Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Поэзия, Поэты, известные в Кыргызстане и за рубежом; классика / Эпос "Манас"; малый эпос / Главный редактор сайта рекомендует
© Общественный Фонд «Возрождение Новой Культуры Эр-Тоштук», 2017. Все права защищены
Публикуется с разрешения правообладателя
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 20 апреля 2018 года

Общественный Фонд «Возрождение Новой Культуры Эр-Тоштук»

Эр-Тоштук

Малый эпос кыргызского народа

 

От редактора

Эпос от греческого — «слово», «повествование», «стих». Народный эпос — это опыт народа, его мудрость, понимание мироустройства, стремление к идеалам добра и гармонии. Это богатство и красота языка, многослойность и выразительность поэтических образов. А еще, это творящая энергия Вселенной, Земли, природы, многих поколений людей, переданная через сказителей и музыкантов. Поэтому эпос нужно слушать не только ушами, но и сердцем. Читайте, чувствуйте, печальтесь и радуйтесь, понимайте и принимайте, творите себя и окружающий мир.

 

Зачин

 

Жил среди людей Эр-Тоштук,

Лев богатырей Эр-Тоштук.

Богатырь киргизских племен,

Всех смелей, добрей Эр-Тоштук.

 

Тигра в гневе злей Эр-Тоштук,

Твердых скал прочней Эр-Тоштук,

Тайных сил сильней Эр-Тоштук,

Темных тайн умней Эр-Тоштук.

 

Эр-Тоштук – большой богатырь,

Обошел наземную ширь,

Обошел подземную ширь,

И в каких краях ни бывал,

И в каких делах ни бывал,

И в каких боях ни бывал, –

Всюду где бывал побеждал!

 

Точен взмах руки – Эр-Тоштук,

Тверды позвонки – Эр-Тоштук,

Пристальны зрачки – Эр-Тоштук,

Прочь бегут враги – Эр-Тоштук.

И недаром светочем глаз,

Свежим ветром, встреченным раз,

Славой и примером для нас

Называл Тоштука Манас.

Он его недаром любил

И недаром так говорил:

 

«Эр-Тоштук, встречаясь с тобой,

Со своей встречаюсь мечтой –

Изо всех героев земных

Самый ты могучий герой.

Первый самый ты великан,

Посох для народа – твой стан.

Правое плечо широко,

Победить тебя нелегко.

Мужество безмерно твое,

Промаха не знает копье,

В каждой битве будет твой верх,

Покоришь ты недругов всех.

 

Юрта ты в палящих степях,

Ты – пещера в снежных горах,

Ты – рассветный ветер в садах,

Щит и меч народа в боях.

Имя твое – имя имен,

Племя твое – племя племен,

Знамя твое – знамя знамен,

Другом ты моим наречен.

Ты пустынь пустыни прошел,

Ты глубин глубины прошел,

Ты вершин вершины прошел,

Трудную удачу нашел.

 

Эр-Тоштук, надежный мой друг,

Сердца ты народного – стук,

Скакуна крылатого – скок,

Зорких глаз народа – зрачок,

Звонких слов сказания звук,

Ты мой лев, отважный Тоштук!»

Вот как с ним Манас говорил,

Вот как он Тоштука ценил…

Побывал везде Эр-Тоштук,

Побеждал в беде Эр-Тоштук,

Из подземных темных глубин

Поднялся к звезде Эр-Тоштук.

Элеманов* баловень, он

Чудом для чудес был рожден,

Выдумкой и силой людской

Овладел подземною тьмой,

Овладел земной широтой,

Овладел небес высотой,

Доказал, что лишь человек –

Властелин над миром навек.

 

И на всех дорогах земли,

И в подземной темной дали,

И среди небесных путей –

Находил себе он друзей.

Недруг злу, добру он был друг,

Сын киргизов, славный Тоштук.

 

Тигра в битве злей Эр-Тоштук,

Тайных сил смелей Эр-Тоштук,

Темных сил сильней Эр-Тоштук,

Твердых скал прочней Эр-Тоштук,

Он, народа щит и оплот,

В нем мечта о силе живет.

 

СКАЗ ПЕРВЫЙ

Рождение богатыря Тоштука и отправление его в неизвестный путь к земле, откуда нет возврата

 

Жил на свете бай* Элеман,

Жадный нрав старику был дан:

Жил он только своим скотом,

Желторунным своим гуртом.

Мясо он варил над костром,

Мясо ел кусок за куском,

Жир глотал глоток за глотком,

Жадно вглядываясь в простор,

Капли слизывал языком.

 

Желтой степью до самых гор,

Где журчит в родниках вода,

Растянулись его стада.

Белорунны его стада,

Тонкорунны его стада,

Мягкорунны его стада.

В четырех сторонах земли,

Словно травы, стада росли.

