Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Научные публикации, Политические науки; управление; идеология / Научные публикации, Экономика и финансы
© Койчуев Т.К., 2006. Все права защищены
© Центр экономических стратегий при ПКР (ЦЭС), 2006. Все права защищены
Произведение публикуется с письменного разрешения автора и издателя
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 11 мая 2009 года

Турар Койчуевич КОЙЧУЕВ

Глобализация, регионализация, национальная политика

ИЗБРАННЫЕ СОЧИНЕНИЯ. ТОМ IV, ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ (начало книги)

В избранные сочинения дополнительно вошли монографии, изданные в 2006 году. В данной работе рассматриваются процессы глобализации и регионализации в мировой экономике; анализируется развитие экономики в постсоветском пространстве и адаптация ее к мировым экономическим процессам; даны соответствующие рекомендации по выработке продуманной политики вхождения в мировое экономическое сообщество с учетом особенностей своего развития. Представляет интерес ученым-экономистам, практикам, работникам образовательной сферы

Публикуется по книге: Койчуев Т.К. Избранные сочинения в 3-х томах. Дополнительный том: Политика, экономика, миросвязи Кыргызстана. – Б: ЦЭС при ПКР, ОО «Экономисты за реформу», 2007. – 224 с.

УДК 338
    ББК 65.9(2Ки)
    К 59
    ISBN 978-9967-417-57-1 
    К 0605010411-07

Центр экономических стратегий при Правительстве Кыргызской Республики
    Общественное объединение «Экономисты за реформы»

Печатается по решению ученого совета ЦЭС при ПКР.

Редакционная коллегия:

Акад. Т.К.Койчуев, д-р экон. наук Д.С. Джаилов, проф. К.Б. Гусев, Н.М Даровских

 

Посвящаю сыновьям Патрису и Бахтияру

ВВЕДЕНИЕ

С распадом СССР и обретением независимости новые суверенные государства, бывшие союзные республики, как самостоятельные субъекты мирового экономического сообщества, стали познавать законы и правила мировых экономических отношений, на себе испытывать плюсы и минусы экономических связей, а отсюда, вырабатывать, изучая опыт других стран, правовые и экономические механизмы адаптации к мировым экономическим процессам, для того чтобы в договорах с иностранными государствами грамотно отстаивать свои интересы, завоевывать уважение и стремиться к сотрудничеству.

В мире одновременно идут процессы глобализации и регионализации экономики. Как их рассматривать? Как взаимоисключающие, противоборствующие или взаимодополняющие, способные на конструктивное сосуществование? Национальная экономика должна реагировать на эти процессы, чтобы не приуменьшить свой экономический потенциал и не ухудшить его использование, а наоборот, укрепить и улучшить хозяйствование, добиться более значительных результатов.

С помощью каких теоретических подходов можно улучшить понимание мировых экономических процессов и какие существуют пути углубления и расширения экономического сотрудничества, без которого невозможно представить функционирование экономики постсоветских стран.

Обо всем этом в настоящей работе…

 

ГЛАВА I
    ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИНТЕГРАЦИОННЫХ ПРОЦЕССОВ В МИРОВОЙ ЭКОНОМИКЕ

I.1. Глобализация и ее влияние на современное мировое развитие

 

 

В последнее время все чаще в философских, экономических, политических и социальных исследованиях стала проводиться мысль о глобализации общества и, в частности, экономики. Однако какого-то определенного, устоявшегося, общепринятого понимания сути глобализации, как мне представляется, еще нет. Те, кто в числе первых стали оперировать этим понятием, вкладывали и вкладывают в него свой смысл, те, кто стали использовать его позднее, зачастую дают ему свою трактовку, причем не всегда углубляющую первоначальное понимание сути дела. Тем не менее в самом общем плане содержание этого понятия определилось, и очевидно, что оно выражает важный объективный процесс современного мирового развития. Глобализация – это качественно определенный этап развертывания тенденции усиления взаимосвязанности и взаимозависимости стран друг от друга. Как бы ни был противоречив этот процесс, как бы не переплетались в нем позитивные и негативные стороны, следует признать, что он выражает прогресс человеческого общества, движение от одной его ступени к другой.

Такая констатация необходима, так как существует мнение, согласно которому глобализацию интерпретируют всего лишь как стратегию мощных держав и транснациональных корпораций, как метод удержания в подчинении менее развитых стран и т.д. При таком подходе остается лишь уповать на самоизоляцию, которая может стать главным фактором консервации отсталости менее развитых стран.

Глобализация несет с собой одновременно и благо и зло. Она включает в себя обострение конкурентной борьбы, в которой преимущества на стороне более сильного, но она создает и возможности модернизации и укрепления позиций менее развитых стран, если они окажутся способными освоить новые резервы подъема национальной экономики, которые возникают при углублении международных экономических связей. Наконец, нельзя не обращать внимания и на то, что глобализация может и должна постепенно вести к совместным, согласованным решениям различных стран, к формированию того или иного общего интереса, базирующегося не в последнюю очередь на потребности лидеров мировой экономики в стабильном развитии на все более обширных пространствах земного шара, в увеличении емкости глобализируемых рынков и т.д. Несмотря на межгосударственные, политические и экономические противоречия, доходящие иногда до военных столкновений, межнациональные конфликты и социальные трудности в отдельных (причем многих) частях света, мировое сообщество развивается в конечном счете не по пути разобщения, а по пути консолидации. Углубляются политические, экономические, культурные связи между народами, странами, континентами. Увеличивается число интеграционных объединений, расширяются их рамки, усиливаются и связи между ними.

Существуют уже международные структуры, которые совместно с государствами мира работают в направлении обеспечения миропорядка без войн и конфликтов, в направлении демократического и гуманистического развития. Общемировой прогресс становится условием стабильности и наиболее развитых государств.

Вот это, может быть, есть то нечто самое общее, что является предпосылкой (только предпосылкой) процесса глобализации. Но можно ли предполагать, что глобализация – новый, качественно значимый этап на пути формирования целостности мира? Это, видимо, так, потому что глобализация развертывается в силу обостряющихся проблем и потребностей их решения в масштабе групп стран, континентов всего мира. Эти проблемы и потребности обусловлены и ограниченностью ресурсов и производственного потенциала, и необходимостью экологической защиты, и возможностью обеспечения устойчивого развития на базе накопления человеческого потенциала. Одновременно глобализация развертывается в целях преодоления барьеров на пути взаимодействия стран, которое становится все более императивом. Глобализация, в конечном счете, создает условия для необходимого объединения усилий стран и народов. Создаются соответствующие международные организации и международные фонды. Формируется «глобальный сектор» экономики и финансов. Создаются выходящие за рамки отдельных государств транснациональные экономические и финансовые корпорации и компании, продукты и услуги которых покрывают потребности многих и многих стран. Международный перелив капиталов, товаров, труда стал одним из главных условий развития национальных экономик всех стран. Их взаимодействие, создающее экономическую целостность мира, становится все более реальным и весомым. Можно даже сказать, что это сотрудничество все более доминирует в отношениях между странами по сравнению с противоречиями между ними.

Но картину мира нельзя идеализировать. Реалии таковы, что зачастую за будущие позитивные результаты приходится платить немалую цену, экономическую и социальную. Эту цену составляют прежде всего усилия, которые требуются от стран для того, чтобы они вписались в прогрессивные тенденции глобализации, обрели способность получить положительные результаты. И если у более развитых стран речь идет главным образом о дополнительных вложениях капитала, которые чаще всего дают весомую отдачу, то менее развитые страны часто сталкиваются с тяжелым бременем необходимых структурных перестроек, социальных издержек и т.д., причем не во всех случаях гарантирован удовлетворительный конечный эффект. В частности, отсюда вытекает важность поддержки усилий менее развитых стран со стороны более развитых в интересах снижения первоначальных издержек включения в процессы глобализации и большей гарантированности позитивных результатов.

Однако главную роль играет, разумеется, собственная политика каждой страны. В эпоху глобализации усиливается внешне проявляющаяся противоречивость этой политики. В ней неизбежно сочетаются открытие внутренних рынков и защита национального капитала, адаптация к общим требованиям и учет национальной специфики. Однако в принципе эта противоречивость поверхностна, поскольку сутью рациональной национальной политики является включение в процессы глобализации и использование создаваемых ими возможностей.

Конечно, глобализации не уничтожила и не уничтожит различия стран в экономическом развитии. И от процесса глобализации большую выгоду получают прежде всего развитые страны. Но тем не менее глобализация дает важный импульс развитию и слаборазвитых стран. Правда, к созданию открытой экономики в ходе глобализации степень готовности стран разная. Менее развитые страны, наряду с позитивным воздействием, испытывают на себе и негативное влияние глобализации. В известном смысле их экономика становится еще более зависимой. Но у них нет другого выхода, кроме как выстоять в этом процессе глобализации, качественно видоизмениться и найти свою нишу. Важно найти правильную, прагматичную тактику адаптации национальной экономики к процессу глобализации. Нельзя противопоставлять глобализацию и развитие национальной экономики. В конечном счете, глобализацию экономики надо рассматривать как особый фактор развития национальной экономики. Можно представить глобализацию экономики как формирование целостной мировой экономики, призванной углубить взаимодействие и обеспечить поступательное развитие всех национальных экономик. Более того, без развития национальных экономик полномасштабной глобализации невозможно достичь.

Однако нельзя не отметить, что сегодня глобализация экономики обслуживает прежде всего интересы высокоразвитых и развитых стран. Именно они создают эффективные интеграционные группировки, именно их капитал ставит себе на службу экономические связи с менее развитыми странами. Для развивающихся и слаборазвитых стран глобализация экономики – вещь труднодоступная, труднодостижимая и связанная пока со значительными отрицательными эффектами. Паритетных начал в процессе глобализации нет и при существующих различиях в условиях экономического развития быть не может. Потому весьма неодназначно отношение стран к процессу глобализации. И в обозримом будущем различия между странами будут неизбежно велики, и задачей мирового сообщества является поиск путей взаимоприемлемого разрешения возникающих в связи с этим противоречий между странами. А суть такого подхода – не лишение каких–либо стран возможности отстаивать свои экономические, социальные, политические интересы, а содействие формированию возможностей реализации этих интересов именно в ходе глобализации. В принципе такие возможности существуют. Правда, особенно на первоначальных этапах глобализацию характеризует мощное давление ведущих стран на другие страны, на мировое развитие в целом или по крайней мере попытки такого давления. Неизбежно и противодействие этих стран в меру их возможностей. Но следует полагать, что именно такое «взаимодействие» способно в растущей мере гармонизировать процессы глобализации.

