Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Поэзия, Поэты, известные в Кыргызстане и за рубежом; классика / Литературное наследие
© Бөкөнбаев Ж.
© Бөкөнбаев К., 2010
© КРСУ, 2010
Дата размещения на сайте: 5 июля 2011 года

Жоомарт БӨКӨНБАЕВ

Моя песня: Избранное

К 100-летию со дня рождения Джоомарта Боконбаева.

Боконбаев Джоомарт. Моя песня: Избранное / Отв. ред. К. Боконбаев. – Бишкек, 2010. – 192 с.: ил.

Бөкөнбаев Жоомарт. Менин ырым: Тандалмалар / Жооптуу редактор К. Бөкөнбаев. – Бишкек, 2010. – 192 б.: сүрөттөр.

Переводы произведений Дж. Боконбаева на русский язык М. Рудова; поэмы «Сон наяву» – С. Липкина.

Издание осуществлено при поддержке Межгосударственного фонда гуманитарного сотрудничества государств-участников СНГ.

Тираж 500 экз.

 

СТИХОТВОРЕНИЯ

 

Моя песня

Песня моя – для кого она спета,
Трепетом сердца чьё сердце согрето?
Голос мой звонкий кого величает,
Льётся, как трель соловья, до рассвета?

Я не пою ради красного злата,
Я не пою ради тучного стада,
Я человека труда воспеваю,
Пламенем песни сердце объято.

 

Моему перу

Нараспашку душу раскрой
И подобно кукушке спой.
Отвага с тобой,
Как моря прибой.
Если ранят тебя в бою,
Ты умножишь отвагу свою,
Богатырской став булавой.
Твёрже шаг, с огнём не шути,
Всё старьё сметая с пути.

 

Среди волн

Время – волна за волною.
Вольные всплески стихов.
Верно созвучья настрою
В мерную музыку слов.

Выше, волна вдохновенья!
Вслушайтесь в голос волны!
Все мои стихотворенья
В ритме волны рождены.

 

Сердце

Мышца красная –
с кулачок,
Турс-турс – стучит и стучит.
Песней жизни
каждый толчок
В такт мелодично звучит.

 

Жизнь

Годы жизни пересчитываю я,
Слаще мёда жизнь прошедшая моя,
Мой верблюд быстрее ветра на скаку,
В этой скачке не догонит смерть меня.

Хоть короче дни и ночи всё длинней,
Не бывает в жизни остановки дней.
Мы для радости и счастья рождены,
Но роняет древо жизни лист с ветвей.

 

Мамина могила

Запустела мамина могила,
Превратилась без присмотра в прах.
«Зеркальце», – ты сыну говорила.
Мама, я пришёл к тебе в слезах.

Серой пылью дёрн вокруг покрылся,
Сердце страждет, и теснится грудь,
Край родной, где в детстве я резвился,
Облегчи мою сыновью грусть.

 

Был бы конь у меня огневой

Как птица, летящий,
Как ветер, скользящий,
Был бы конь подо мной
                                      верховой,
То на поясе с саблей блестящей
Я предстал бы на скачке большой.

Конь плясал бы тогда подо мной,
Я б смеялся, махал бы рукой,
И курлыча в небесной дали,
Догоняли б меня журавли.

Ускакавшего им не догнать,
В состязаньи коня не сдержать.
В лучшем виде хочу я предстать,
Чтоб любимую выбрав, обнять.

Был бы конь подо мной огневой,
За мечтой я б умчался своей,
Чтобы счастье поэта – горой,
Чтобы петь, как поёт соловей.

 

Сказ старика

Жизнь прошла. Память детства
До конца дней осталась.
Невозвратное детство.
Неизбежная старость.

То лицо пожелтело,
Что цветком пламенело.
Те глаза потускнели,
Что, как звёзды, блестели.

Если молодость в небе –
Птицей соколом стану.
Если молодость в море –
То нырну и достану.

Если в скалах укрылась –
Брошусь телом на скалы.
Где ты, молодость, скрылась?
Я орёл твой удáлый.

Где ты, молодость, где ты?
Разыщу, что б ни сталось,
Просьбу выполни эту, –
Будь мне в радость на старость.

 

Весенний клёкот орла

Клекочи, орёл, клекочи!
Это вольной жизни накал.
В мире краше нет красоты,
Чем весенний клёкот средь скал.

