешения — главная задача экономической науки"*.

(*Там же. — С.85)

На наш взгляд, существенно важным является противоречие между уровнем возможностей общества по удовлетворению материальных и духовных потребностей его членов и уровнем реализации этих возможностей. Это противоречие можно предположить как противоречие основного экономического закона социализма, которое отражает и стремление и возможности реализации высшей цели социализма и современный уровень реализации данной цели.

Субъектами основного производственного отношения являются ассоциированные производители, обладающие определенным экономическим и духовном потенциалом для реализации требований основного экономического закона. Процесс реализации наталкивается на известные проблемы, связанные с определенными противоречиями народнохозяйственных, региональных, отраслевых, личных интересов, что в конечном счете отражается на результатах. Возникают расхождения между возможным уровнем удовлетворения потребностей и уровнем реализации возможностей для его достижения. В настоящее время не отработана достаточно надежная и эффективная системе контроля за динамикой и уровнем потребностей. Рациональные социально-экономические потребительские нормативы не включены в систему плановых нормативов и практически не выполняют стимулирующие и контролирующие функции.

Как считает С.Дзарасов, "в социалистическом обществе индивид реализует себя в качестве собственника средств производства не прямо как обособленный хозяин, а опосредованно как коллективный их совладелец. Последний превращается в реального сохозяина путем действительного участия в управлении производством, то есть присваивая и используя результаты труда. Как нам представляется, противоречие между социальным положением индивида (как собственника) и его участием в управлении производством (как сохозяина), выступающее реальным выражением взаимоотношений между обществом и личностью, есть основное противоречие социализма"*.

(*Дзарасов С. Противоречия социалистической экономики //Вопросы экономики.— 1987.— №2. — С.63)

Но если быть точнее, в социалистическом обществе индивид — не частный собственник средств производства, а совладелец, сохозяин, и его участие в управлении производством объективно обусловливается экономически, а юридически гарантировано. Конечно, положение сохозяина внутренне противоречиво в том плане, что совокупность сохозяев представляет общество в целом, а сохозяин в отдельности — отдельного члена общества, и между обществом в целом и членом общества в отдельности при социализме конечно возникают противоречия. Но, соотнося хозяина в совокупности (общества в целом) с отдельным сохозяином (членом общества), нельзя определить конкретно то коренное противоречив, по разрешению которого затем стало бы проявляться действие основного экономического закона социализма. Первичное экономическое отношение возникает не по поводу статуса совокупного и отдельного сохозяина, а по поводу способа ведения хозяйства и формы присвоения результатов производства. И основное экономическое противоречие связано с основный производственным отношением и основным экономическим законом социализма.

Внутреннее противоречие присуще социалистическому ассоциированному обществу как одновременно ассоциированному производителю и ассоциированному потребителю. Это противоречие связано с тем, что ассоциирование членов общества как производителей опережает в своем развитии ассоциирование их как потребителей.

Утверждение общественной собственности на средства производства делает объективно неизбежным коллективный труд; ассоциирование труда в тех или иных формах становится естественным, развивается в направлении обеспечения полного выражения непосредственного обобществления труда и производства.

Ассоциирование членов общества как потребителей при социализме по уровню "обобществления" потребления отстает от обобществления производства. Если одна часть потребления (общественное потребление) выражается в непосредственно общественной форме, то другая (индивидуальное потребление) сохраняет индивидуальную форму потребления, что является выражением социалистического принципа распределения: от каждого — по способностям, каждому — по труду. Сохраняется известная обособленность присвоения, хотя оно зависит от личных усилий в непосредственно общественном производстве.

Внутреннее противоречие ассоциированного общества как одновременно ассоциированного производителя и ассоциированного потребителя по своей сущности есть противоречие между требованиями общественного производства и индивидуальными результатами, что внешне проявляется как противоречие между коллективными и индивидуальными интересами. Как видно, последнее исходит не из основного производственного отношения и основного экономического закона социализма, а из современного уровня развития производительных сил, зрелости социалистических производственных отношений, уровня обобществления производства.

Поэтому, исходя из вышесказанного, нельзя согласиться и с утверждением Л.Колесова, что "основное экономическое противоречие социализма можно сформулировать как противоречие между непосредственно общественным характером производства и обобществленно-обособленным присвоением"*.

(*Колесов Н. Основное экономическое противоречие социализма//Вопросы экономики. — 1987. — № 2. — С.72)

С.Дзарасов напоминает, что "К.Маркс основное противоречие (капитализма — Т.К.), как и основное отношение, искал в сфере не общих, а специфических явлений, присущих капиталистической системе"*.

(*Дзарасов С. Противоречия социалистической экономики. — С.63)

Безусловно. А при социализме, лишенном классового антагонизма, основной экономический закон которого выражает отношение ассоциированных производителей по производству непосредственно общественного продукта, специфическим экономическим противоречием становится именно противоречие между уровнем возможностей общества по удовлетворению материальных и духовных потребностей его членов и уровнем реализации этих возможностей, разрешение которого устраняет многие экономические противоречия, присущие социалистической стадии развития коммунистического способа производства, в том числе противоречия между коллективными и индивидуальными интересами.