В глобализации главную роль играют ведущие экономически развитые страны мира, прежде всего США, однако сам процесс глобализации будет выводить и уже выводит на мировую сцену новые силы, претендующие на то, чтобы оказывать на этот процесс растущее влияние. Речь идет не только о тех или иных странах и их капиталах. Велико значение международных организаций (МВФ, Всемирный банк, ЮНЕСКО, ФАО, МОТ, ВТО), региональных объединений (их насчитывается в общей сложности около 60), неправительственных организаций (движения «зеленых», «врачей без границ» и т.п.), научных сообществ и т.д. Даже отдельные индивиды с их капиталами (типа Дж. Сороса, Б. Гейтса) могут оказывать большое влияние. Конечно, в международных организациях, фондах и т.п. нередко определяющую роль играют несколько ведущих стран мира и прежде всего США. Необходима борьба за демократизацию этих организаций, за отражение в их деятельности интересов всех участвующих стран и не только их. В то же время нельзя и абстрагироваться от того, что развитые страны являются носителями многих инноваций, полезных и необходимых уже сейчас или в перспективе для всех стран мира. И амбиции США в известной мере вытекают не просто из экономической мощи этой страны, но из новаторского характера американского капитализма, что вместе взятое позволило США стать уникальным центром распространения нововведений в технологической, финансовой, организационно–управленческой сферах мировой экономики. США являются одновременно и двигателем, и экспериментальной лабораторией того, что называется глобализацией*. (*Кузнецов В. Что такое глобализация? // Мировая экономика и международные отношения. – 1998. — №4. — С.15) Но позитивные возможности участия в процессах глобализации нельзя отдавать на откуп «странам западного мира». Эти возможности должны использовать и страны СНГ. Одновременно страны СНГ должны уметь нейтрализовать и сопутствующие глобализации негативные тенденции и угрозы эгоистической экспансии более развитых государств и их монополистического капитала.

Глобализация охватывает всю жизнь общества, а ее центральное звено — глобализация экономики. Экономическая глобализация как накопление структурных сдвигов и поэтапное формирование органически целостного мирового хозяйства не является «изобретением» последней четверти XX в. Она так же стара, как и история человечества. Но ее формы, степень интенсивности, темпы, уровень и характер воздействия на жизнь стран и народов, а также отдельных людей постоянно видоизменялись.

Различают следующие типы экономической глобализации: вялотекущую (до периода великих географических открытий); медленно прогрессирующую в форме межгосударственных отношений на основе развития мировой торговли и колонизации остальных стран (вплоть до середины XIX в.); структурную, связанную с переделом мира, сфер влияния, консолидацией и распадом противостоящих социально-экономических систем, их единоборством (до середины 80-х гг. XX в.); последовательную, выступающую уже как самостоятельный надгосударственный фактор. Интенсивность глобализации нарастает по основным направлениям микро— и макроэкономик национальных государств, а также путем создания планетарных систем (Интернет, всемирный финансовый рынок спекулятивного капитала, возникновение планетарно интегрированных отраслей и предприятий)*.

(*Комаренко Г., Ефимов В. Экономическая глобализация: теория и практика. // Экономист. – 1998. — №11. — С.81)

Глобализация развивается в условиях подъема производства. Это означает, что страны СНГ с ослабленной экономикой играют сейчас в процессе глобализации «ведомую» роль, оставаясь в стороне от многих инициатив глобального значения. Но следует исходить из того, что по мере подъема экономики активность стран СНГ будет возрастать.

По мере развития национальных экономик стран мира и развертывания многообразных процессов глобализации она будет все больше координироваться не под давлением группы стран, а на основе более согласованного взаимодействия преобладающего числа стран, принятия согласованных решений. Тем самым наиболее полно будут учитываться как общепланетарные потребности, так и интересы всех стран, войдет в обычную практику поиск устраивающего всех сочетания интересов.

При этом особенно важно реализовать потребности в глобализации, осуществлять ее с учетом специфики отдельных стран, их возможностей, стоящих перед ними актуальных проблем и задач. Особенно большую роль играют различия в ресурсном потенциале стран. Предстоит сформировать глобальную стратегию последовательного возвращения конкретных государств к системе рационального использования ресурсов и «на основе отказа от моделей, порожденных национальным эгоизмом»*. (*Комаренко Г., Ефимов В. Экономическая глобализация: теория и практика // Экономист. – 1988. — № 11, — С. 81) Поэтому важна правильная классификация стран по ресурсному потенциалу. Такая классификация «исходит из следующих критериев:

• по уровню использования — ресурсосберегающие (Япония, Германия, Швейцария, Швеция, Норвегия и др.), не экономящие ресурсы (Россия, некоторые страны Азии, Африки и Латинской Америки);
    • по степени обеспеченности — ресурсонедостаточные (например, Япония), ресурсообеспеченные (США, Мескика и т.д.), ресурсо-избыточные (Канада, Австралия, Норвегия и др.), планетарные (Россия и Бразилия);
    • по экологической культуре использования ресурсов – экологически безопасные (Норвегия, Финляндия, Швейцария и т.д.), экологически агрессивные (США), экологически опасные (Россия, Монголия, Бразилия);
    • по уровню потребления — недостаточно обеспеченные и бедные страны (Россия, слаборазвитые страны Азии, Африки, Латинской Америки), среднеобеспеченные (Венгрия, Чехия, Словакия и др.), обеспеченные (Великобритания, Франция, Италия и т.д.), избыточные (США)»*.
    (*Там же)

Однако значение многих традиционных характеристик ресурсной обеспеченности отдельных стран уже снижается и будет снижаться и в дальнейшем. Это обусловлено растущими возможностями доступа одних стран к ресурсам других, угрозой исчерпания невозобновляемых природных ресурсов, развитием ресурсоэкономных технологий и т.д. Одновременно возрастает значение способности стран эффективно использовать ресурсы. Но главная тенденция – быстрый рост роли человеческого потенциала, интеллекта людей, их общественной, прежде всего экономической активности. Достижения именно в этой сфере будут определять перспективы стран и народов, их будущее благосостояние, их место в мировой экономике. А наращивание человеческого потенциала каждой страны в большой мере зависит от ее включенности в процессы глобализации на началах партнерства.

Поведение экономически развитых стран и экономически слаборазвитых стран в мировой политике, естественно, различается. Так, благодаря своей экономической и военной мощи, защищая свои уже реализуемые во все части света экономические интересы, США открыто заявляют о своих глобальных притязаниях, демонстрируя желание навязывать миру свою волю, нередко прикрываясь общемировыми потребностями и прибегая к неприемлемым средствам и методам.

Уже отчетливо проявилась опасная практика использования ведущими развитыми странами потребностей, возможностей и процессов глобализации для навязывания другим странам своих целей и интересов. Ведущие страны мира в значительной мере подчинили себе международные организации, сформировав их финансовую зависимость от себя. Международные финансово–экономические организации, банки и фонды стали орудием глобального удовлетворения интересов ведущих развитых стран мира. Любая помощь нуждающимся странам нередко оговаривается политическими требованиями или диктуется определенная модель экономического развития, а не только правила пользования помощи и ее возврата, чем и только должны бы ограничиваться условия предоставления помощи.

Но тем не менее cамо вовлечение страны в процессы глобализации «подтягивает» страну, побуждает ее энергичнее действовать, искать свое достойное место в мировой экономике, прилагать больше усилий в интересах собственного развития.

Многие страны с различным уровнем развития будут все активнее отстаивать свои интересы на фоне процессов глобализации. Так ясно, что Запад не может считаться с Россией, какие бы трудности она не переживала. КНР – страна с особым менталитетом народа, богатой историей, культурой не теряет свою самобытность и, включаясь в процессы глобализации, сохраняет самостоятельность и в принципе уже конкурирует с Западом. В будущем ресурсобогатый арабский Восток будет более надежно отстаивать свои интересы, ликвидируя свою зависимость от Запада, более того, по ряду позиций сможет ему навязывать свои интересы. Велики потенциальные возможности укрепления самостоятельной позиции ресурсобогатой и крупной по численности населения Индии.

Несмотря на угрозу экономической независимости менее развитых стран, глобализация все же открывает новые возможности для прогрессивной технологической, структурной, институциональной перестройки их экономики. Такая перестройка болезненна, но необходима. В то же время нужно учитывать и ту угрозу, которую несет глобализация общественным ценностям, традициям, культуре, менталитету народов. Предлагая стандартные культурные, моральные, нравственные ценности, глобализация может подрывать национальные корни, собственное «я» народа. Очень важно, чтобы глобализация общества, соединяя народы и страны общими интересами, сохраняла и способствовала расцвету самобытной культуры, традиций, нравственных и моральных ценностей народов, которые обогащают мировую культуру и сохраняют лицо нации.

Итак, в широком плане глобализация, безусловно, фактор общественного прогресса, экономического, социального и политического. Но она протекает отнюдь не гладко, а противоречиво, с экономическими, социальными, политическими издержками для одних — слабых и бедных, преимуществами для других — сильных и богатых. Потому критерий оправданности глобализации – согласование интересов тех и других, содействие поиску общего языка между ними. Это возможно только в том случае, когда сильные и богатые поймут слабых и бедных, пойдут навстречу им и поддержат, а не будут подавлять. А это возможно только в том случае, если взаимодействие стран будет подчинено в конечном итоге гармонизации человеческого развития и, если эта гармонизация станет главным критерием оправданности глобализации.

В этой связи на первый план выдвигаются требования и цели гуманитарного развития мира. Гуманитарное развитие, на наш взгляд, станет знамением XXI века. Определяющим ориентиром общественного развития и государственной политики должно стать формирование физически здорового, духовно и культурно богатого, нравственно чистого и доброго человека и установление гражданского и межнационального мира, сотрудничества между народами и государствами. Эта определяющая ориентация будет исходить от экономически развитых демократических стран и окажет воздействие на весь остальной мир. Преобладающий позитивный характер влияния развитых стран будет проявляться не только в экономическом, но и в гуманитарном плане и будет в конечном счете направлен на прогресс в обеспечении устойчивого развития человека.

 

I.2. Регионализация – альтернатива или партнер глобализации?

Да, в жизни человеческого общества возникают общечеловеческие, общепланетарные проблемы и цели, и к их решению и достижению стремятся все народы и государства, когда каждые из них свои пути, средства и методы достижения определяют независимо друг от друга.

Но, как правило, их решения наталкиваются на ограниченные средства и, более того, требуют согласования и взаимодействия народов и государств. Возникают международные институты, которым «делегируются» полномочия по организации, координации и осуществлению проектов по этим общим мировым проблемам.

Яркий пример политической глобализации — глобализация проблемы обеспечения мира и безопасности народов и создание Организации Объединенных Наций, призванной для этой цели и рассчитанной на добрую волю и доверие друг другу стран, входящих в нее.

После Второй мировой войны обеспечение мира стало одной из самых актуальных проблем. В эпоху противостояния двух систем (капиталистической и социалистической) не было особого доверия между странами этих двух систем, а существовала подозрительность, и как средство сдерживания возникли НАТО и Варшавский договор. Затем и в развивающихся странах стали возникать свои военно-политические союзы и блоки.

Ту истину, что глобальную задачу обеспечения мира и уважения прав человека и народов нельзя доверять военно-политическим «блокам» и «союзам» подтверждает факт бомбардировки Сербии НАТО (США и Англией). ООН оказалась беспомощной перед лицом силы НАТО, неспособной настоять и обеспечить мирное решение проблемы и, чтобы спасти честь мундира, приняла решение о поддержке НАТО, а по существу США.