Словно блеском озерных волн,

Весь простор отарами полн,

Плавно движутся, как вода,

По широким степям стада.

 

Девять выросло средь степей

Элемановых сыновей.

В грязных шкурах ходили они,

Глаз и рук не мыли они,

Потеряли образ людской,

Потерялись в глуши степной.

И однажды – беда! – ушли,

Неизвестно куда ушли.

Ах, в какие ушли края

Элемановы сыновья?..

 

Годы шли за годами вслед,

Сыновей Элемана нет, –

Там, откуда возврата нет,

Затерялся в степи их след.

 

Многодетный бай Элеман

Изогнул от печали стан,

Куубашем*, бездетным, стал,

Сыновей своих потерял.

Очень бай сыновей жалел,

Он от жалости плохо ел,

Заслезились глаза его,

Загноились глаза его,

И степной песок на пути

Увлажняла слеза его.

Потерявшихся сыновей

Он искал по округе всей,

Но они, как летучий прах,

С глаз пропали в пустых степях.

 

Бай у бога сына просил,

Чтоб пришла подмога, молил,

Горько плакал он и рыдал,

И старухе он так сказал:

 

«Эй, старуха, моя жена,

Мне до гроба не ты ль верна?

Но зачем мне добро и скот,

Если ты у меня одна?..

В юности полюбились мы,

В старости подружились мы,

Но зачем нам на свете жить,

Коль потомства лишились мы?

Если я мужчиной слыву,

Почему без детей живу?

 

Ты, старуха, меня награди:

Мне ребенка еще роди!..

Кто мужчиной себя зовет,

Без потомства как проживет?

Не оставивши по себе

Доброй памяти, как умрет?

Ой, старуха, моя судьба,

И хозяйка ты, и раба

Рассуди ты нашу беду,

Коль не стала умом слаба!»

 

Отвечала старуха так:

«От тебя вся беда, дурак,

От тебя вся твоя беда:

Ты любил лишь свои стада,

Ты ценил лишь свои стада,

Променял ты детей на скот,

Лучше б сделал наоборот:

Дети – польза, жадность – беда.

Хочешь пользы – бросай стада,

Бедным людям раздай стада!

Неимущих скитальца два,

Безутешных страдальца два,

Взявшись за руки, в путь пойдем.

Все мазары* мы обойдем,

Все базары мы обойдем,

К богу жалобу вознесем

И ребенка себе найдем».

 

Как сказали – сделали так.

Подтянув на штанах кушак,

Бедным людям овец раздав,

Посох таловый в руки взяв,

В путь далекий они пошли,

Потерялись в степной дали.

Ради сына-богатыря

Бай богатый стал нищ и сир,

Ради сына-богатыря

Обошли они целый мир.

Ради сына-богатыря

Ночь – не ночь им, и день – не день,

Ради сына-богатыря –

Кожа их, как сухой ремень,

Исцарапаны ноги их,

По пустыне – кровавый след.

Изнурили тревоги их,

Иссушили дороги бед.

Зной и солнце, буран и смерч,

Ради сына-богатыря,

Снег и вьюга, пожар и смерть,

Ради сына-богатыря.

Над пустыней мираж стоит,

Ветер – в спину, песок – в глаза,

Скорбь о камни клюкой стучит,

Старость светится, как слеза.

Ради сына-богатыря

Сколько гор и равнин прошли!

Ради сына-богатыря

Сколько горя перенесли!

Перевалами, без дорог,

Гор провалами – шли без ног,

И к мазару Баабеддин*

Их привел всемогущий бог.

Был хребет похож на седло,

А под ним – много трав росло,

Звонкоструйный родник журчал,

Белоствольный тополь стоял,

Пышнолиственный Чук-Терек*

Тут стоял у истока рек.

И под тополем тем в тиши,

Сели бедные две души –

Два бродяги, скитальца два,

Безнадежных страдальца два.

Бай с женою, воды попив,

Омовение совершив,

В сторону Полярной звезды

Свои головы обратив,

Задремали... А их следы,

Их натруженных ног следы,

Осветил блеск ночной звезды,

Сердца жалобу повторив.

И старуха во сне с тоской

Старика обняла рукой.

Пожалела береза их,

Сторожила покой ночной,

Ива тоже жалела людей,

Осыпала слезы с ветвей,

И дышала теплом земля,

О ребенке бога моля.

 

Богатырским сном крепко спал

Элеман, отдохнув душой.

Старца он во сне увидал

С белоснежною бородой,

С белой, как облака, чалмой.

Это был Кызыр-аалы*,

Знаменитый тогда святой.

 

Элеману Кызыр-аалы

Девять розовых яблок дал,

И еще Кызыр-аалы

Одно красное яблоко дал.