Когда же речь идет о реализации экономических мер по разрешению основного экономического противоречия, то и коллектив, и индивид согласованно действуют в этом направлении. Основное экономическое противоречие содержит в себе противоречие между коллективными и индивидуальными интересами как внутренний элемент, а не наоборот, и новой парадигмой политической экономия социализма, пожалуй, правомерно считать не концепцию "коллективное-индивидуальное"*, а концепцию более полной реализации возможностей социализма для ускоре¬ния экономического и социального развития. Другое дело, что недостаточная реализация возможностей прежде всего и наиболее остро проявляется в противоречии между коллективными и индивидуальными интересами.

(*Файнбург З., Козлова Г. Становление новой парадигмы политической экономии социализма // Экономические натки. — 1987. — № 3. — С. 1З-25)

Устранение противоречий между индивидуальными, коллективными и общественными интересами наступит с обеспечением полного обобществления средств производства, труда, производства, полного использования экономических возможностей развития. Конечно, здесь присутствует и обратное влияние.

Дальнейшее обобществление средств производства есть процесс постепенного всеобъемлющего и полного проявления коренной сущностной социально-экономической природы средств производства, принадлежности их к общественной собственности, стирания экономически обособленной формы их использования и перехода к полному утверждению, высшей форме выражения — непосредственно общественной собственности на средства производства, непосредственно общественного производства. Естественно, при этом все полнее и глубже проявляется непосредственно общественный характер труда.

Конечно, в общем и принципиальном плане, когда речь идет о природе, сущности общественного продукта в коммунистическом способе производства и если исходить из его коренной экономической основы и основного экономического закона, объективность категории непосредственно общественного продукта и его важнейшее место в системе категорий ни у кого не вызывают сомнений. Но если рассматривать отдельные этапы движения данного способа производства и реально оценивать достигнутый уровень развития производительных сил, степень обобществления производства, зрелость производственных отношений, то надо признать, что не сразу и не в масштабе всего общественного производства продукт автоматически становится непосредственно общественным. Сфера, в пределах которой труд становится непосредственно общественным, расширяется по мере возрастания обобществления производства и труда.

 

2. Отношения планомерности в системе социалистических производственных отношений

"Каждая категория социалистического производства, — как полагает Н.А.Цаголов, -генетически связана с планомерностью как с исходной основной и наиболее общей формой своего движения"*. Действительно, экономические категории социализма прежде всего генетически связаны с теми из них, которые являются специфическими для общественно-экономической формации, как в данном случае с планомерностью, но не как с исходной основой, а с органически присущей для всех экономических категорий социализма формой их проявления. "Исходное отношение, — считает Н.А.Цаголов,— это та общественно-экономическая форма, без которой не может реализоваться основное производственное отношение, Поэтому различие исходного и основного производственного отношения применительно к социалистическому способу производства является совершенно обязательным"**.

(*Цаголов Н.А. Вопросы методологии и системы политической экономии: Избранные произведения. — М., 1982. — С. 95)
    (**Там же. — С.267)

Исходное отношение как отношение — это не форма, из которой вырастает основное производственное отношение, оно показывает то глубинное начало, являющееся коренной чертой, типа общественно-экономической формации, переходящее на определенной ступени развития, когда формация опирается уже на свои социально-экономические основы, в основное производственное отношение, т.е. поднимается на более высокую ступень абстракции.

Утверждается, мол, якобы, "чтобы охарактеризовать сущность социалистического процесса производства, нужно определить его основной закон. Но объяснить основной закон до закона планомерного развития невозможно. Планомерность является исходным отношением социализма. Основной закон может действовать только при наличии закона планомерного развития"*.

(*Цаголов Н.А. Вопросы методологии и системы политической экономии. — С.273-274)

Основной экономический закон определяет цель общественного производства. И основной экономический закон, и цель зависят от отношений собственности на средства производства, а отношения собственности определяют соответствующую форму ведения общественного производства. Значит, закон планомерности не может существовать до основного экономического закона. Как специфические законы социализма, основной экономический закон и закон планомерного развития действительно друг без друга не могут существовать, но это вовсе не является обоснованием планомерности как исходного отношения.

Действительно, "при переходе от одной системы производственных отношений к другой все имманентные связи старой системы прерываются. Исходное и основное отношение каждого способа производства формируются по-своему, на принципиально различных началах. Поэтому прямые логические связи между категориями различных способов производства не могут быть проведены"*. Тем более, если речь идет о переходе системы производственных отношений капитализма, основанных на классовом антагонизме, к системе производственных отношений социализма, в которой нет антагонизма классов и развитие общества ведет к со¬циальной однородности — бесклассовой структуре. Логика формирования исходного и основного производственного отношения будет принципиально иной. И если различие их в условиях капитализма исторически объективно, то в условиях социализма лишается основания. По мнению Н.А. Цаголова, закон планомерного развития является "тем экономическим законом, без которого не может действовать ни один другой экономический закон социалистического производства"**. Это такая же истина, что и закон планомерного развития не может действовать без других экономических законов социализма. Без действия того или иного закона действие закона планомерного развития не будет полным и будет нарушено. Конечно, "в обществе, где нет закона планомерного развития, не может быть и основного экономического закона социализма"***. Но здесь показана обратная связь. Общество не может быть абстрактным. Раз есть социализм, то обязательно действие основного экономического закона и затем закона планомерного развития. Закон планомерного развития не может появиться раньше, чем сам социализм с его основным экономическим законом.