Нельзя признать привлекательной и приемлемой глобализацию своего видения мира, своего стандарта и ценностей, позиции отдельной страны, которая злоупотребляет своей силой и навязывает свою волю. Даже при всей проблемности иракского режима, скажем, нельзя брать США и Англии на себя право бомбардировать эту страну когда хочу и как хочу, как заблагорассудится, якобы, для упреждения или уничтожения военных объектов.

Политическая глобализация позитивна, если она отражает тенденцию восприятия постепенно многими нациями и государствами демократических ценностей, и все большее число наций и государств выбирает демократическое общественно-политическое и государственно-правовое устройство.

Если осознание приоритетности, безальтернативности и необходимости демократического пути развития пришло в цивилизованный мир и объективно возникли негосударственные мировые, международные организации (наиболее яркий и выдающийся пример — ООН), поддерживающие, содействующие и защищающие демократический выбор наций и стран, то это есть глобальное, фундаментальное, выдающееся политическое явление, и глобализация в этом плане представляет необратимый процесс, приветствуемый всеми нациями и государствами, ибо не затрагивает и не ущемляет ничей политический суверенитет, а только показывает наилучший путь развития.

Но, надо признать, не всегда и не везде происходит «гладкая» совместимость глобализации развития и регионального, национального развития. Отдельные страны с диктаторскими режимами могут препятствовать проникновению демократических ценностей в политическую жизнь. Но диктаторская форма развития не может длиться вечно, и рано или поздно она будет уничтожена.

Другой ракурс глобализации. Отдельные государства или их группа, имеющие сильную экономику и военную мощь, могут навязывать миру или стараются навязать миру свои политические стандарты и будут с помощью силы насаждать пути и формы развития по своему образу и подобию, более того, требуют подчинения их воле. Такая политическая глобализация будет носить временный характер, ибо на силу тоже найдется сила, и, главное, в каждой стране и у каждого народа есть своя история, культура, менталитет, традиции, вероисповедания, объективно влияющие на политические, общественные и государственные институты. Важно, чтобы при этом разнообразии неизменно приоритетными оставались демократические ценности. Глобализация демократических ценностей отвергает или постепенно сводит на нет разделение мира на политические и военные блоки с соответственно возникшими противостояниями. Глобализация с позиции силы порождает власть сильных над слабыми и разделение мира на враждующие блоки. Они постоянно будут возрождаться при «благоприятной» почве, создаваемой именно глобализацией с позиции силы.

Политическая глобализация должна осуществляться осознанно (а потому добровольно) самими странами, во взаимодействии и согласованно, используя положительный опыт в мире и поддержку, помощь прогрессивных международных общественных и политических организаций и институтов. Пока даже «приемлемая», привлекательная глобализация демократических ценностей не проникла «во все дома» и имеет «пространственную» ограниченность в смысле готовности к восприятию демократических ценностей общественным сознанием и общественной психологией всех народов, наций.

Да и глобализация демократических ценностей не может «идти» по каким-то шаблонам, стандартам и образцам. Скажем, по американским, или германским, или еще каким-то... В Китае, Японии, Индии и других странах, к примеру, будут свои стандарты реализации демократических ценностей, «образа и форм» их формирования, учитывая культуру, традиции, вероисповедания, национальные особенности мышления и проявления чувств, формирования сознания и психологии и т.д. Существенно важно другое, а именно то, чтобы «там и тут» уважали человека и соблюдали его права, обеспечивалась безопасность его жизни.

В современном мире все более возникают крупные общепланетарные проблемы, которые глобализируют их решение. Глобализация с позиции интересов ряда развитых ведущих стран будет или должна в дальнейшем, с общим поднятием уровня развития всех стран, ограничиваться. До сих пор глобализация была «заказом» крупных развитых стран Запада во главе США.

Набирает все более экономическую мощь динамизм КНР, выдвигаясь на передние позиции в мире в абсолютных размерах. Исторически недалек и тот день, когда относительные экономические показатели будут характеризовать развитую экономику. Появится (и уже появляется) интерес КНР к глобализации своих интересов.

И Россия с полноценным утверждением рыночной экономики более заметно и весомо будет влиять на мировой экономический процесс. На азиатском континенте нельзя не признать и экономическую роль Японии, Индии, стран НИС.

Однополярный процесс глобализации экономики со стороны Запада должен уйти в прошлое. Мир становится многополярным. Глобализация также будет приобретать многополярный признак, а не сохранять однополярность.

Эта реально очерчиваемая тенденция, возможно, приведет к тому, что глобализация экономики в мире все больше будет приобретать «плановый», координируемый, регулируемый характер. Возможно возникнет «Всемирный экономический совет», куда войдут «авторитетные» государства, представляющие крупные регионы мира (КНР, США, Россия, Германия, Франция, Англия, Индия, Япония, Австралия, ЮАР, Египет, Иран, Ирак, Турция, Украина, Узбекистан).

Это позволило бы процесс глобализации «направлять» на привлекательный, всеми государствами приветствуемый и поддерживаемый путь; на путь, по которому будут стараться идти все.

На современном этапе, с развитием мировой экономики, возможности развития экономики не ограничиваются масштабами одной страны, а выходят за рамки в поисках рынка сбыта, сферы приложения капитала, источников сырья, интегрируясь и создавая транснациональные структуры, и влияние этого процесса на мировое экономическое развитие в целом и экономику отдельных государств становится заметным. Происходит экономическая глобализация. Конечно, при этом господствующее влияние оказывают экономически развитые государства, слабые оказываются в зависимом положении. Но выход для них не в изоляции, а наоборот, в извлечении пользы из процесса глобализации, которая поможет быстрее поднять экономику. Только так можно, «перетерпев ущемленность», найти свою достойную нишу и уйти от ущербного зависимого положения. Хотя в глобализированной мировой экономике ни одна сторона уже не может подумывать о полной независимости от нее. Разумеется, при этом каждое государство должно для своей экономики определять защитные механизмы и щадящий режим включения в процесс глобализации. Но надо признать, что в глобализированной мировой экономике экономически более развитая страна всегда будет иметь «больший вес», т.е. полного равенства никогда не будет, будет тенденция к смягчению разрыва в уровнях развития и слабые будут сокращаться, подымаясь на уровень развитых. Но первыми будут те, которые сильнее (технологически, по уровню развития) и мощнее (по масштабам производства и ресурсов).

Глобализация охватывает и область культуры. При всем том, что в каждой стране сохраняется национальная культура, возвышается до уровня мировой востребованности и набирает темпы и масштабы «общечеловеческая» культура (искусство, кино, литература, художничество и т.д.), которая переходит национальные границы, вызывает мировой интерес. Надо признать сегодня лидирующую роль американской культуры в широком смысле (включая не только искусство, кино и художничество, но и образ и стандарты жизни) в мировом процессе культурного развития. Это благодаря прежде всего экономическому потенциалу, что позволило США проникнуть в другие государства не только со своими экономическими ресурсами, но и с американским образом и стилем жизни, подкрепляя их своими достижениями в области обеспечения благополучия населению и духовными ценностями, материализованными в произведениях культуры. Даже в развитых, богатых культурными традициями странах Западной Европы деловым языком стал английский язык с «американским акцентом». Американская массовая культура завоевала мир. Не в силах что-то им противопоставить страны СНГ. Но важно сохранить и развить свою самобытную национальную культуру и сложившиеся культурные ценности и традиции, но не как противовес глобализации, а как ее уникальную грань, ибо глобализация не может вырождаться в безликий, «без имени и фамилии» феномен, без «сердца и души», а должна представлять собой как бы созвездие культур народов.

В целом глобализация, какой бы стороны жизни народов и государств не коснулась, должна не подавлять национальное, региональное развитие, а наоборот, способствовать их развитию; не увековечивать «верховенство» сильного над слабым, богатого над бедным, а делать слабого сильным, бедного самостоятельным; утверждать справедливое, доброжелательное партнерство.

Поскольку глобализация – объективный экономический процесс, отражающий глубокое и широкое разделение труда в мире, преодоление национальных (государственных) границ и свободное движение товаров, капитала, рабочей силы, то она практически охватывает всю мировую экономику.

Носителями этого процесса являются не государства, не государственные власти отдельных стран, а свободные экономические субъекты, сильные экономически и обладающие возможностями и способностями проникновения в экономическую среду национального масштаба и осуществления ее диверсификации и интернационализации. Значит, носителями и инициаторами, застрельщиками глобализации могут стать только сильные и умные, самодостаточные, обладающие ресурсами и вооруженные знаниями.

Естественно, при этом они преследуют прежде всего собственные экономические интересы. Но вместе с тем они понимают, что полноценного успеха могут достичь только в том случае, если правильно поймут и интересы встречных сторон; и сотрудничество будет плодотворным, когда оно станет взаимовыгодным и будет соответствовать международным правам признания и уважения суверенности государств. Международными экономическими организациями, как известно, только вступающим в глобализированную экономику, на период адаптации создается щадящий режим сотрудничества. Несмотря на определенные временные потери, в конечном счете, более слабые экономические субъекты развивающихся стран получают импульс к более динамичному и цивилизованному росту. Воспитываются и формируются квалифицированные кадры, приходят новые технологии, приобретаются навыки и опыт современного управления и новые экономические знания, начинается выпуск конкурентоспособной на мировом рынке продукции и появляются экспортные отрасли. Безработица ликвидируется или сокращается, повышаются доходы населения и растет уровень жизни населения. Сокращается бедность. Внутри государства накапливаются инвестиционные ресурсы для социально-экономического развития. Интернационализация производства, в конечном счете, обусловливает экономический прогресс. Более того, интернационализация (а это и есть глобализация) как объективный экономический процесс необратима. Поэтому проблема не в том, чтобы найти возможности противостояния, а в том, чтобы продуманно адаптироваться к нему.

А для этого вообще, может быть, настала пора менять или действенно совершенствовать идеологию и фундаментальные принципы формирования национальных экономик. Пока национальные экономики основаны на идеологии суверенности государств и формируются по принципу государственной принадлежности. И потому глобализация встречается в «штыки» как некое зло, наносящее вред национальным экономикам, а отсюда, представляющее угрозу национальной безопасности государств.

Но, поскольку международное разделение объективный экономический процесс, экономика, к какой бы стране она не принадлежала, не знает границ и потому преодолевает в «явочном порядке» государственные границы. Другое дело, какое государство противодействует, а какое – поддерживает. А это зависит от политического и экономического выборы государства. Жизнь показывает, что в проигрыше остается противодействующее государство.

В постсоветском пространстве образовались независимые государства. Многие из них выбрали курс свободной, открытой, социальной рыночной экономики. Преимущественно в экономике действуют частные субъекты. В принципе частная собственность уже нарушает принцип формирования экономики по национальному (т.е. государственному) признаку, ибо она уже не государственная собственность. И в праве поиска и выбора партнеров частный предприниматель должен быть свободным вплоть до поиска за рубежом. В странах СНГ уже создаются не только совместные с иностранными партнерами предприятия, но и чисто иностранные. Это тоже признак интернационализации.