Клекочи, орёл, клекочи!
Синь небес украшаешь ты.
В поднебесье паря, с высоты,
Молодых вдохновляешь ты.

Свой полёт за тучей верша,
Покажи нам себя, орёл!
И возрадуется душа,
Посмотрев на тебя, орёл.

 

Сердце моё – барабан

Это сердце, как добулбас,
Не напрасно бьётся сейчас.
О прекрасной земле поёт,
Воспевает родной народ.
Племя пламенное растёт,
В жизни место своё найдёт.
Юным жребий счастливый дан,
Бейся, сердце – мой барабан!

 

Моя кровь

Кровь моя, как половодье, буйна,
В небо надеждою устремлена.
Кровь моя – цели достигнуть должна.
Кровь моя – истина, ложь ей вредна.

Кровь – справедливость всегда и везде.
Кровь моя лени не знает в труде.
Кровь моя любит работы настрой.
Кровь моя блещет своей чистотой.

Кровь – богатырь, за рабочих горой.
Кровь моя – равенство, светоч земной.
Кровь моя – труженик наш заводской.
Сам ведь я тоже рабочий такой.

 

Труд

Без счёта золото намыл труд,
И человека сотворил труд,
И лик земли преобразил,
Ковром цветным её покрыл труд,
Обычный жизненный уклад,
Как жемчугами, расцветил труд.

Нам удовольствие явил труд,
И тайну недр земных открыл труд,
От бедности нас оградил
И к новой жизни возродил труд,
Нас от напасти защитил,
Врага под сердце поразил труд.

Возделал на земле плоды труд,
Посеял благо, как цветы, труд,
И словно солнечным лучом,
Всё освещает с высоты труд.
А лежебока не в чести,
Одно спасенье впереди – труд.

Награды сам себе добыл труд,
Цементом путь свой укрепил труд,
Став светочем, рассеял мрак,
Цель нашей жизни осветил труд.
Сады, поля и всё кругом
Преображается трудом!

 

Пора юности

Юность – это алмазная грань клинка,
Юность – башня под самые облака,
Это цветы – украшенье земли,
Когда солнце сияет им свысока.

Юность – как кречет в азарте охоты,
Юность – как посвист улара в полёте,
Как шелест травы в зелёном уборе
Под свежим ветром на горном просторе.

Юность готова идти в дальний поход,
Это стремленье юных хвалит народ.
Если вместе с народом юность идёт,
Энергия юности горы снесёт.

Юность – как лучик блаженства игривый,
Юность – подобна девчушке смешливой.
Юные годы отдай справедливо
На благо народа для жизни счастливой.

 

Вижу край родимый

Эта скала мне колыбелью была,
Эта река мне вдохновенье дала,
Вон ту берёзу, тот куст и ту ель
Память моя как приметы приберегла.

Игры-веселье в детстве не для меня,
Доля сиротства в детстве грусти полна.
Здравствуй, мой край прекрасный,
                                    сын твой пришёл,
Тот сирота несчастный,
                                    сын твой пришёл!

Здравствуй, скала, это я рядом с тобой,
Ты сироту приласкала, стала родной.
Сын твой пришёл, голос возвысь,
                                                 звонко пой,
Чтобы твой голос услышал мир земной.

Что же, ущелье моё, тебя томит?
Надо тайну открыть, что память хранит,
Я утешенье искал у тебя, когда
Слёзы катились будто капли дождя.

Вот я весёлый, не о чем мне тужить,
В мире свободном теперь радостно жить.
Вспомнив былое, ущелье, не грусти,
Время другое светит нам впереди.

 

Берёзка

В прошлом году увидел тебя такой –
Ниже меня ты была прошлой весной.
В этом году до неба ты подросла,
Множество веток в крону переплела.
Будешь ещё расти, мы вместе растём,
Радуясь, наши жизни мы проживём.

 

Весенние горы

Весной трава растущая
Ветрами обдувается,
Высокая, цветущая,
Волнуется, качается.

А ручеёк-вертушечка
Бурлит, не унимается,
В арчовнике кукушечка
Кукует, заливается.

Берёзами и ёлками
Гористый склон красуется,
И с ветерками лёгкими
Еловый лес целуется.

И родники прохладные
Лучами согреваются,
И горы наши славные
С красой небес сравняются.

 

Зимние горы

Словно саваном, грозные горы
Белым снегом накрыла зима.
Пеленой заслонила просторы,
Притаилась в ущельях сама.