Он сказал: «Девять яблок съешь

И вернутся девять сынов,

А одно ты яблоко съешь –

Снова сделаешься здоров,

И здоровье придет не зря:

Дашь ты миру богатыря!

 

Девять тысяч могучих душ

Будут жить у него в груди.

Чудодейственный этот муж

Встретит многое впереди:

Кинь в огонь – не сгорит в огне,

В воду кинь – не потонет в ней,

Подрастет в степной стороне

Всех батыров земли сильней.

Будет добрым он – верный друг,

Будет враг беспощадный – злым.

Назовешь ты его Тоштук,

Добрым чудом сочтешь земным!..»

Так сказал Кызыр-аалы

И пропал средь песчаной мглы.

Элеман проснулся, глядит:

Десять яблок пред ним лежит,

Девять розовы, а одно,

Как заря пред грозой, красно.

Элеман все яблоки съел,

Сразу духом помолодел,

Сразу телом поздоровел,

Подкрепился, расправил грудь

И пустился в обратный путь.

 

Элеман, как тюльпан расцвел,

Он старуху за руку вел

В край родной, к своим землякам,

С кем и жизнь, и смерть пополам.

Он жену прижимал к груди:

«Тигра мне, я прошу, роди!»

И она послушной была:

Черноглазого родила,

Замечательного сынка –

Богатырского Тоштука.

Он тигренок – батыр Тоштук,

Крупный львенок – батыр Тоштук,

Он родился ногами вниз!

Чей ребенок – батыр Тоштук?

Элеманов баловень, он

Был, как лев и как тигр силен,

Элеманов баловень, он

Чудом был для чудес рожден.

Точен взмах руки – Эр-Тоштук,

Темные зрачки – Эр-Тоштук,

Твердые шаги – Эр-Тоштук,

Тайны велики – Эр-Тоштук.

Вырастал он смел и могуч,

В двадцать лет он был выше туч,

Был круглее солнца лицом,

Исполином рос, силачом.

Правым он повернет плечом,

Глазом он сверкнет, как лучом,

И дивятся люди кругом,

И боятся люди кругом.

 

Как-то раз он степью спешит,

На стада лениво глядит.

На пути старуха одна

Рыжую корову доит,

Говорит: «Что бродишь, Тоштук?

Что без дела ходишь, Тоштук?

Потерял ты братьев своих,

Что ж их не находишь, Тоштук?

Сколько слез отец твой пролил,

Как тебя у бога просил!

А родил, как видно, затем,

Чтобы ты ленивцем прослыл!

Нет, не богатырь ты – болтун,

Нет, не богатырь ты – шалун,

Кляча шелудивая ты,

А не чистокровный скакун!

 

По степям-пустыням пройди,

По горам-вершинам пройди,

Если богатырь ты и лев, –

Девять своих братьев найди.

Братьев не найдешь – так умри,

Как помет коровий, сгори!

Тоштуком ты зря не зовись,

Не пугай людей, не дури».

 

Эр-Тоштук услышал рассказ

И не мог поднять своих глаз,

Онемев, стоял на тропе,

Как плешивый, как жалкий таз.

Волосы его поднялись,

Ребра у него разошлись,

Слезы прикипели к глазам,

Забурлил, как полный казан:

«Не родившись, мне б умереть,

Заживо бы в пекле сгореть,

Чем с такой молвой на пути

Повстречаться и онеметь!..»

 

«Братьев потерявший Тоштук»,

«Без толку болтавший Тоштук»,

«Ты болтун, ты – кляча, не конь», –

Вот что услыхавший, Тоштук,

Как степной буран запылал,

Клятву себе страшную дал:

 

«Стороны четыре земли

Трижды и четырежды пройду,

Разыщу я братьев вдали

И назад, к отцу отведу!

Если не смогу их найти, –

Пусть погибну в битве, в пути!

Если и погибну в борьбе, –

Славу тем добуду себе.

Если, что сказал, не свершить, –

Лучше мне на свете не жить.

 

Тигр среди людей – Эр-Тоштук,

Тигра в гневе злей Эр-Тоштук,

Твердых скал прочней Эр-Тоштук,

Тайных сил сильней Эр-Тоштук,

Так он на земле подрастал,

Так свой трудный путь начинал.

 

По теснине поток течет,

По пустыне буран идет.

А Тоштук у юрты лежит,

Семь ночей и дней не встает.

Беловойлочная юрта,

Элемана-бая юрта

Для входящих не заперта.

А Тоштук у входа прилег,

Лбом уткнулся в сухой песок.

Семь он дней и ночей лежит,

И не бодрствует, и не спит.

Почему лежит человек,

Почему не откроет век,

Не глядит он, не ест, не пьет?

Удивляется весь народ.

Элеманов баловень, он

Тайной думою омрачен,

Иль хворобою отягчен,

Или горестью потрясен?..