Опыт интернационализации экономики развитых стран, НИС и других, уже начатый процесс интернационализации экономики в постсоветском пространстве, приводит нас к мысли, что нужно менять идеологию формирования экономики. Нужно отказаться от идеологии «государственности» экономики и необходимо признать идеологию интернационализации экономики, которая проводится строго в рамках соблюдения международных договоров, международных правил политического и экономического сотрудничества, признания и уважения прав человека, народов и государств.

Что важно, в конце концов, для общества? Не то, что отечественные или иностранные предприятия функционируют, а то: обеспечено ли экономически активное население рабочими местами и работающие заработной платой, обеспечивающей приличный уровень жизни; пополняется ли полноценно бюджет государства налоговыми отчислениями и государство, имея достаточный профицит, может «содержать» государственные расходы и гарантировать существование государства как власти, которой народом доверено управление государством?

Чем быстрее, шире и глубже интернационализируется экономика того или иного государства, тем легче ей адаптироваться к глобализации мировой экономики. Другого выбора у национальной экономики нет.

Чем же может ответить на вызов глобализации экономики регионализация, т.е. содружество национальных экономик государств, расположенных в одном крупном регионе? Это далеко не праздный вопрос. Разобщенность, несогласованность и зачастую несовместимость экономических подходов и решений государств одного региона затрудняют адаптацию каждого из них к процессу глобализации. И, наоборот, близкое, тесное сотрудничество способствует более эффективной адаптации. Выступая единым «фронтом», они могут более убедительно защищать свои интересы и добиваться более приемлемого подхода.

Требования крупного мирового экономического региона или государств, расположенных в нем, могут быть сведены к следующим положениям:

1. Интернационализация должна способствовать созданию рабочих мест и повышению уровня заработной платы.
    2. Интернационализация должна обеспечить сохранность экологической среды и способствовать ее улучшению.
    3. Интернационализация должна обеспечить гармоничное сочетание интересов носителей глобализации экономики и вступающих в нее.
    4. Интернационализация не должна «покушаться» на общенародную собственность — природные ресурсы страны и стратегические отрасли. Они могут быть использованы иностранными и международными экономическими субъектами только на правах пользования.
    5. Интернационализация предполагает полное выполнение носителями глобализации финансовых обязательств перед государствами, принявшими глобализацию.
    6. Интернационализация предполагает неукоснительное признание и уважение законов и прав суверенных государств, гармонизированных международными законами и правами.

Прошло почти 15 лет, как 8 декабря 1991 года распался Советский Союз. Новые постсоветские государства, движимые здравым смыслом сохранить экономические, культурные, образовательные, научные и другие связи и то положительное, что было в совместной жизнедеятельности народов, 21 декабря 1991 года образовали Содружество Независимых Государств. Учредителями СНГ стали 12 бывших союзных республик, за исключением трех прибалтийских.

 

ГЛАВА 2
    ЭКОНОМИЧЕСКОЕ РАЗВИТИЕ СНГ: ИТОГИ ЗА 15 ЛЕТ

Для того чтобы ответить на вопрос: состоялись реформы или нет, необходимо прежде всего определить — из какого критерия оценки следует исходить?..

Из того, что установлена частная собственность на средства производства и сформирована многоукладная экономика с возложением больших надежд на частную собственность? Тогда очень просто, при прочих равных условиях, издать указ президента и постановление правительства о приватизации и утверждении частной собственности, объявить сформированной рыночную экономику и считать реформы в СНГ состоявшимися. Такая упрощенная оценка была бы ошибочной в теоретическом отношении, а практически – вредной. Это было бы поверхностное механистическое отношение.

Предстоит дать ответ на вопрос: к чему привела реформа? Утвердилась рыночная экономика в действенности или нет? Стала ли она самодостаточной? Улучшилось ли социальное положение населения? Обеспечена ли поддержкой экологическая проблема? Как развиваются наука, образование, культура, здравоохранение, растет ли материальный уровень жизни населения?

Следовательно, критерий оценки реформы должен отражать достижение большего социально-экономического результата, самодостаточность и эффективность экономической сферы, возросший уровень жизни населения и экологическое благополучие в стране. Цель реформы – не просто институциональное изменение экономики, а достижение при этом динамичной, эффективной, относительно более масштабной экономики и заметное улучшение жизни населения.

Если проанализировать, насколько достигнуты эти критериальные цели, то можно констатировать, что пока мы только вначале длинного и не очень быстрыми темпами преодолеваемого пути к цели. Так, значит, реформы еще не состоялись?.. Или ответ нужно искать где-то «посередине», между крайними оценками «да» и «нет»? Признать состоявшимся организационно-правовой факт «декларирования» реформирования и переживаемый переходный этап на пути к самодостаточности и эффективности?

Необходимо раскрыть все ошибки реформирования и определить: что следует менять в методологии, методике подходов, в конкретных законах и механизмах, которые используются, или, какой должна быть политика? Что можно менять и какие нужно вводить новые механизмы (экономические, правовые, эффективные и т.д.)?

Универсальная ценность и неопровержимая состоятельность социальной рыночной экономики доказана мировым опытом развития. Мы будто бы правильно выбрали направление развития, но еще не создали такую экономику. Наш путь оказался ошибочным? Или не так делаем реформы и не дозрели до дееспособных реформаторов? Или неэффективная экономика СССР виновата, когда экономический кризис, как ее наследие, вообще отбросил экономику на двадцать с лишним лет назад? А, может быть, политический развал СССР сыграл негативную роль?

Сейчас мы имеем уже не советскую экономику, которая по масштабам и потенциалам была более содержательна, чем сегодня. Еще не имеем динамичную рыночную экономику, которая восстановила потери экономического кризиса и создала новую качественную структуру, реализующуюся в эффективности и ускорении экономического роста.

Назад к авторитарной экономике возврата нет. Путь только вперед! Но что надо сделать, чтобы шаги были уверенными, поступательными и результативными? На этот вопрос нужно отвечать.

Сравнение со вчерашним. Оглушительным был спад экономики в странах СНГ в результате экономического кризиса 1991-1995 гг. Ни одна страна не устояла, хотя одни понесли меньшие потери, другие большие. Разница в темпах и размерах потерь связана не только с чисто экономическими условиями (уровнем развития и масштабами экономики), но и политическими ситуациями. Скажем, на спад в Азербайджане и Армении не могли не повлиять отношения между ними и военные конфликты, на экономическое положение Грузии – война с Абхазией и довольно напряженные отношения с Южной Осетией и Аджарией, на экономический спад в Таджикистане – гражданская война в этой республике.

С 1996 г. начался экономический рост, хотя и не всегда устойчивый и не во всех странах (табл. 2.1). В 2000 г. по сравнению с 1995г. ВВП возрос в Азербайджане, Армении, Беларуси, Грузии, Казахстане, Кыргызстане, России, Таджикистане, Узбекистане (по Туркменистану информации нет).

Спад произошел в Молдове и Украине. В Молдове, помимо экономической, его можно в известной мере объяснить приднестровской военно-политической проблемой. Украина отличалась развитой тяжелой индустрией: металлургией, машиностроением, угольной и химической промышленностью. Потери этих отраслей (а они огромные) трудно в течение пяти лет восполнить и это, безусловно, отразилось на общем объеме как промышленности, так и ВВП страны. Топливно-энергетически Украина стала сильно зависимой страной. В результате, если в 1995 г. ВВП Молдовы составил 47,9 % уровня 1991г., то в 2000 г. – только 42,1 %; Украины — соответственно 52,3 и 47,3 %, т.е. произошло дальнейшее снижение.

В 2001-2005 гг. развитие экономики стало приобретать еще более уверенный характер, хотя нерешенных проблем оставалось достаточно. Практически экономику ни одной страны СНГ нельзя назвать беспроблемной, полностью оправившейся после экономического кризиса, даже если наблюдаем преодоление спада, восстановление и превышение уровня 1991 г.

В 2005 г., по сравнению с 2000 г., ВВП возрос во всех странах СНГ (за исключением Туркменистана, по которому нет информации), особенно заметно в Азербайджане, Армении, Казахстане, Таджикистане, Украине, Беларуси. В результате к 2005 г. объем ВВП 1991 г. превысили Азербайджан, Армения, Беларусь, Казахстан, Узбекистан. К уровню 1991 г. относительно существенно приблизилась Россия. Если в 2000 г. ВВП России составил 69,1 % уровня 1991 г., то в 2005г. – 93,1 %. По объему пока еще далеки от уровня 1991 г. Грузия – 66,8 %, Молдова – 59,8 , Таджикистан – 64,4, Украина – 68,4 %.

Отстает и Кыргызстан – 86,3 %, но положение его хуже, чем в России, но лучше, чем в Грузии, Молдове, Таджикистане и Украине.

При сохранении сложившихся тенденций ВВП Кыргызстана и России могут превысить уровень 1991 г. в 2009 г., Украина – в 2011 г. Для Грузии, Молдовы, Таджикистана перспектива восстановления и превышения уровня 1991 г. более отдалена. Для того, чтобы приблизить благоприятные перспективы, необходимо более динамично и качественно развивать экономику. Это пожелание касается всех стран СНГ, ибо нерешенных проблем у всех предостаточно.

Дело, ведь, не только в обеспечении динамики общих показателей. Но и в том, как развиваются отрасли, производства, регионы? Обеспечены ли сбалансированность, комплексность, эффективность и качество? Достигнута ли самодостаточность или нет? Обеспечивают ли собственные инвестиционные ресурсы независимость от внешних источников? Сложилось ли благоприятное или хотя бы терпимое сальдо экспорта-импорта? Привлекательна ли структура экспортаимпорта? Как складывается социальное развитие? Ответы на эти вопросы позволят выявить многие нерешенные проблемы.

Занятость населения. В большинстве стран СНГ занятое в народном хозяйстве население преимущественно функционирует в негосударственном секторе (табл. 2.2). Из предоставивших информацию стран только в Беларуси удельный вес занятых в негосударственном секторе составляет меньше половины (48 %) в общей численности занятых. Наибольший удельный вес занятых в негосударственном секторе наблюдается в Кыргызстане (81 %), затем в Армении (79 %) и Казахстане (75 %). Но как оказалось, необязательно большая доля частного сектора в экономике является фактором или условием динамичного экономического роста и устойчивости, самодостаточности экономики. В частности, Кыргызстан, имея преобладающий частный сектор в экономике, по темпам экономического роста в 2001-2005 гг. оказался на последнем месте среди стран СНГ.

Беларусь, в которой ощутима и значительна роль государственного сектора в экономике, по темпам роста экономики находится в лидерах, и по отраслевой структуре более привлекательна.

О привлекательности отраслевой структуры можно судить по структуре занятых в отрасли. Так, о том, что Беларуси удалось сохранить промышленность относительно лучше, чем другим странам, свидетельствует самый большой удельный вес занятых в промышленности (27 %) на снговском пространстве. Кыргызстан очень многое потерял в промышленности, и удельный вес занятых здесь — составляет всего лишь 8 % в общей численности занятых. И в отраслевой структуре валовой добавленной стоимости доля промышленности в Кыргызстане на снговском пространстве одна из низких (18 %). По этому показателю в группе благополучных находятся Азербайджан, Казахстан, Таджикистан, Туркменистан, Украина, Беларусь. Но здесь на величину (или уровень) валовой добавленной стоимости, как известно, значительное влияние оказывают конкретные отрасли и производства, т.е. что производят, то и реализуют.