Ручеёк успокоила сходу,
Родничок превратила в ледок,
Закружила в горах непогоду,
И замолк, как во сне, родничок.

А цветы, что везде красовались,
Белый снег понакрыл чапаном.
Вьюги яростно разбушевались,
Заморозили горы кругом.

От ковыльной травы возле речки
Из-под снега на склоне горы –
Только стеблей сухие колечки,
Украшение зимней поры.

Неприступные острые скалы,
На ложбинах глубокие рвы
Снова в зимние сети попали
И теперь неприглядно мертвы.

 

Летний день

Прохладный ключ в ложбине
Струится и журчит,
На горном серпантине
Смех девичий звучит.

Волна травы зелёной
Наш услаждает взор,
И к небу вознесёны
Громады рыжих гор.

А на горе отвесной
Уларов пересвист.
От красоты окрестной
Глаза не отвести.

В таком краю рождённый,
В таком краю взращённый,
С тобой я всей душой,
Народ киргизский мой.

 

Летний вечер

Заалел, как кумач, закат,
Притаилась дрёма везде.
А река мчит бурный поток –
Брызги пены на быстрой воде.
И запел в кустах соловей
Для подруги верной своей.

Запах мяты клубится, душист,
И приятен нам аромат.
Как в руках Токтогула комуз,
В небе жаворонки звенят,
Словно девица с молодцом,
Мотылёк играет с цветком.

Дрёма горы взяла в полон,
Погрузила в вечерний сон,
И скрывает в вечернем сне
Лес еловый на вышине.
Глянь-ка, друг мой, на небосклон
Уже вышла звезда Чолпон.

 

Вечерний ветерок

Тучки по небу кочуют,
Поспешая кто куда.
Ветерок вечерний дует,
Прохлаждая от труда,

Пот рабочий осушает,
Радует и освежает,
Кроны у берёз качает,
Стан берёзок обнажает.

Красками земли сверкая,
Радуясь, что пот просох,
В кронах тополей играя,
Озорует ветерок.

 

Весенние воды

Яростно всё смывает,
Мечется, русла меняет,
Грозно поток ревёт.
Грязную пену взбивает,
Людям вокруг докучает,
Отдыха не даёт.

Катит волна за волною,
Сил набирает весною
Бурный водоворот,
Скалы ломает, клокочет,
С грохотом вырваться хочет,
Рыбу о камни бьёт.

Ищут в округе спасенья
Жители от наводненья,
Утки-лебеди – в лёт.
Чёрные тучи клубятся,
Воды в низины стремятся –
Вешний водоворот.

 

Текущая вода
(Подражая народному певцу Женижоку)

Сорок тысяч лет из-под земли
Пробивается текущая вода.
Блеском полнолуния вдали
Озаряется текущая вода.
Плеском рыб хвостатых на мели
Забавляется текущая вода.

Блага человечеству даёт
Благодатная текущая вода.
Даже мелких тварей бережёт
Перекатная текущая вода.
Силу в глубине земли берёт
Необъятная текущая вода.

На вершинах недоступных гор
Зарождается текущая вода.
В желобах на мельницу в упор
Устремляется текущая вода.
Из семи подземных крепких створ
Вырывается текущая вода.

Всё, что на земле растёт, цветёт,
Омывает впрок текущая вода.
Камни в руслах речек разнесёт,
Превратит в песок текущая вода.
И для всех, кто на земле живёт,
Есть один исток – текущая вода.

Создаёт реку из ледников
Белопенная текущая вода.
Погибающим среди песков
Для спасения – текущая вода.
Утоляет жажду бедняков
Вожделенная текущая вода.

Цвет растений, радующий взор,
Подарила нам текущая вода.
Стаи птиц на зеркале озёр
Сохранила нам текущая вода.
И на склонах гор травы ковёр
Постелила нам текущая вода.

На летовке поит тучный скот
Ледниковая текущая вода.
Из-под ивы ключ прозрачный бьёт –
Тальниковая текущая вода.
Старым людям бодрость придаёт
Родниковая текущая вода.

Благодатной летнею порой
Проросла травой текущая вода.
Населила воздух мошкарой,
Мелкотой живой текущая вода.
На поля прохладу в травостой
Принесла с собой текущая вода.

 

Коршун
(Басня)

Себя считая ловчей птицей,
Низину Коршун облетал,
Не смог добычей поживиться,
Нигде поживу не встречал.