(*Там же. — С.287-288)
    (**Там же. — С.299)
    (***Там же. — С.352)

"Трактовать социалистическую собственность в виде отдельного, обособленного, самостоятельного отношения, — считает Н. А. Цаголов, — это значит сводить ее к факту принадлежности средств производства всему обществу и по пути дела отрицать ее экономическое содержание, не раскрывать законы ее воспроизводства"*.

(*Там же. — С.352)

Именно понимание социалистической собственности на средства производства как самостоятельного производственного отношения, причем определяющего, в системе социалистических производственных отношений позволяет определить ее место в системе экономических категорий и механизм ее воспроизводства. Реальная экономическая категория, конечно, проявляет себя в системном действии законов и категорий, но для определения ее несущей роли она неизбежно должна быть выделена и не может быть растворена в какой-то другой категории или по крупицам в других.

По мнению Н. А. Цаголова, "планомерный способ управления общественным производством есть выражение первого производственного отношения нового способа производства, сущность которого заключается в том, что непосредственные производители являются членами единой ассоциации трудящихся, осуществляющей производство в масштабе всего общества"*.

(*Цаголов Н.А. Вопросы методологии и системы политической экономии. — С.374)

Признание того, что "непосредственные производители являются членами единой ассоциации трудящихся, осуществляющей производство в масштабе всего общества", прежде всего свидетельствует о господстве общественной собственности на средства производства, что и предполагает "планомерный способ управления общественным производством", а не наоборот,

"Противопоставление планомерности социалистического производства как отдельного производственного отношения планомерности как всеобщей форме производственных отношений является несостоятельным", — утверждает Н. А. Цаголов и продолжает: "несостоятельно и противопоставление всеобщего производственного отношения исходному, отдельному производственному отношению...

...Не может быть всеобщим производственное отношение, которое само не является исходным, т.е. первым, начальным в данной системе производственных отношений.

...Нельзя назвать всеобщим то, что сада производно от другого отношения, входящего в совокупность, всеобщим для которого объявляется данное отношение"*.

(*Там же — С. 375)

При той или иной классификации экономических отношений и законов учитывается причастность, масштабы и границы их действия по определенным признаками тут никакого значения не имеет, являются ли они исходным или производными. Необязательно исходное при той или иной классификации признается всеобщий, и наоборот.

"Планомерное производство ассоциации трудящихся, соединенных с общественными средствами производства, — отстаивает Н.А. Цаголов, — характеризует основное производственное отношение, которое и формирует сущность социалистического процесса производства"*.

(*Там же. — С. 437)

А.Ю.Мелентьев также признает, что "планомерная организация всего общественного производства — коренное, глубинное отношение коммунистической формации, составляющее имманентный момент содержания ее основного производственного отношения. Взятое же отдельно, рассматриваемое с точки зрения самостоятельного собственного содержания, отношение планомерности выступает в качестве исходной экономической реализации общественной собственности на средства производства, определенного (альтернативного товарному) способа увязки распределения общественного труда по отраслям и сферам производства о совокупностью общественных потребностей, специфической системы хозяйствования (субъектом которого становится общество в целом) и, наконец, высшей исторической формы непосредственно общественного производства, непосредственно обобществленного и в народнохозяйственном масштабе"*.

(*Мелентьев А.Ю. Основной экономический закон в концепции развитого социализма. — М., 1985.— С.58)

Именно только момент основного производственного отношения, а не коренное, глубинное. Коренным, глубинным является исходное и основное производственное отношение, естественной формой проявления которого служит планомерность в условиях социализма. Отношение планомерности только как форма существования исходного и основного производственного отношения социализма может считаться коренным и глубинным, а не как более коренное и более глубинное по отношению к исходному и основному производственному отношению. Отношение планомерности возникает только после утверждения и функционирования отношений социалистической собственности на средства производства и, следовательно, является не исходной экономической основой реализации общественной собственности на средства производства, а формой этой реализации, и действительно является "высшей исторической формой".

Основное производственное отношение формирует сущность способа производства, которая получает выражение в отношениях собственности на средства производства и в производной от них цели способа производства, а не в форме ведения хозяйства. Планомерность развития не выражает ни отношения собственности, ни цели производства, а производна от них.

Таким образом, отношения планомерности выражают естественную форму реализации основного экономического закона и существования исходного в основного производственного отношения социализма. Действие закона планомерности проявляется на уровне общественного производства, характеризуя его социально-экономический тип. Правильный учет действия закона планомерности позволяет для каждого уровня функционирования экономики (народнохозяйственного, отраслевого, регионального, предприятия) отработать конкретные рычага и инструментарии эффективного управления экономическими и социальными процессами.