И в структуре занятых, и в структуре валовой добавленной стоимости значительна доля сферы услуг. Конечно, в условиях рынка роль сферы услуг расширилась и возросла. Но на повышение ее доли повлиял, возможно, не столько рост услуг, сколько техническая причина — снижение доли промышленности в отраслевой структуре не по причине объективной закономерности, а по причине потери. Страны СНГ еще не стали, как в развитых странах, обладать экономикой услуг, а из-за спада в промышленности спустились, в большинстве случаев, до уровня аграрных стран.

Положительная тенденция и проблемы. Показатели развития основных отраслей стран СНГ в 2001-2005 гг. свидетельствуют, что почти во всех странах, по которым удалось найти информацию, наблюдается положительная динамика (табл. 2.3). Естественно, имеются различия в темпах развития, но примечательно, что во всех динамика положительная. Развиваются отношения с внешним миром, но опережающий (а значит, предпочтительный) рост экспорта по сравнению с импортом достигнут только в Армении и Беларуси, а в остальных опережающе растет импорт. Значит, в большинстве случаев страны СНГ пока менее конкурентоспособны.

По темпам роста ВВП и основных показателей развития отраслей лидирует Азербайджан, Армения, Казахстан. Наименьшие темпы свойственны Кыргызстану, у которого много было декларированных программ и проектов, но мало что было сделано. Кыргызстан – единственная страна, в которой в 2005 г., по сравнению с 2000 г., инвестиции в основной капитал не возросли, а уменьшились и составили только 71% уровня 2000 г. Значит, материально-технический фундамент экономического роста не создавался.

Конечно, страны СНГ, как и в советские времена, по уровню экономического развития отличаются друг от друга. С одной стороны, сказывается «инерционное» наследие советского периода. Потери в период экономического кризиса были разными. Общество и власть в странах СНГ адаптировались к рыночной экономике по-разному: кто более успешно, кто менее успешно. Отсюда, и достигнутые результаты различаются (табл. 2.4).

Приведем некоторое сравнение по республикам, которые по численности населения близки друг другу. Кыргызстан имеет территорию, превышающую территорию Армении в 6,7 раза, Грузии – в 2,9 раза, Молдовы – в 6,6 раза. Население Кыргызстана больше населения Армении в 1,6 раза, Грузии – в 1,1 раза, Молдовы – в 1,4 раза. Но ВВП Кыргызстана составляет лишь 62,8% уровня ВВП Армении, 42,3% — Грузии и 84,6% — Молдовы.

Если проанализировать объем ВВП в расчете на душу населения, то получаем результаты, показывающие, что из стран СНГ к странам с доходами выше среднего уровня относится одна Россия (4052 долл. США); к странам с доходами ниже среднего уровня – Азербайджан (1024 долл.), Армения (1094 долл.), Беларусь (2326 долл.), Казахстан (2695 долл.), Украина (1376 долл.); к странам с низкими доходами – Кыргызстан (431 долл.) и Таджикистан (309 долл.). Как видим, ни одна из республик СНГ не достигла уровня стран с высокими доходами. Уровень России от нижней черты стран с высокими доходами отстает в 2,24 раза; от нижней черты стран с доходами выше среднего уровня отстают: Азербайджан – в 2,9 раза; Армения – 2,7 раза; Беларусь – в 1,26 раза; Казахстан – в 1,1 раза; Украина – в 2,1 раза; от нижней черты стран с доходами ниже среднего уровня отстают: Кыргызстан – в 1,7 раза; Таджикистан – в 2,4 раза. Острота проблем экономического роста у стран разная. Особенно болезненны проблемы в Кыргызстане и Таджикистане. Но объединяет все страны, то, что ни одна из них еще не обеспечила своему населению достойного существования!..

В большинстве стран СНГ заработная плата в среднем на одного работника в день превышает 2 долл. США, т.е. работающий обеспечивает свое существование выше черты бедности. Но одного себя. А, ведь, работающие в основном имеют семьи, детей и других возможных иждивенцев (пожилых, больных людей и т.д.). В Кыргызстане в среднем заработная платы на одного работника находится на уровне черты бедности (2,0 долл.) и в Таджикистане – ниже черты бедности (0,9 долл.), т.е. в названных двух республиках работающий человек – бедный человек. А что говорить тогда о неработающих, пенсионерах, больных, одиноких престарелых, не имеющих работающих детей, и т.д.?

Занятое население ни в одной стране СНГ не составляет выше 50 % населения, а ниже и колеблется в пределах 30,9–47,7 %. Занятые должны содержать незанятых членов семьи. Средний размер домашних хозяйств колеблется от 2,4 до 6,5 чел. на одно домашнее хозяйство: в Беларуси и Украине – 2,0 чел.; России – 2,7; Грузии – 3,5; Казахстане – 3,6; Армении – 4,1; Кыргызстане – 4,3; Азербайджане – 4,1; Таджикистане – 5,8 чел. И, ведь, не все члены работают. К примеру, в Таджикистане из 5,8 чел. работает один. Для семей всех стран трудно, когда работающих мало, но особенно для больших по составу семей, а они характерны для Центральной Азии и Закавказья.

Фактический прожиточный минимум в 2004 г. в день составляет: в Беларуси – 1,9 долл. США, Грузии – 2,1, Казахстане – 1,3, Кыргызстане – 1,3, Молдове – 1,8, России – 2,7, Украине – 2,2 долл. В России, Украине и Грузии фактический прожиточный минимум в день оказался выше черты бедности, определенной Всемирным банком, а в Беларуси, Казахстане, Кыргызстане и Молдове – ниже. Эти данные еще раз свидетельствуют о наличии слоя бедного населения в странах СНГ.

Вхождение в мировое сообщество. Расширилась география экспорта и импорта стран СНГ, идет процесс освоения и вхождения в мировое экономическое пространство. Если рассмотреть географическую структуру экспорта, то все страны СНГ (за исключением Беларуси) больше экспортируют в другие страны (табл. 2.5). Преимущественно из стран СНГ импортируют Беларусь, Кыргызстан, Таджикистан, остальные предпочитают импорт из других стран. Эти процессы объективны и обусловлены видом потребностей, насыщенностью рынка, наличием соответствующих товаров и географией их размещения, конкурентоспособностью товаров, платежеспособностью потребителей и т.д. И «свободный товар» находит «свободного потребителя».

Безусловно, внутриснговский оборот товаров и финансовых средств и совместный выход на широкий внешний рынок по возможным выгодным позициям принес бы пользу всем странам СНГ, участвующим в таких проектах. В 1991-2005 гг. в СНГ преобладали центробежные силы, а не центростремительные. Жизнеспособно ли СНГ и есть ли у него будущее? На этот вопрос нужно ответить не декларациями, а совместными реальными делами.

Сколько население потребляет? Структура основных продуктов питания показывает не очень высокое качество питания как с точки зрения биологических требований (восстановления дееспособности человеческого организма), так и с точки зрения социальных предпочтений (благотворного влияния на укрепление и увеличение потенциала человеческого организма) с учетом платежной способности населения. В значительном количестве потребляются хлебные продукты и картофель, но ограниченно — мясо и мясопродукты, овощи и бахчевые, молоко и молочные продукты (табл. 2.6).

В предреформенный период, когда население стало испытывать заметные трудности материального существования, на постсоветском пространстве перестали сравнивать уровни потребления с научно обоснованными нормами (социальными стандартами) потребления.

Если привести, к примеру, социальные стандарты потребления советского периода и сравнить с нынешними фактическими уровнями потребления, то такой анализ ничего утешительного не показывает. А, ведь, ныне социальные стандарты потребления должны быть еще выше и качественнее.

Относительно низок уровень использования потребительских непродовольственных товаров в ряде стран. Для Кыргызстана и Таджикистана с жарким климатом очень низка обеспеченность населения (в расчете на 100 семей) холодильниками – соответственно 31 и 26. В Таджикистане и Украине из 100 семей соответственно только 12 и 16 пользуются стиральными машинами. В Кыргызстане, Таджикистане и Украине из 100 семей, соответственно, только 28, 18 и 14 семей имеют телевизоры. Крайне мало приходится квадратных метров жилья на 1 человека в Таджикистане (8,6 кв.м), Азербайджане (12 кв.м), Кыргызстане (12,4 кв.м) и Узбекистане (14 кв.м).

Трудно ожидать полноценного потребления продуктов и использования непродовольственных потребительских товаров при нынешнем состоянии сельского хозяйства и промышленности в странах СНГ. Сельское хозяйство не стало более продуктивным и материально-технически лучше оснащенным. В большинстве случаев оно является менее машиновооруженным и обеспеченным удобрениями. Огромный урон был нанесен животноводству (табл. 2.7), поэтому потребление мяса и мясных продуктов еще достаточно долго будет ниже предлагаемых социальных стандартов, если только не обеспечим население дополнительно импортируемыми продуктами. А кошельки населения готовы к этому?..

Многие потребительские товары, которыми сами себя обеспечивали, теперь ввозятся за валюту. Собственные мощности простаивают и растаскиваются. Неужели мы такие богатые, что можем позволить себе быть бесхозяйственными и расточительными? А, вообще, богатые не бывают расточительными. Они цену товарам и деньгам знают!.. Те, которые создавали себя собственным трудом!..

Резко снизился уровень жизни населения. Потребление основных продуктов питания и использование непродовольственных потребительских товаров в расчете на душу населения, по данным обследования домашних хозяйств, значительно сократилось.

Наблюдается резкое снижение объемов производства продовольственных и потребительских товаров в абсолютном и относительном значениях — «изобилие» их предложения на массовых рынках (в советское время они назывались колхозными и вещевыми базарами).

В советское время производство и предложение не обеспечивали в достаточной степени население соответствующими продуктами и существовал дефицит ряда основных продуктов потребления.

Одной из причин такого явления было то, что уровень заработной платы работающих и пенсии пожилых людей, даже стипендии студентов и аспирантов, и уровни цен на продукты питания и потребительские товары позволяли большинству населения покупать, потреблять и использовать основные продукты питания и потребительские товары. Спрос был устойчиво высокий.

В настоящее время уровни заработной платы работающих и пенсий пожилых, доходов населения вообще и уровни цен на продукты питания и непродовольственные товары не позволяют значительному большинству населения покупать и потреблять эти товары и использовать их.

Доходы значительной части населения находятся ниже черты бедности. Произошло резкое расслоение населения по размерам доходов. Большие масштабы приобрела безработица.

Спрос на продукты и непродовольственные потребительские товары упал не по причине того, что потреблять хотят меньше, а потому, что они стали недоступными по цене. Изобилие — изобилие кажущееся. При более высокой зарплате и относительно сносных ценах спрос был бы более значительным, и существующие объемы производства, безусловно, не покрыли бы всю потребность. И дефицит был бы налицо. Как говорится, как дефицит дефициту, так и изобилие изобилию рознь.