 

Рыдает бай Элеман,

Кипит, как с жиром казан,

Слезы текут из глаз,

По бороде текут,

Но не встает Тоштук

И бай произносит тут:

«Родник мой, текущий с гор,

Пред смертью рожденный сын,

В пустынной степи костер,

Ведь ты у меня один.

Один ты в горах поток,

Один ты мой огонек.

Глаза один зрачок,

Баловень мой, сынок!..

 

Девять было детей,

Негодников, сыновей.

Они в табунах росли,

Они от меня ушли

И табуны увели,

В неведомый край ушли,

Откуда возврата нет,

Поэтому у тебя

Ни друга, ни брата нет.

Там, где крут перевал,

Пропали, – думаю я.

Где грозен потока вал,

Пропали, – думаю я!

Сколько я ни бродил

Средь гор, степей и песков –

Нигде я не находил

Потерянных их следов.

Сколько я ни искал

Погибших детей моих –

Вести не получал

О жизни и смерти их.

 

Тоштук, жеребенок мой,

Последний ребенок мой,

Мой богатырский лук,

Свет моих глаз, Тоштук,

Если и ты уйдешь, –

Назад ко мне не придешь!

Пойдешь нечестивцам вслед, –

Погибнешь под бурей бед.

 

Померкнет в небе луна –

Что с ночью ненастной станет?

Увязнет в песке волна –

Что с речкой несчастной станет?

Погибнет последний сын –

И что с Элеманом станет?

В печали умрет один,

Никто его не помянет...»

 

Тут подскочил Тоштук,

Встал пред отцом горой,

Зубами он заскрипел,

Словно верблюд степной,

Глазами запламенел,

Словно пожар ночной,

Грозоподобный – он,

Громоподобный – он,

Слов его грозный звук

Слышится над землей,

Словно бурана вой:

 

«Отец, эти слова твои –

Камни под ноги мои.

Пусть отныне и вовек

Их не слышит человек!

Ночи черной – слышать их,

Бездне горной – слышать их,

Камню голому в пустыне

Обнаженной – слышать их!

Свежевырытой могиле,

 

Омуту в плавучей гнили,

Не батыру, не мужчине –

Трусу жалкому, разине,

Бабе вздорной, – слушать их!..

 

Я не слышу этих слов,

Слышу встречный гул ветров».

 

Элеману, что делать ему?

Только «Иди!» сказать

Да Тоштуку своему

Снаряженье в поход собрать:

Чокои* на ноги дать

(Сорок лет носи – не порвешь!)

Булатный чокмор* дать

(Сорок лет руби – не согнешь!)

 

Летние травы тогда

Были пышны, сочны,

И кобылицы тогда

Были круглы, жирны.

Восемьдесят кобыл

Зарезали Тоштуку,

Восемьдесят кобыл,

Чье мясо льнет к языку,

Чей жир целебным прослыл,

Зарезали Тоштуку.

 

Куржун* с поклажей он взял,

К поясу привязал,

Булатный чокмор взял,

К поясу привязал,

Расправил крутую грудь,

Отправился в дальний путь.

Бедной своей души

Для поисков не щадя.

Смелой своей душе

Счастье в борьбе найдя.

Тоштук оглядел свой чол*,

И только настал рассвет,

В путь богатырь пошел,

Откуда возврата нет.

Потерянное сыскать,

Разорванное связать,

Разведать земную ширь

Отправился богатырь

 

СКАЗ ВТОРОЙ

Первое странствие Эр-Тоштука в поисках девяти братьев. Встреча с братьями

 

Крут кремнистых гор перевал,

Камень красный на нем лежал.

Красно-каменный склон его

Крепкий Эр-Тоштук миновал.

Как спустился – у самых ног

Белопенный кипит поток.

Кинулся в поток Эр-Тоштук,

Кипящий поток пересек.

 

Кто сочтет – сколько дней прошел,

Сколько дней и ночей прошел,

В шесть он месяцев или в семь

Кручи горных камней прошел?

Элемана последний сын,

Младший из девяти сынов,

Был великий он исполин,

Был к любому труду готов

Что ж Тоштуку себя щадить,

Что ж в походе ленивым быть?..

 

Через гребни кремнистых гор,

Через бездны скалистых гор,

Через горный обвал завал,

Через ветреный перевал,

Через заросли, через лес,

Через степь до самых небес,

Через реки и ручейки, через чавкающие пески,

Через выжженный солнцем край,

Где не слышен вороний грай, –

Четким шагом он шел и шел.

Что искал он и что нашел?..

 

(ВНИМАНИЕ! Выше приведено начало книги)

Скачать полный текст в формате MS Word

 


Значение сносок см. в конце текста.

 


Количество просмотров: 73