 

3. Социалистические производственные отношения в режиме оптимального функционирования

Объективность социалистических производственных отношений вовсе не означает, что они возникают произвольно, абсолютно вне нашего сознания и помимо воли. В соответствии с поставленными целями и на базе первоначально возникшей в результате политического акта экономической основы социалистической экономики — общественной собственности на средства производства общество сознательно формирует принципы и порядок, структуру и взаимосвязи производственных отношений, которые, возникнув, уже становятся объективными. Они вообще не зависимы от воли и сознания отдельных лиц. Они также независимы от воли и сознания общества в целом, покуда они соответствуют развитию производительных сил.

Но эту независимость нельзя сравнивать с независимостью законов природы от воли и сознания людей. Общественная практика объективна, но она регулируется не слепо, подобно явлениям природы, а управляется в социалистическом обществе в плановом порядке самим обществом. Следовательно, производственные отношения объективно независимы от воли и сознания общества, покуда соответствуют развитию производительных сил, в то же время зависимы от воли и сознания общества, поскольку соответствие производительных сил и производственных отношений диалектически постоянно нарушается и постоянно должно сознательно восстанавливаться.

Волю и сознание общества необходимо рассматривать глубже и всесторонне. Считается, что по отношению к общественной практике они субъективны. Но только ли так? Общественная воля и общественное сознание побуждают к общественной практике под воздействием материальных интересов. Являясь вторичными и субъективными по отношению к материальным интересам, общественная воля и общественное сознание побуждают самое общество к общественной практике объектизированно. Общественную волю и общественное сознание невозможно рассматривать в отрыве от общественной практики, они есть ее внутренние свойства, чисто субъективны лишь воля и сознание отдельных лиц.

Общественные объективные цели всегда осознанны и поэтому возникновение или формирование производственных отношений в соответствии с общественными потребностями не могут быть совершенно независимыми от воли и сознания общества. Цели определяются осознанного от этого они не становятся необъективными. Точно так же сознательное формирование производственных отношений, появление которых объективно созрело, вовсе не означает, что они теряют свою объективность. Сознательное формирование отношений означает, что вновь возникающие производственные отношения осознанны и включаются в систему действующих отношений.

В этом смысле, на наш взгляд, С.С.Шаталин совершенно справедливо утверждает, что "политическая экономия социализма должна... исследовать прежде всего не только те производственные отношения, которые реально существуют в социалистическом обществе на базе общественной собственности на средства производства, но и показать, какие должны быть сконструированы производственные отношения..."*.

(*Шаталин С.С. Функционирование экономики развитого социализма. Теория, методы и проблемы. — М.,1982. — С.16)

Новые социалистические производственные отношения могут возникнуть только а реальном режиме оптимального использования ограниченных производственных ресурсов социалистического общества. Но оптимум — это не результат автоматического действия законов, а результат целенаправленного и планомерного действия людей, вооруженных объективными экономическими законами, правильно использующих эти законы и в своих деяниях опирающихся на них. На это часто не в полной мере обращается внимание. И вот когда мы сталкиваемся с определенными экономическими негативными явлениями, подчас делается вывод, что это результат нарушения закона, в силу чего он, мол, не действовал. Объективные законы никакой субъект (пусть самый гениальный), разумеется, не в состоянии отменить, но неправильно понять и использовать может, вследствие чего результаты его действий окажутся нежелательными или не в полной мере ожидаемы. Утверждение, что экономические результаты — это проявление (понимаемое как автоматическое) действий экономических законов, теоретически пагубно, так как абсолютизирует значение объективных законов в экономической лизни, сводит на нет роль субъектов, действий людей, которые предпринимаются в экономической жизни на основе понимания и использования объективных предпосылок.

Режим оптимального функционирования действительно сознательно устанавливается, когда, опираясь на объективные экономические законы и категории, волею, сознанием, действием людей (фактическое состояние приводится к желаемому, к нормативно-оптимальному. Нормативность исходных предпосылок не противоречит объективным экономическим законам. Соизмерение затрат и результатов, возможностей и. потребностей, целей и средств их достижения — все это планово-экономические решения, нормативные по своей внутренней природе.

Следует подчеркнуть, что в условиях социализма целевые нормативные отношения носят объективный характер, ибо, по Марксу, общественное бытие понимается не как внешне чуждое человеку, а как человеческая чувственная деятельность, практика, т.е. "субъективно". Последовательное проведение этого онтологического принципа марксистской философии предрешает успешную реализацию и гносеологического принципа: цели, должное, нормативы могут быть поняты на основе анализа экономической деятельности только тогда, когда действительность осознается как общественная практика, т.е. как процесс материального осуществления человеческих целей. Ведь бесспорно, что само производство, которое образует основу нормативных отношений, прежде всего включает целесообразную деятельность человека, осуществление сознательной цели, "которая как закон определяет способ и характер его действий и которой он должен подчинить свою волю"*.

(*Маркс К., Энгельс Ф. — Соч. — Т. 23. — С. 189)

Поиск нормативного состояния не означает, что мы ищем нечто произвольное. Хозрасчет, закон экономии труда, закон планомерности и другие экономические законы и категории носят в себе глубоко нормативные начало.