Бедность науки. Считаем, что научно-технический прогресс является одним из решающих факторов социально-экономического расцвета. И это справедливый вывод. Но государства СНГ на науку и технические нововведения выделяют скромные средства, несопоставимые с ролью этой сферы. Принято считать, что затраты на научно-технические работы должны составить не менее 3 % к ВВП, чтобы обеспечить нормальное функционирование научно-технической сферы. Дальнейшее ее достойное существование зависит от роста затрат на науку и технику более 3 % к ВВП. Чем выше, тем лучше.

В данный момент только в одной России затраты на НИР составляют 1,9 % к ВВП, в Украине – 1,2 %, во всех остальных странах СНГ – менее 1,0 % (табл. 2.8). Чем меньше 1,0 %, тем в худших условиях находится наука в странах СНГ. Особого прогресса в обеспечении науки средствами (за исключением России) нет.

Участие научно-педагогических работников вузов в научных разработках не очень заметно и, если сравнить с советским периодом, они принизили свою роль. Запроса нет и нет востребованности, или нет ни материального, ни морального интереса?

Качественно ли образование? Если сравнить некоторые демографические показатели, по которым можно делать предположения о будущем росте (или снижении) численности населения, то заметим, что удельный вес детей 0-14 лет в общей численности населения высок в Таджикистане (38 %), в Туркменистане (37 %), Узбекистане (36 %) и Кыргызстане (31 %), наименьший – в славянских республиках – Украине (15 %), Беларуси (16 %), России (16 %). Остальные республики находятся между крайними полюсами (табл. 2.9). Но что характерно для всех стран – это снижение удельного веса детей 0-14 лет в численности населения в сравнении с предыдущими примерами.

Какие причины оказали решающее влияние? Снижение уровня жизни? Или новые обстоятельства социально-экономического развития в условиях рынка обусловили экономическую и социальную активизацию населения и снижается рождаемость?

Дать общее среднее образование, подготовить специалистов среднего и высшего уровня – это важнейшая государственная политика. Применительно к рыночным реалиям среднее специальное и высшее образование приобретает все более коммерческий характер. В настоящее время студентов в ссузах и вузах несравнимо больше, чем было в советское время, хотя о материально-технических условиях трудно говорить в положительном смысле. И количество вузов и ссузов неизмеримо больше, чем требуют реальные запросы. Существует дефицит профессорско-преподавательских и учительских кадров. Отсюда, под сомнение ставится качество подготовки кадров. И, вообще, нужно ли такое количество вузов и такая численность обучающихся в вузах? Есть ли в этом реальная потребность?!.

В целом уровень образованности в странах СНГ формально высокий, но надо, чтобы и качество было соответствующим…

В надежных ли руках здоровье? По обеспеченности населения врачами и средним медицинским персоналом низкие показатели имеют Кыргызстан (соответственно 27 и 65 чел. на 10 000 чел. населения), Таджикистан (19,2 и 42,4 чел.), Туркменистан (28 и 69 чел.). Обеспеченность средним медицинским персоналом – проблема и ряда других стран – Армении (56 чел.), Грузии (54 чел.). Причина – низкая заработная плата.

Более того, если сравнить 2000 и 2004 гг., то в большинстве стран идет снижение численности врачей и среднего медперсонала в расчете на 10 000 чел. (табл. 2.10).

Результат – прогрессируют онкологические болезни (за исключением Таджикистана), активен туберкулез (в Армении, Казахстане, Таджикистане), алкоголизм (в Армении, Беларуси, Грузии, Казахстане, Кыргызстане, России), нарко— и токсикомания (во всех странах СНГ, представивших информацию).

Ухудшение условий жизни, неустроенность, отсутствие рабочих мест и источников существования, падение нравов и духовности, в конце концов, приводят к росту болезней и преступности.

Ожидаемая продолжительность жизни в странах невысокая (табл. 2.11), а жить человеку хочется всегда больше, в благополучии и здравии. Страны СНГ еще не в состоянии самим себе доставить радость и наслаждение тем, что благополучно, интересно, полезно и долго живут их граждане.

Выводы:

1. Экономические реформы проводятся ради того, чтобы обеспечить большую динамичность, устойчивость, стабильность и эффективность экономики и, как следствие, социального развития. Каждый положительный шаг в продвижении реформ должен был привести к позитивным изменениям. В странах СНГ получилось наоборот.

2. В первые пять лет (1991-1995 гг.) произошел страшнейший развал экономики, глубокий спад, отбросивший страны ни на одно десятилетие назад. Причины: неэффективная советская экономика, шедшая к кризису, который разразился к моменту распада СССР; политическая недальновидность властей новых суверенных государств, не сохранивших, а разорвавших десятилетиями складывавшиеся экономические связи; отсутствие опыта управления социально-экономическим развитием в условиях неавторитарной экономики и экономических кризисов; недостаточно продуманная политика реформ в период экономического кризиса, что привело к неуправляемости экономики и преступному растаскиванию накопленного экономического потенциала.

3. Период 1996-2000 гг. отличался постепенным выздоровлением экономики, и в большинстве стран (за исключением Молдовы и Украины) был отмечен рост ВВП. В 2001-2005 гг. рост был обеспечен во всех странах (за исключением Кыргызстана и Узбекистана) и темп достаточно высокий, в особенности в Азербайджане, Армении, Казахстане, Таджикистане.

В результате к 2005 г. не был ни восстановлен и ни достигнут уровень ВВП 1991 г. в Грузии, Кыргызстане, Молдове, России, Украине. Как видно, 1996-2005 гг. были годами не продвижения экономики, а борьбы за восстановление потерь 1991-1995 гг.

4. Если сравнить с другими странами мира, прежде всего с развитыми, которые в период 1991-2005 гг. не испытали экономических катаклизмов, а устойчиво и динамично развивались, то страны СНГ свое отставание продлили еще на 14-15 лет.

5. В странах СНГ еще не сложилась самодостаточная и грамотная рыночная экономика. Рыночная экономика, по существу, находится в стадии становления. Формирование рыночной экономики осложнилось тем, что коррупция и криминализация поразили экономику, и уровень их высокий. Борьбу властей против коррупции и криминализации нельзя считать успешной.

6. Неэффективна система управления экономикой. Многочисленные попытки реформ в управлении были не столько радикальными решениями, сколько имитацией реформ. Синдром командного режима, с одной стороны, сохраняется, с другой – государства, по существу, ослабили свое влияние на экономику. Государство, если оно считает себя государством, должно оказывать действенное и сильное влияние на экономическое развитие, инициируя, стимулируя, поддерживая, проводя умную политику и используя систему экономических, правовых механизмов, не подавляющих свободу и открытость экономики, а обеспечивающих координацию в национальном масштабе.

7. В результате проведенные реформы еще не обеспечили эффективную экономику. Она затратная, неконкурентоспособная на мировом рынке, инвестиционно полноценно не обеспеченная, по качественным и количественным показателям эффективности отставание от развитых и среднеразвитых стран увеличилось. А в официальной статистике показатели эффективности вообще перестали существовать. Исходя из итогов экономического развития стран СНГ за 1991-2005 гг., реформы можно оценить как реформы, не обеспечившие самодостаточное развитие экономики и приближение к уровню развитых и лидеров среднеразвитых стран…

Какие меры должны быть приняты, чтобы продолжить реформы и завершить их более успешно?

1. Нужно повысить квалификацию, профессионализм и образованность подрастающего и работающего населения. Нужно шире использовать в экономике научно-технические достижения. Трудовые ресурсы, квалифицированные рабочие и инженерно-технические, научные кадры есть, хотя они ощутимо «поредели». И их нужно использовать, пока они не убыли в дальние края, нужно воспитывать новых, чтобы свой человеческий подготовленный капитал был и умножался. На все нужны финансовые средства, которых существенно не хватает.

Но они появятся, когда экономика будет динамично и прибыльно работать. Экономика не работает, поскольку нет инициирующих средств. Инвестиций катастрофически не хватает, потому что экономика надежно не работает. Заколдованный круг! Где же выход?! Нужно найти этот выход.

2. Может быть, недейственны системы управления, которые нами используются? Может быть, нужно более решительно менять кадровый управленческий потенциал на новый, адаптированный к гибким и мобильным рыночным условиям? Может быть, модели развития, выбранные нами, не учитывают особенности нашего развития? А, может быть, нужно менять сознание, психологию, менталитет народа?

3. Возможно самое важное, определяющее заключается в том, что: нужно воссоздать, возродить экономический, шире, политический патриотизм; стать экономически самодостаточными и обеспечить существование суверенного государства; возбудить чувство собственного достоинства, ощутив себя народом дееспособным, самоуважающим и самоутверждающим. Должна быть взята на вооружение решительная воля к победе над самим собой, над своими недостатками.

4. Нужна беспощадная борьба с коррупцией и криминалом. Очистить госаппарат и другие структуры от коррупционеров. Легализовать теневую экономику и вести борьбу с криминальной экономикой. В результате масштаб экономики окажется другим и ситуация в ней будет понятной и прогнозируемой, а оценка полноценной. Определятся более оправданные подходы, направления, приоритеты и прогнозы.

5. Одно неопровержимое предпочтение сегодня – это возрождение на качественно новом уровне реальной экономики и промышленного, прежде всего «индустриально-технического статуса», без которого трудно говорить об успешном социально-экономическом развитии. Базовые стратегические отрасли общенародного значения должны быть в доверительном управлении у государства. Легкомыслен подход – «поворот лицом» только к малому и среднему бизнесу. Да, он играет важную мобилизующую роль в отраслях, а в отдельных — преобладающую, но в некоторых базовых отраслях он вообще невозможен. Поэтому стержневую роль, связующее значение сохраняет крупное производство, и его нужно не разрушать, а добиваться скоординированного функционирования крупного, среднего и малого предпринимательства.

6. Остается неясной проблема: как находить и как использовать инвестиции, как их распределять и куда направлять? Какие отечественные структуры экономики могут быть подняты за счет внутренних источников? Куда можно или целесообразно направлять заимствованные средства? Какой потенциал инвестиционных ресурсов должен быть в «кармане» государства, чтобы действенно влиять на всю экономику страны? Как государственная экономика должна работать в условиях рынка? Отстранение же государства от экономики и возложение надежд только на частный сектор — «смерти подобно».

Должна быть изменена политика привлечения иностранных инвестиций. Страна, которая испытывает и еще достаточно длительное время будет испытывать существенный дефицит инвестиций, должна выработать такую политику привлечения инвестиций, которая позволит решать проблемы на долгосрочной основе, более масштабно и надежно, а также обусловит более благоприятную процедуру выплаты долгов.

В силу инвестиционной «обреченности и безысходности» Кыргызская Республика была вынуждена прибегнуть к инвестиционным долгам. В долг брала от всех, кто только предоставлял заемные средства – и иностранных государств, и международных организаций. Без достаточного экономического расчета, насколько выгоден и приемлем этот или иной долг и во что он обойдется. Оправданием такого «слепого» подхода служило обстоятельство, что другого выхода не было.