Махая слабыми крылами,
Кружился Коршун над полями,
Устал, надежду потерял,
Но вдруг Шумкара увидал.

«Есть клюв и крылья для удара,
Взмахну-ка крыльями сильней,
Ударю кречета Шумкара,
Добычей сделаю своей».

Вслед кречету самозабвенно
Полёт свой Коршун устремил,
Но кречет Коршуна мгновенно
Одним ударом метко сбил.

 

К***

Ты мне в любви признавалась,
Я тебе верил сперва,
Но как потом оказалось,
Это – пустые слова.

Многим ты их говорила,
Многим лгала, не любя.
Лгунья, прощай! Ты раскрыла
В истинном свете себя.

 

Лунной ночью возле озера

Возле озера с тобой,
Славная девица,
Я мечтаю под луной
Вместе веселиться.

Жду тебя я, приходи,
Что бы там ни стало.
Даже озеро, гляди,
Ожидать устало.

Даже свежий ветерок
Грусть не развевает,
Белых чаек островок
На волне качает.

Возле озера с тобой,
Славная девица,
Я мечтаю под луной
Вместе веселиться.

 

Мечта

Море жизни переплыть
Я мечтал.
Цель желанную достичь
Я мечтал.

От лобзаний пламенеть
Я мечтал.
В очи чёрные глядеть
Я мечтал.

Сладость жизни станем пить
Вместе мы.
Душа в душу будем жить
Вместе мы.

Будем деточку качать,
«Баю-баю» напевать.
Счастье жизни каждый день
Будем радостно встречать.

 

Девица-зарница

Ты сиянью лунному подобна,
Ты цветку акации подобна,
Когда лик твой светится от счастья,
Соловьиной песне ты подобна.

 

Т…

Прекрасна нежная роза,
Обласканная ветерком.
В замужестве нежная дева
Прекрасным будет цветком.
Сравню себя с певчей птицей,
Это я – киргизский поэт,
Сравню тебя со звездою,
Излучаешь ты яркий свет.
А поэту звезда нужна –
Вот такая, как ты, жена.
Разве не для розы своей
Средь ветвей поёт соловей?
Разве нежная дева моя
Не услышит трель соловья?
В небесах пребываешь ты,
Воплощенье моей мечты.
Лунным светом ночь озари,
Своё сердце мне отвори!

 

Соловей и Роза

Соловей:
Когда нет тебя, замолкаю, скорбя,
Не пою, улетаю.

Роза:
Когда тебя нет, мне не мил белый свет,
Никну я, увядаю.

Соловей:
Мелодию эту тебе я спою,
На неё ты похожа.

Роза:
В тот день, когда песню услышу твою,
Расцветаю я тоже.

Соловей, Роза:
Мы благословляем достойную жизнь,
Нас она возлюбила.
Пришло время петь
и пришло время цвесть,
Нас страна вдохновила.

 

Соловей

Ты здесь пел прошлогодней весной,
Ты вернулся – я этому рад,
Ты со мной, задушевный друг мой,
Ты опять украшаешь наш сад.

Вспоминаю ту тёплую ночь,
То с любимой свиданье моё,
Сочетание трелей – точь-в-точь –
С лёгким ласковым смехом её.

Это песня со мною всегда,
Радость жизни звучит в ней опять,
Под напев сладкозвучный тогда
Мы решили супругами стать.

– Будьте счастливы, – ты нам пропел,
И сбылось пожеланье теперь.
Я об этом сказать захотел,
Ночью слушая звонкую трель.

Мы с тобой, давний друг, заодно,
Возвратился ты, радуя нас.
Поутру я открою окно,
Чтоб услышать тебя ещё раз.

Чтоб и ты услыхал голосок,
Восхищающий мир наш земной,
Подаёт голосок мой сынок,
В колыбельке соловушка мой.

Расцветают деревья вокруг,
Мы вдыхаем цветов аромат.
Пой, соловушка, верный мой друг.
Пусть волшебные песни звучат!

 

Орлиное перо

Весело толпятся в небе облака,
И журчит в ущелье быстрая река,
Лёгкую прохладу ветерок несёт,
Этот край народ мой родиной зовёт.

Раздвигая травы, поднимаюсь ввысь,
И у самой кромки, где ледник навис,
Где вода в истоке капает, светла,
Я перо увидел из крыла орла.