Тенденция к оптимальности объективно присуща социалистической экономике, но она может быть достигнута только при определенном уровне развития способа производства. Оптимальное состояние экономики означает качественно новую ступень в ее развитии, которая может быть достигнута на определенном этапе и дальше продолжена как оптимальный процесс. Оптимальность экономики прежде всего должна рассматриваться как процесс, ибо то, что сегодня оптимально, завтра не оптимально. Но это не означает, что в определенный период времени нельзя говорить об относительно оптимальном состоянии. Если б это было не так, то незачем было бы ставить народнохозяйственные задачи на оптимизацию экономики в определенные плановые периоды.

Конечно, с переходом от одного периода к другому цели и критерии развития экономики могут меняться (если не качественно, то количественно). А, следовательно, оценка относительной оптимальности экономики будет проводиться по новым меркам. Поиск оптимума — это не поиск чего-то навязываемого извне, а поиск состояния и процесса экономического развития, которые объективно возможны, "должны стать", но не "обязательно происходят", поскольку их реаль¬ное воплощение зависит не только от объективности предпосылок, но и от степени активности целенаправленной общественной деятельности. Поэтому и экономико-математическое моделирование оптимальности развития социалистической экономики следует понимать в том смысле, что с учетом объективных предпосылок и ограничений, выбором объективного критерия, отображением существенных связей и сторон народного хозяйства создается модель его оптимума. При построении модели учитываются объективные предпосылки, но само создание ее — результат деятельности людей. Поиск оптимума происходит 
именно на стадии его планово-экономической формализации, а в экономической действительности комплекс действий и мероприятий по его достижению реализуют его, воплощают найденный оптимум в практику хозяйственного развития. Вероятностный характер экономических процессов обусловливает отклонения от этого оптимума, что требует постоянного контроля, регулирования экономических процессов.

Оптимум как политико-экономическая категория выражает определенное состояние экономики или процесс экономического развития, когда, исходя из объективно выбранного критерия развития, учитывая ограниченность и взаимозаменяемость производственных ресурсов, возможен выбор наилучшего варианта плана развития экономики, в соответствии с которым, регулируя свое производство, общество достигает максимально эффективного использования ресурсов.

Оптимум — категория историческая. Оптимум особенно необходим на определенном этапе развития экономики, когда создан развитый экономический потенциал и осуществляется переход преимущественно на интенсивный путь ведения хозяйства.

В условиях, когда исчерпываются экстенсивные возможности роста производства, усиливается ограниченность благоприятных условий приложения труда, усложняются производственные связи, резко увеличиваются потребности, объективно возрастает и необходимость в оптимальном планировании и ведении хозяйства.

Решение задачи выбора наилучшего варианта развития социалистической экономики зависит и от степени развития научно-методического и организационно-технического аппарата планирования и управления. В этой связи выбор наилучшего варианта стал возможным с разработкой и внедрением в практику экономико-математических методов планирования, АСПР, АСУ, при применении которых широко используется электронно-вычислительная техника.

В реальной действительности хозяйственная деятельность в условиях режима оптимального функционирования, конечно, будет осуществляться под влиянием взаимодействия всех законов, поскольку в условиях общественно-экономической формаций экономическая деятельность во всем своем многообразии определяется действием объективных экономических законов. Безусловно, что каждому качественно новому этапу развития одной социально-экономической формации свойственны свои специфические черты и закономерности.

Режим оптимального функционирования — это исходящий из созревших условий и объективно складывавшихся предпосылок порядок организации общественного производства, при котором решается народнохозяйственная задача оптимизации экономики, обеспечивается наилучшее использование производственных ресурсов социалистического общества. Закон народнохозяйственного экономического оптимума выражает отношения ассоциированных производителей по производству общественного продукта по наилучшему плану, когда результаты общественного производства в наибольшей степени приближаются к объективно выбранному критерию, а значит, больше всего соответствуют объективной цели.

К основным исходным предпосылкам, конституирующим социалистические производственные отношения в режиме оптимального функционирования социалистической экономики, относятся следующие:

• социалистическая экономика основана на общественной собственности на средства производства и является планомерно управляемой системой;
    • исходя из основного экономического закона социализма объективной целью социалистического общества является максимизация удовлетворения все возрастающих и становящихся возвышенными потребностей его членов в материальных и духовных благах, которую (эту цель) и правомерно рассматривать как единый критерий оптимальности;
    • производственные ресурсы общества в каждый момент времени ограничены и они могут быть взаимозаменяемы;
    • социалистическая экономика — это сложная система, что объек¬тивно предопределяет иерархическое построение ее структуры;
    • характер труда на стадии социализма требует осуществления принципа материальной и моральной заинтересованности работников в результатах труда;
    • каждой производственной ячейке социалистического общества должны быть обеспечены равные условия хозяйственной деятельности.

С изменением характера и полноты проявления действия экономических законов или же с позиции новых законов развития экономики и их использования в практике, с переходом к режиму оптимального функционирования социалистической экономики экономические отношения тоже объективно развиваются, "самосовершенствуются", приобретают вовне черты или возникают новые отношения, хотя в принципе и основной характер, социалистическая природа, вытекающая из особенностей социалистической социально-экономической формации, сохраняется.