Относительная краткосрочность долгов, процентные ставки и другие условия ставят в затруднительное положение страну. Бремя долгов, конечно, делает ущербным финансовое состояние страны и ограничивает источники экономического роста. Это как бы «обратный эффект» заемного источника экономического роста.

Возникает вопрос: как брать в долг? У «всех, кто дает» или у ограниченного числа возможных инвесторов? По какому принципу его выбирать? Брать «чистый долг», или совмещать с участием в совместной деятельности тех, кто дает в долг?

Брать нужно у тех, кто более состоятелен и может дать относительно крупный долг на длительный срок и облегчает процесс его выплаты. Крупные объемы долга позволят реализовать масштабные проекты. Желательно и целесообразно брать долг не у тех, кто дает в долг и потом ждет возврата долго со снятыми процентами, а у тех, кто непосредственно участвует в экономических проектах, на реализацию которых привлечены долги.

Это усиливает заинтересованность в эффективном использовании привлеченных средств и в получении окончательного эффекта у обеих сторон: и у того, кто берет в долг, и у того, кто дает в долг. Долги можно будет, по договоренности, возвращать не в валюте, а в виде выпущенных товаров. Это облегчает процесс выплаты и сохраняет валюту для последующих инвестиций.

У собственных предпринимателей нет средств для реализации крупных проектов. Не всегда из других стран приходит крупный частный капитал в малые страны с ограниченными ресурсами и проблемной экономикой. Это невыгодно. Поэтому в ряде случаев целесообразнее и выгоднее привлекать государственный капитал на длительный период, что более гарантированно и ответственно, у крупных, развитых или потенциально состоятельных государств. Представляется целесообразным вступление Кыргызстана в экономический союз с крупным, экономически мощным государством. Тогда политическая и правовая гарантия экономического сотрудничества и ответственность за экономические договоренности будут более фундаментальными.

7. Четко должны быть определены сроки завершения реформы. Реформы не могут и не должны принимать перманентный характер. В конце концов, экономика только тогда будет нормально функционировать, когда будет существовать отлаженная, бесперебойно работающая система управления.

За 14-15 лет, как образовалось СНГ, им приняты сотни различных совместных официальных документов на высших уровнях (деклараций, заявлений, договоров, соглашений, протоколов и т.д.), но тем не менее сегодня трудно утверждать, что СНГ действует надежно и результативно.

Позже, как известно, уже внутри СНГ начали образовываться различные региональные и другие «блоки» (таможенный союз, ЕвразЭС, ЦАС и т.д.), затем бывшие союзные республики стали (каждая в отдельности или группой) входить в другие экономические союзы, куда входят и страны, не состоящие в СНГ, и из дальнего зарубежья (ОЭС, ЧЭС, ШОС и т.д.). Страны СНГ учатся функционировать в рамках мировой экономики, сотрудничая со многими государствами и ведя поиск приемлемых и действенных форм его организации.

Четырнадцать-пятнадцать лет – не такой уж малый срок и, может быть, уже пора сделать для себя выводы: какие формы сотрудничества приемлемы, действенны и приоритетны для каждой страны; для всех ли приемлемы нынешние формы сотрудничества, а если нет, то для тех, кто останется в СНГ, какие возможны новые формы сотрудничества и какие лучшие образцы предлагает мировой опыт…

До сих пор, с момента образования СНГ, реальные экономические связи между его членами в большей мере устанавливались не столько благодаря СНГ и блокам внутри СНГ, сколько двусторонним договорам.

На характер, прочность и перспективность связей стран СНГ и различных блоков внутри СНГ не может не повлиять экономическое сотрудничество каждого из членов СНГ с другими государствами.

Экономический потенциал других государств, их заинтересованность в постсоветском пространстве и, отсюда, темпы и масштабы сотрудничества с ними, безусловно, будут конкурирующе влиять на развитие сотрудничества стран СНГ между собой. Возможно, для отдельных государств СНГ выгодным приоритетом для сотрудничества явится выбор не «бывших братьев» по Союзу, а других государств, будь то в Европе, Азии, Америке или Африке.

К сожалению, иногда рождаются от непродуманности и легкомыслия ложные предпочтения и отвергаются или ставятся под сомнение более фундаментальные приоритеты. Забывается мудрое изречение как отражение векового жизненного опыта: потерять – легко, приобретать – тяжело…

Реальная оценка собственных сил и возможностей, своего места в глобальном и региональном планах и, отсюда, выбор путей развития и форм сотрудничества и сосуществования с другими государствами важны для достижения социально-экономического прогресса. На постсоветском пространстве недооценивается значение сотрудничества в рамках этого геопространства. Переоценивается собственная значимость каждой из постсоветских стран и «дальнего зарубежья»…

 

ГЛАВА 3  
    ЦЕНТРАЛЬНОАЗИАТСКОЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО

3.1. Интерес мира к постсоветской Центральной Азии

 

ЦАС, как экономический союз, не стал эффективным. Не были сняты определенные и во многом надуманные противоречия, непонимания и несоюзнические акции. Спрашивается: если ЦАС не нужен, то зачем его формально так долго сохраняли? Может быть, его надо было ликвидировать и развивать между собой отношения на двусторонней основе?! Но выгодно это или нет?

Может быть, отдать предпочтение странам дальнего зарубежья и войти в более широкие региональные и глобальные союзы, а не раздваиваться, сохраняясь еще и в постсоветских экономических союзах. Но на каких правах и на каких ролях мы там будем?!

Не нужно тешить себя надеждой, что Центральная Азия с населением 55,6 млн. человек и территорией 4008,0 тыс. кв. км, с проблемной экономикой и относительно ограниченными ресурсами мирового значения представляет для мировой экономики очень большой экономический интерес. Мир может развиваться и обходиться и без наших ресурсов. Наши ресурсы нужны нам, чтобы рационально и эффективно их используя, выйти из зоны бедности и отсталости. Постсоветская Центральная Азия больше представляет оборонительно-политический стратегический интерес для России, КНР, США и Европы.

Россия не может уйти из Центральной Азии — тогда ее границы с юга будут открыты для КНР, фундаменталистов и террористов и международных наркотропиков.

Если США укрепятся в Центральной Азии, то это поможет им оказывать политическое давление на ситуацию в этом районе мира и вести гегемонистскую политику. С этим положением не согласятся Россия на севере, Китай на юге.

Постсоветская Центральная Азия для КНР – это расширение своего геополитического пространства.

Все крупные державы имеют личный интерес к постсоветской Центральной Азии. Поэтому постсоветская Центральная Азия должна в мировом геополитическом плане определять и защищать свои интересы. Это она может успешно осуществлять, если будет себя чувствовать не Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменистаном, Узбекистаном в отдельности, а целостным Центральноазиатским союзом (ЦАС).

Представим себе, что ЦАС вообще не было, и в Казахстане определилось присутствие России, в Кыргызстане – США, Таджикистане – Ирана, в Узбекистане – Европы, в Туркменистане – Ирана и стран Ближнего Востока. Поскольку их присутствие обусловлено личными интересами, то страны Центральной Азии будут постоянно вовлекаться в геополитическую борьбу между присутствующими крупными державами. Центральная Азия превратится в район постоянных военно-политических интриг. Социально-экономические цели постсоветских центральноазиатских стран останутся в тени, и сотрудничество между ними, а также между ними и присутствующими государствами будет не столь безоблачным.

Присутствующие в постсоветской Центральной Азии ведущие мировые державы, в свою очередь, не захотят делить сферу влияния между собой, скорее, они будут бороться за «захват» всего региона целиком или за приоритеты.

Неэффективность сотрудничества между странами постсоветской ЦА связана и с тем, что она как бы поделена на две части – постсоветская снговская ЦА без Туркменистана и Туркменистан без снговской ЦА. Экономические связи между этими двумя частями сведены к минимуму.

Территориально, по своим природно-климатическим условиям и ресурсам, этническому составу населения и историческому развитию, хозяйственной структуре постсоветская Центральная Азия представляет собой единую природно-климатическую зону, единый историко-этнический тип расселения и проживания народов, единый экономический регион. Если все это объединить, то получим одноединое центральноазиатское геопространство.

Такому геопространству, естественно, должно быть свойственно тесное экономическое взаимодействие и сотрудничество расположенных в нем стран. Вот тогда, образно говоря, самим Богом данное номинально единое экономическое пространство превратилось бы в реальное более полноценно.

Если поставить вопрос: кем или чем больше интересуются крупные, мощные, развитые, влиятельные страны мира и мировое сообщество вообще: в отдельности Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном, Туркменистаном и Узбекистаном или же постсоветской Центральной Азией в целом, то ответ, по всей вероятности, прозвучит больше в пользу Центральной Азии в целом.

Можно задать еще один вопрос. Что больше интересует крупные и развитые государства: экономические ресурсы постсоветской Центральной Азии или ее геополитическое положение, удобное для влияния друг на друга в соперничестве за лидерство или приоритеты в мировой политике, включающей политический, военный и экономический объекты. И ответ будет, пожалуй, в пользу удобного геополитического положения, т.е. они будут заботиться не о наших экономических и социальных интересах, а о своих политических, военных и, разумеется, экономических тоже.

Советский Союз вложил много средств и усилий в развитие Средней Азии и Казахстана и пользовался их ресурсами. Была единая страна. Не надо кому-то много объяснять, что стержневую роль в СССР и по территории, и по населению играла Россия. Правопреемнику СССР — России экономически невыгодно терять постсоветскую Центральную Азию. Политически и в военном отношении влияние любой другой крупной страны в этом регионе может создать угрозу для России и делает уязвимыми ее границы. Границы со странами СНГ исторически более дружелюбные, миролюбивые и доверительные. Центральная Азия — как бы защитная стена.

КНР выгодно распространить свое влияние на Центральную Азию, что делает определенные участки ее границ более защищенными, и сама она потенциально усиливает свое возможное воздействие с более выгодных позиций на Россию и страны Центральной Азии. С экономической точки зрения любое расширение сферы влияния выгодно КНР как в плане использования ресурсов страны Центральной Азии, так и в плане сбыта своей продукции и инвестирования.

США выгодно расширить и усилить свое влияние в Центральной Азии, что позволит им ограничить влияние России и КНР в Центральной Азии, а самим, как бы под их боком, воздействовать на них со стратегически удобной позиции и навязывать в чем-то свою волю.

Такие страны Центральной Азии, как Иран, Пакистан, Афганистан каких-то стратегических политических, внешних целей не имеют, больше, возможно, их интересует экономическое сотрудничество, но эти страны могут усилить религиозное влияние на население Центральной Азии. С точки зрения современных стандартов и образа жизни, демократизации общества и экономических реформ, оттуда трудно ожидать позитивного влияния.

Турцией, помимо экономических интересов, движет тюркский патриотизм – в мировом сообществе тюркоязычным государствам, в какой-то форме солидаризировавшись, представлять собой авторитетный союзнический блок, с которым считались бы при решении мировых проблем, прежде всего касающихся их интересов. Вместе с тем Турция, которой присущи светские стандарты и образ жизни, и у которой уже есть определенные накопленные традиции демократии, более доверительно входит в Центральную Азию и не представляет стратегической угрозы ни для центральноазиатских постсоветских стран, ни для России, ни для КНР и других стран Центральной Азии вообще.