Над привольем горным грозный
                                               беркут плыл,
И перо, должно быть, в небе обронил.
Вот оно сияет, излучает свет,
На него глядит взволнованный поэт.

Как речной поток, нахлынули слова,
От волненья закружилась голова.
В правой я руке перо орла держу,
И как Лермонтов, с фантазией дружу.

На какой скале явилось ты на свет,
Над холмами, над горами – где
                                               твой след?
Оторвалось от крыла ты. В чём секрет?
Почему ты одиноко? Дай ответ.

 

На простор из теснин Ала-Тоо

Всё верно, друг,
ты стал большим акыном.
Всё верно, ты в стихах достиг
                                              вершины.
Однако, друг мой, ты не знаменит,
В теснинах горных твой талант
                                               сокрыт.
Слагали мы с тобой стихи на славу
О небесах и о зелёных травах,
Об озере в песчаных берегах
И обо всём вокруг в родных горах.
И незаметно годы миновали,
Мы мастерами в нашем деле стали,
Но не открыли для стихов простор
За обозримым краем наших гор.
Мы Байрона и Пушкина читали,
И разве мы с тобою не мечтали
Занять места средь тех, чьи имена
Сияют, словно звёзды и луна?!
Однако, друг мой, славен ты в аиле.
А ну-ка, не таи неистового дара!
Чтоб о тебе в Европе говорили,
Седлай, мой друг, крылатого тулпара.

 

Мой друг

Блики солнца золотого
На вершинах Ала-Тоо.
Ледники по капле тают,
Медленно с вершин сползают.
Голос дальний не смолкает –
Чьи стихи чабан читает?
Чьё возвышенное слово
Близко к сердцу принимает?
Это Пушкин – друг киргизов,
Так поэта величают.
Это новая примета:
Он киргизским стал поэтом.
С каждым годом жизнь всё краше,
Он соратником стал нашим.
И сбылись его призывы
К жизни вольной и счастливой.
В горных высях Кыргызстана,
По морям, по океанам,
И на Севере туманном,
И на Юге в жарких странах
Пушкин всюду свой и равный
Посреди народов разных.
Стал киргиз он настоящий,
Общий нам язык понятен.
И комуз его звучащий
Нам особенно приятен.
Пушкин с нами. Пушкин вечен.
Обниму его при встрече.

 

Абаю

На стойбищах Сары-Арки
Ты вместе с ветром кочевал.
Бесценный соловей пески
В пустыне песней оглашал.

 

Землянка

На рассвете я вдаль уйду,
Всю Вселенную обойду.
Земляная кибитка, прощай,
Из объятий своих отпускай.

О, родная земля, э-эй!
Ты была колыбелью моей.
Я покинул земные края,
До свиданья, пещерка моя.

 

Текес

Бурлящий озорной Текес
                                   с Тянь-Шанских гор
Струёй, кручённой в скалах, рвётся
                                                          на простор.
В былые времена в кочевье предок мой
Здесь пику с бунчуком держал перед
                                                            собой.

Берёзы белые красуются везде,
И белый ястреб здесь растит птенцов
                                                  в гнезде,
Издревле это наш родимый край Текес,
И сам герой Манас – защита нам в беде.

Гора Хан-Тенгри подпирает небосвод.
«Краса земная», – говорит о ней народ,
И это место с незапамятных времён
Он как свою святыню чтит и бережёт.
Журчит, слагает песнь игривая река
О кочевых киргизах, живших здесь
                                                          века.

 

Прощай, Ала-Тоо, твой сын уходит на фронт

Земля в огне жестоком,
Пожаром мир охвачен,
И льётся кровь потоком
Бурлящим и горячим.
И разве не позорно
В дни бедствий и разгрома,
Чтоб сын остался дома?

В суровую годину
Мать говорила сыну:
«Будь храбрецом, родной,
Народ твой за тобой».
Слова я помню эти,
За них теперь в ответе,
В бою их оправдаю,
Врагам не дам пощады,
Хребет врагу сломаю.

На скалах трав цветенье,
Здесь диких коз владенье,
Журчит ручей глубокий,
Как струн комуза пенье.
А в небе вольный сокол
Парит как украшенье.
Тебя, земля родная,
С оружьем защищая,
Вступаю я в сраженье.
И вспоминать я стану
Ручей в ущелье ярый.

И вспоминать я стану
Призывный свист улара.
И вспоминать я стану
Вид на скале архара.
И вспоминать я стану
Птиц на ветвях чинара.