Социалистические производственные отношения следует понимать как систему экономических отношении, а значит, среди них существуют такие отношения, которые характерны для всех этапов развития социализма (исходное и основное производственное отношение, отношение планомерности и т.д.) и такие, которые могут отживать с исчерпанием своих функций (система карточных отношений, натуроплата, ценностные отношения), и такие, которые могут развиваться с достижением определенного уровня развития экономики, всей социальной системы (общественное самоуправление, прямая и непосредственная форма присвоения благ членами общества как результатов их ассоциированных усилий и т.д.). Вот в этом смысле появление новых производственных отношений в системе социалистических производственных отношений правомерно. Когда мы говорим, что появляются новые производственные отношения, мы не имеем в виду, что совершенно изменились производственные отношения социально-экономической формации, а предполагаем, что появились отношения, характеризующие отдельные элементы, моменты, аспекты функционирования социалистической экономики. Социальную, коренную сущность производственных отношений социализма определяют не все складывающие отношения системы, а с точки зрения сущности самой социально-экономической формации принципиально главные производственные отношения в системе производственных отношений, каковыми для социализма будут исходное и основное производственное отношение, отношение планомерности, которые выражены в категории общественной собственности на средства производства, в основном экономическом законе социализма и законе планомерности, превращаемые затем обществом как категории социального действия в цели, методы, ресурсы.

Далее следует учитывать и то обстоятельство, что социалистические производственные отношения (как и вообще производственные отношения) существуют не абстрактно, а в реальности, и следовательно, в соответствии с иерархической структурой экономической системы (как системы многогранной и сложной) делятся на ряд рангов: производственные отношения на уровне всего народного хозяйства как целостной системы, на уровне отрасли, "на уровне предприятий, объединений, а также на внутриотраслевом уровне. Конкретное выражение производственные отношения на всех этих уровнях получают в формах управления, организации, планирования, распределения, стимулирования. Естественно, что эти формы меняются, совершенствуются, исчезают, рождаются в соответствии с возможностями, потребностями, целями и задачами. Это и есть признание динамичности всех и исторически определенных производственных отношений в рамках одной социально-экономической формации. Социалистические производственные отношения, разумеется, появились вместе с появлением этой формации. Но формы и проявления производственных отношений многообразны и богаты (понятие "социалистическое" подчеркивает лишь принадлежность и отличительный характер производственных отношений при социализме) особенно в современных условиях, они будут еще богаче и разнообразнее в условиях оптимального функционирования социалистической экономики, по мере движения экономики развитого социалистического общества. Ошибочным будет утверждение, что все формы и проявления производственных отношений появились единовременно, застыли, и не претерпевают качественных изменений. В той же степени неправильно было бы утверждать, что присущие социализму экономические отношения возникают только с поиском оптимума. Производственные отношения совершенствуются в процессе реализации оптимума.

Теория оптимального функционирования социалистической экономики (ТОФЭ) — это учение о путях наилучшего использования производственных ресурсов общества на основе оптимальных вариантов плана, наибольшей степени соответствующего объективной цели развития общественного производства.

С возникновением социализма регулирование общественного производства носит планомерный, сознательный характер. Но эта сознательность еще не означает перехода к оптимальности организации общественного производства. Оптимальное регулирование общественного про¬изводства возможно тогда, когда создана вычислительная техника, позволяющая на основе использования экономико-математических методов и нормативных предпосылок рассчитывать варианты развития народного хозяйства и исходя из объективно сформулированного критерия выбрать наилучший план, для выполнения которого и в соответствии с которым совершенствуется весь механизм управления экономикой. Диалектически оптимально не то, что есть, а что должно быть. А то, что должно быть, экономисту можно и нужно "задать" в основном нормативно. Только тогда будет вложен преобразовательный смысл в его действия.

Теория оптимального функционирования социалистической экономики должна и дальше развиваться, содержание ее должно стать, естественно, более богатым и глубоким. Любая экономическая теория получает интенсивное развитие только в процессе ее приложения в практике планового руководства народным хозяйством.

Система оптимального функционирования социалистической экономики (СОФЭ) — эта система управления экономикой страны, которая должна быть внедрена, причем постепенно и поэтапно, на основе созревания и развития предпосылок, при которых возможно действие отдельных элементов СОФЭ. Полное внедрение СОФЭ, которое в конце концов должно произойти, есть завершение перехода к режиму оптимального функционирования экономики. Мы склонны считать, в частности, что сам факт разработки теоретических положений СОФЭ, а также проведение экономических экспериментов, укрепление хозяйственного расчета, практика использования ЭВМ для оптимизации решения отдельных хозяйственных задач представляют собой определенные этапы внедрения СОФЭ. Ее теоретические положения не разработаны во всей ши¬роте и глубине, отдельные из них, возможно, пока схематичны. Но чем больше и дальше звенья СОФЭ будут внедряться в хозяйственный механизм, тем более основательными и всесторонними будут ее основные теоретические концепции.

В конечном счете СОФЭ, реализованная полностью, представляет собой хозяйственный механизм, т.е. это саморегулирующийся хозяйственный механизм, обеспечивающий оптимальный режим экономики и ее эффективность.