Интересуясь возможностями экономического сотрудничества, европейские страны направляют свои усилия на поддержку демократических процессов. В европейских странах, на мой взгляд, «стратегических» амбиций по отношению к постсоветской Центральной Азии нет, история и традиции демократии в европейских странах глубже и фундаментально более устоявшиеся, чем где-либо.

Из вышеизложенного следует, что страны, проявляющие к постсоветской Центральной Азии интерес, преследуют прежде всего свои стратегические политико-военные и экономические интересы. Отсюда важно, чтобы постсоветские центральноазиатские государства выработали свою стратегическую политику, направленную на защиту жизненных интересов народов и политической суверенности стран.

Жизненные интересы народов – это материальное и социальное благополучие, безопасность жизни населения и экологическая безопасность, мир и спокойствие. Политическая суверенность – сохранение и укрепление своей государственности в мировом сообществе, приобретение признания, уважения и доверия.

Все это будет обеспечено, если: добьемся устойчивой, динамичной и эффективной экономики, что возможно при формировании единого экономического пространства в постсоветской Центральной Азии; достигнем большего согласия по стратегическим вопросам, затрагивающим интересы всех стран региона, и будем выступать как единая политическая и экономическая сила; будем проводить сбалансированную, неконъюнктурную, выверенную и равнозначную политику со всеми стратегическими партнерами, не отдавая предпочтения кому-либо из них в ущерб другому, не сталкивая их между собой и не ставя себя в политическую зависимость от кого-либо. Если учитывать наше нынешнее социально-экономическое положение, то хотим мы этого или нет, в определенной мере политически и экономически зависим от ведущих стран мира. Но эта зависимость должна иметь критический предел, иначе наступит угроза национальной безопасности. Все страны постсоветской Центральной Азии, образовав добровольный и коллективный политический и военный союз, могли бы более надежно представлять и защищать свои интересы в мировой политике.

3.2. Региональное экономическое пространство постсоветской Центральной Азии

Центральная Азия – это заметный экономический регион, представляющий интерес для мирового экономического сообщества.

Ее природные ресурсы (топливно-энергетические, водные, минерально-сырьевые, земельные) дают возможность добывать, выращивать, разводить и перерабатывать те продукты и предоставлять те услуги, в которых нуждаются не только народы собственно Центральной Азии, но заинтересован и остальной мир. Месторождения урана, угля, нефти и газа, цветных и черных металлов, редкоземельных элементов, драгоценных и цветных камней, строительных материалов, водные ресурсы для развития гидроэнергетики и формирования бассейнов для орошения полей, пахотные земли для выращивания зерна, табака, хлопка, уникальных овощей и фруктов, сочные пастбища для разведения животных, природно-климатические условия для лечения, отдыха и туризма, альпинизма и спорта, исторические и этнографические памятники – все это богатство имеет не только региональное значение. Обретение независимости предоставило государствам Центральной Азии более широкие возможности открыться всему мира и искать взаимовыгодные экономические связи.

Надо предполагать, что солидных и серьезных партнеров интересует прежде всего Центральноазиатский регион в целом и только потом в частностях. Они, ведь, приходят надолго, а не на один день. И государствам Центральной Азии экономически целесообразно, в целях защиты своих интересов, выступать перед остальным экономическим миром сообща, как единое экономическое пространство. Мы должны вступать в мировое экономическое сообщество не как соперники, а как соучастники — совместно.

У государств Центральной Азии есть ресурсы и производства, идентичные и имеющие внутрирегиональное значение, и возникает проблема — как их рационально использовать в рамках региона, развивая специализацию и кооперацию.

Есть ресурсы и производства, представляющие интерес для внешнего мира, и проблема заключается в том, как нашим хозяйствующим субъектам совместно вступать во внешнеэкономические связи, отстаивая свои интересы и устанавливая при этом совместные виды деятельности.

Есть ресурсы и производства, уникальные для каждой страны ЦА, которыми можно взаимодополнять друг друга как во внутрирегиональных экономических связях, так и во внешних. Власти должны в этом поддерживать хозяйствующие связи, формируя соответствующие правовые и экономические механизмы на основе политической воли и политического доверия.

Практически для всех стран Центральной Азии главная проблема – это сокращение бедности и повышение жизненного уровня населения, обеспечение трудовых ресурсов рабочими местами. Экономический кризис 1992-1995 гг., распад СССР и разрыв экономических связей между бывшими союзными республиками тяжело ударили по народному хозяйству, особенно по промышленности. Почему по промышленности? Потому что значительная часть промышленного производства имела статус союзного подчинения и ориентирована была на союзный рынок. Спад производства и снижение жизненного уровня обусловили отток квалифицированных, молодых и здоровых специалистов и рабочих кадров в другие страны.

Решить проблему повышения жизненного уровня и сокращения бедности может только подъем реальной экономики. Это и накопление собственных инвестиционных ресурсов, и привлечение внешних. Это и формирование новой качественной отраслевой структуры, и внедрение новой техники и новых технологий. Это и формирование профессионально подготовленных к новым технологиям квалифицированных инженерных и рабочих кадров. Это и подготовка грамотных управленцев, освоивших рыночные методы хозяйствования. Во всем этом успехи стран ЦАС в целом нельзя признать сильно продвинутыми, хотя определенные надежды оправдываются. Пока страны ЦАС — Кыргызстан, Таджикистан, Узбекистан — остаются в группе отсталых стран, Казахстану удалось войти в группу среднеразвитых стран, хотя и в нижнюю подгруппу.

Важным политическим условием обеспечения экономического подъема Центральной Азии как единого экономического пространства и представления его миру как достойного экономического партнера является укрепление политического доверия между государствами Центральной Азии и практическое решение экономических проблем, представляющих взаимный интерес. Необходимо приблизить правовые аспекты экономической деятельности и снять ненужные, амбициозные барьеры – открыть границы для свободного передвижения товаров, капитала, трудовых ресурсов. Заключив между собой договоры о братстве и вечной дружбе, а также экономические договоры и соглашения, государства ЦА никак не могут договориться еще по многим экономическим проблемам, решение которых выгодно для всех стран.

Интеграция экономик стран ЦАС содействовала бы широкому обмену научно-техническими достижениями, опытом использования современных технологий, подходами к совершенствованию систем управления, и все это, безусловно, дало бы инновационный толчок экономическому росту, способствуя достижению динамичности и устойчивости экономики.

Этапы структурного оформления региональной интеграции государств Центральной Азии таковы: с 1994 г. — Центрально-Азиатский Союз (ЦАС), с 1998 г. — Центрально-Азиатское Экономическое Сообщество (ЦАЭС). В целях дальнейшего продвижения и диверсификации политического диалога, совершенствования форм и механизмов региональной экономической интеграции, активизации многопланового сотрудничества в области политических, торгово-экономических, научно-технических, культурно-гуманитарных отношений 28 февраля 2002 г. ЦАЭС было преобразовано в организацию Центрально-Азиатское сотрудничество (ЦАС).

При этом ни одна из региональных структур на постсоветском центральноазиатском пространстве не включала в себя все пять государств. Туркмения отвергает любые интеграционные проекты, Узбекистан (до 2004 г.) — не всегда проявлял активность. Кыргызстан и Таджикистан участвуют во всех интеграционных проектах. Полностью совпадающими можно считать позиции лишь Казахстана и Кыргызстана, если не принимать в расчет членство последней в ВТО. Разновекторно стратегическое развитие: Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан ориентируются на Россию, а Туркменистан — на Иран и страны Персидского залива, Узбекистан особый упор делает на свои собственные силы. Попытки же осуществления интеграции в таких ситуациях, как показал мировой опыт, всегда были обречены на неудачу.

Кроме того, страны региона слишком далеко ушли друг от друга и по скорости, и по направлению экономических стратегий. Казахстан пытается реализовать идею модернизации экономики с опорой на экспортоориентированный сырьевой сектор. Узбекистан — создать максимально возможную самодостаточную экономику. Кыргызстан и Таджикистан, хотя их макроэкономические показатели улучшились, еще продолжают поиск путей развития.

Казахстан со своей нефтью и металлами, Узбекистан с хлопком и также металлами ищут стабильные торговые связи за пределами Центральной Азии, где эта экспортная продукция в больших масштабах просто не востребована. А роль Кыргызстана и Таджикистана в региональной «четверке» слишком незначительна, чтобы генерировать самодостаточный и самостоятельный импульс к усилению интеграции.

Предпринимаемые попытки к интеграции в Центральной Азии в рамках единого экономического пространства выглядят несколько однобоко – сверху вниз, т.е. она остается государственной: решения принимаются прежде всего главами государств и правительств, реализуются также преимущественно в государственных или государственно-доминирующих секторах и уровнях. Интеграция снизу, если таковая и есть, не поставлена на прочную основу. А слияние или переплетение частного капитала идет слабо. Не гармонизированы законодательные и правовые базы. Механизмы реализации соглашений до сих пор не отрегулированы из-за нестыковки в финансовых системах, в законодательстве.

Отсутствие координации таможенной, кредитной, налоговой, ценовой, бюджетной политики остается серьезным препятствием для центральноазиатской интеграции.

Государства – участники интеграционных процессов — не определяют пока региональные отношения как приоритетные во взаимоотношениях с другими странами мира.

Из опыта развития других интеграционных группировок следует, что на развитие интеграционных процессов, кроме экономических, оказывают большое влияние геополитические интересы. Центральная Азия является перекрестком мировых путей, обладает значительными природными ресурсами. Потенциально сильный и исторически нестабильный регион, где скрещиваются интересы многих стран мира, не может остаться вне пределов внимания многих государств. И попытка создать какое-либо региональное объединение в Центральной Азии во многом зависит от совпадения интересов самих центральноазиатских государств с интересами других стран мира, особенно южных соседей. Так, по мнению политологов, региональное объединение в Центральной Азии означало бы координированную политику, которая, возможно. не соответствовала бы планам этих соседей. Например, Пакистан уделяет много внимания созданию единой энергосистемы с Таджикистаном и не заинтересован в том, чтобы Таджикистан входил в ЦАЭС. Туркменистан склонен к проектам, связанным с газопроводом через Афганистан в Пакистан, а также строительством железной дороги. Его сближение с Ираном, не заинтересованным в возникновении дееспособной конструкции в регионе, уменьшает вероятность присоединения Туркменистана к ЦАС. По большому счету, Центральную Азию никто не хочет видеть сильной. Следует отметить, что с точки зрения безопасности Центральная Азия по-настоящему важна лишь для России. Но западные страны, особенно США, не заинтересованы в усилении присутствия России в этом регионе.

 

(ВНИМАНИЕ! Выше приведено начало монографии)

Скачать полный текст

 

© Койчуев Т.К., 2007. 
    © Центр экономических стратегий при ПКР (ЦЭС), 2007. 
    © ОО «Экономисты за реформу», 2007.

 


Количество просмотров: 16626