Таким образом, более высоким уровнем развития производительных сил и зрелости социалистических производственных отношений более полно раскрывается и возвышается сущность законов я категорий политической экономии социализма, ярче заметна эволюция в характере их проявления и действия, а значит, у общества расширяются возможности сознательного, научно обоснованного регулирования развития социалистической экономики в плановом порядке.

ТОФЭ, основанная на познании и использовании всей системы законов и категорий политической экономии социализма, означает, что с достижением высокого уровня развития производительных сил и зрелости социалистических производственных отношений на определенном этапе социально-экономического развития реализация основной цели социалистического воспроизводства, вытекающей из основного экономического закона социализма, возможна по наилучшему плану, характеризующему усиление действия закона планомерности социалистического хозяйства и который в соответствии с требованиями закона экономии общественного труда и закона экономии народнохозяйственных ресурсов, учитывающих ограниченность производственных ресурсов и вместе с тем повышение и возвышение общественных потребностей, обеспечивает эффективность использования производственных ресурсов, достигая максимума результата при минимальных затратах, используя более совершенный и гибкий планово-экономический и организационный меха¬низм управления.

ТОФЭ — это результат развития и совершенствования, возвышения системы социалистических производственных отношений. Появление ее — объективный процесс, и ее нельзя рассматривать как "плод" и "создание" субъективного порядка. СОФЭ, основанную на ТОФЭ, следует рассматривать как систему управления и плакирования общественного производства, в формах, методах и средствах которой находят свое выражение достигнутые уровни развития производительных сил, научно-технического прогресса и зрелость социалистических производственных отношений. И если в условиях СОФЭ мы "встречаемся" с новыми законами и категориями, то надо помнить и понимать, что они не созданные и воссозданные "рукотворно", субъективно, а объективно исходят из развития способа производства, производственных отношений и отражают объективные явления в системе производственных отношений.

Крепость любой научной теории, проверяется по тому признаку, какой философский "камень" заложен под ее фундамент. Поэтому не случайно, что критики теории СОФЭ стараются "раскачать" ее философский фундамент. По их мнению, теоретики СОФЭ неправильно истолковывают объективную, материальную и субъективную, сознательную сторону человеческой деятельности. Критики ужасаются такого понимания объективности, когда сознание рассматривается как внутренний элемент объективной социальной системы, ее действий.

Материальны в мире не только природные ресурсы, созданные человеческим трудом вещественные продукты и сами люди. Материален сам процесс человеческой деятельности. Но этот процесс человеческой деятельности осуществляется не только руками человека, но и его разумом, продуктом его мозга. Разум как продукт материи активно участвует в процессе воспроизводства, управляет им, определяет цели и устанавливает порядок производства и распределения его результатов, т.е. действительно является внутренним составным элементом социального действия. А разве это не объективно? Ведь не случайно, что сейчас помимо производительных сил, считающихся традиционными, т, в. природных ресурсов, производственных фондов и трудовых ресурсов, в качестве производительной силы все более выступает, и наука — продукт человеческого разума.

Это говорит о том, что при определении соотношения материи и сознания, если действительно следовать марксистской материалистической диалектике, ее онтологическим и гносеологическим принципам, то такой материальный объективный мир, как социальный организм, вовсе не исключает сознания как своего внутреннего составного элемента. Другое дело, как онтологически и гносеологически правильно подойти. Безусловно, марксизм правильно рассматривает мышление, сознание как отражение независимого объективного материального мира. Но сам процесс отражения, на наш взгляд, не занимает, не поглощает целиком процесс мышления или все сознание. Сознание как отражение реального материального мира, как его осмысление и познание, накопление суммы знаний о нем действительно идеально по отношению к материальному. Но далее сознание, преобразующее это отражение в социальные действия, определяющее цели и методы его, это уже материально, ибо входит в процесс человеческой деятельности как ее составной элемент по преобразованию материального мира. Сознание как отражение и сознание как перевод отражения в поступки и действия — это две стороны процесса мышления, т.е. сознание следует рассматривать с двух сторон, ибо после познания материального мира сознание не покидает человека, а управляет его действием, причем не субъективно, а объективно, поскольку мозг человека остается в человеке как часть его тела, как материя, обладающая особым свойством — свойством мышления. Человек, познавая, тут же и создает.

Мы рассматриваем человеческое общество как общество, обладающее сознанием, не внешне привитым, а внутренне материально присущим ему, как продукт мозга, труда, общения посредством языка и истории, так почему же должны лишить сознание его объективности и материальности, ибо оно содержится в материальном.

Отделение сознания от материального происходит тогда, когда оно, как особое свойство, отражает материальное (в том числе и самое себя) а когда оно поступает как действие, отделения сознания от материи и не происходит, оно материализуется в социальных действиях и их результатах. Вот с этих позиций диалектического рассмотрения функционирование социального организма естественно рассматривать как продукт реализации человеческих целей. Сознание как социальное действие выдает цели, условия и порядок, "технология" реализации которых не предшествует, а следует за постановкой целей. Постановка цели — это уже не отражение сознанием объективного, а перевод отражения в действие. Таким образом, соотношение и взаимодействие материи и сознания можно представить как материя – сознание как отражение — сознание как действие — материя.

Если мы говорим, что социальная динамика, общественные отношения объективны, материальны, то почему сознание, регулирующее развитие социальной динамики, общественных отношений, не может рассматриваться в качестве внутреннего составного элемента материального?

Признанием этого мы не посягаем на объективность материального мира, а подтверждаем тот реальный факт, что законы объективного социального мира проявляются не автоматически, а в сознательных социальных действиях и их использование регулируется этими действиями и в этом смысле разум служит "организатором" объективно.

При философском осмыслении теоретических положений политической экономии социализма лишь повторением ставшей аксиомой истины, что, мол, материя — объективна, сознание — субъективно, т.е. бытие определяет сознание, вряд ли можно добиться правильного и глубокого понимания происходящих преобразований в экономике и вообще в социальной жизни.

Развитие науки и техники, внедрение их достижений в производство оказывают определяющее влияние на укрепление материального потенциала, всей экономики в перспективе. Материальное, сегодняшнее и вчерашнее, определяет наше сегодняшнее сознание, но оно не пассивно, а активно устремлено вперед и определяет завтрашний "цвет" материи, ее будущность. В каждый данный момент накопленное сознание выступает как уже объективное, которое, как и мир материальный, представший перед нашим взором, определяет сознание материи именно в этот момент, а также влияет на будущее его "движение".

Если материя рождает и формирует наше сознание, то сознание через реализацию своего отражения и действия в производстве преобразовывает, улучшает материю. В этом заключается власть человеческого разума над природой.

Конструирование новых производственных отношений правомерно связывать с необходимостью обеспечения оптимального использования материальных, трудовых и природных ресурсов общества. Обеспечение эффективности общественного производства — непреложный закон социалистической экономики. Эффективность отражается через соотношение результатов и затрат. В этом соотношении, если рассматривать его в наиболее общем виде, результат должен повышаться, а затраты — понижаться. Но в различных экономических ситуациях абсолютно жесткой количественной зависимости между результатами и затратами, когда бы идеально обеспечивалось их противоположное движение, нет.

Не всегда повышение результатов сопровождается соответственным понижением затрат, более того, затраты могут и возрасти. Повышение затрат может происходить и при понижении результатов. Выходит, возможны различные комбинации в направлениях и уровнях изменения результатов и затрат. В этих условиях важно обеспечить такое соотношение результатов и затрат, когда намечаемый результат не может быть большим, ибо это приведет уже к росту затрат, а предполагаемые затраты не могут быть еще меньшими, так как в этом случае понизятся результаты. В условиях ограниченности производственных ресурсов стремление к такому соотношению объективно. А такое соотношение обеспечивает оптимальное использование производственных ресурсов и, безусловно, степень приближения к режиму оптимального использования производственных ресурсов общества будет зависеть, от зрелости социалистических производственных отношений, и "перед политической экономией социализма встает ее центральная задача синтеза системы зрелых, адекватных социализму производственных отношений, характеризующих реальный режим оптимального использования производственных ресурсов общества"*.

(*Шаталин С.С. Функционирование экономики развитого социализма. — С.17)

Обеспечение оптимального режима использования производственных ресурсов общества способствует все более полному удовлетворению потребностей членов социалистического общества в материальных и духовных благах, а также обеспечению условий для всестороннего развития личности. В связи с этим должна существовать и объективная мера того, насколько удовлетворяются потребности общества и в какой степени способствуют повышению уровня народного благосостояния.

Качественно различные потребительные стоимости, обладая свойством удовлетворять конкретные потребности, вместе с тем обладают я общим свойством удовлетворять потребности вообще, т.е. абстрактные потребности. Если отвлечься от конкретных видов потребительных стоимостей, то последние существуют вообще, т.е. реально, но в абстракции. Определение категории абстрактной общественной полезности благ привело к необходимой известной переоценке ценностей в политической экономии социализма.

Политическая экономия социализма, исходящая из основополагающего положения, что естественной мерой затрат является труд, "дополнена" не менее основополагающим положением, что естественной мерой удовлетворения потребностей общества является общественная полезность благ. На этих двух равных фундаментальных положениях должно строиться объяснение степени и эффективности социально-экономических целей общества.

В условиях планового ведения хозяйства усиление пройдем эффективности и интенсификации повышает значение нормативных отношений, реализация которых свидетельствует о соблюдении плановой дисциплины и о поднятии ее на более высокий уровень с возникновением отношений оптимальности. Оптимум как политэкономическая категория выражает отношения между обществом в целом, коллективами (отрасли, региона, предприятия), работниками по обеспечению такого варианта экономического развития, с учетом требований основного экономического закона социализма и ограниченности ресурсов при реализации его требований, когда становится возможным достижение максимального эффекта при экономном использовании производственных ресурсов.

 

(ВНИМАНИЕ! Выше приведено начало работы)

Скачать полный текст

 

© Койчуев Т.К., 2007. 
    © Центр экономических стратегий при ПКР (ЦЭС), 2007. 
    © ОО «Экономисты за реформу», 2007. 

 


Количество просмотров: 3590