Вода земли родимой
Мне будет мёдом в сердце
И памятью хранимый,
Из детства образ – в сердце.
И мой народ любимый –
Моя опора в сердце.

Я сын твой, Ала-Тоо,
Ведь ты меня вскормила,
Ведь ты меня растила
И ты дала мне силы.
Мое сыновье слово
Скажу тебе любя –
Я жизнь не пожалею,
Чтоб защитить тебя.

Героем тот зовётся,
Кто в бедах познаётся,
Кто на защиту встанет,
Когда беда нагрянет.
Народ мой, ты поверь же,
Что сил у нас найдётся
И будет враг повержен.

Прощай,
           я покидаю,
Мой край я покидаю.
Я здесь мечтал, бывало,
Цветы здесь рвал, бывало,
И память подсказала, –
Бывало, на качелях
Я с девушкой смеялся,
И жизнь казалась раем,
Я жизнью наслаждался.

Родная, за тебя я
На всё готов заране,
И как звезда ночная,
Сверкну на поле брани.
Пускай погибну, только
Друзья чтоб жили долго.

Одной мы крови были,
Хлеб пополам делили,
С родными и друзьями
Теперь прощаюсь я,
Они судьба моя.
Пусть буду проклят вами,
Коль дрогну пред врагами.

Нас родичи растили,
Нам шалости прощали.
Здоровья им желаю.
Нас старшие учили,
Для нас примером стали.
Здоровья им желаю.

Вам, матери героев,
Здоровья я желаю.
Вам, тётушки родные,
Здоровья я желаю.
Вам, властелины счастья,
Детишки озорные,
Здоровья я желаю.

Теперь я на защиту
Иду, народ любимый.
Здесь много пережито,
Я жизнью наслаждался,
Ел горный лук в ложбинах,
Как кобчик, в небо рвался.
Народу обещаю:
В бою не оплошаю.

Сменил перо родное
Я на копьё стальное.
В суровую годину,
Как подобает сыну,
Иду на бой кровавый,
На бой святой и правый.
Геройство, как известно, –
Свой долг исполнить честно.

Стать за народ в защиту –
Долг храброго джигита.
«Сбежал он с поля боя», –
Не приведи такое.

Красою восхищает
Наш Иссык-Куль чудесный,
И ветерок гуляет
На берегу отвесном.
Твоей волной высокой
Мне б в битве стать жестокой.

Ледник блестит, не тая,
Здесь жил я, подрастая,
Был рад всему беспечно,
На ветерке гуляя…
Долг чести не роняя,
Иду громить врага я.

 

Наш друг

Посвящается неугасимой памяти героя Великой Отечественной войны, члена ЦК Компартии Кыргызстана, командира 8-й орденоносной гвардейской дивизии, кавалера трёх орденов Красного Знамени генерал-майора Ивана Васильевича Панфилова

«Увидим пользу от него» –
Народ великий вопрошал,
Растил героя своего
И колыбель твою качал.
Ты вырос, и как вихрь степной
С Чапаевым в одном строю
Отвагою блистал в бою.

Потоку был подобен враг,
Но не владел тобою страх,
И сабля острая твоя
Врагов рубила в пух и прах.

Сдержал ты клятву, под огнём
Со злобным справившись врагом.
Главу склоняет Ала-Тоо
При славном имени твоём.

Киргизского народа друг,
Ты храбрецов встречал вокруг.
Сыны народа за тобой
Без страха шли на смертный бой.

Как друга верного, любя,
Киргизы будут чтить тебя.
Кто пал в бою героем, тот
В народной памяти живёт.
И враг пощады пусть не ждёт.
За смерть героя мстит народ.

Настанет день – мы победим.
В цветах надгробие почтим,
И славным подвигам твоим
Стихи поэтов посвятим.

Тобой обученный джигит
Врага в сраженье победит.
И вновь украсит небосвод
Свободный кречета полёт.
И девушки в краю родном
Счастливо заживут потом.

Народ тебе награды дал,
Ты для него примером стал.
Как богатырь за свой народ,
Ты сокрушал фашистский сброд.
И имя славное твоё
Вовек в историю войдёт.

 

В белорусской роще

В горемычной роще
Запустенье.
Ни души. Поникли
Все растенья.

На рассвете слышно
Кукованье.
Это предвещает
Расставанье.

И в тоске-печали
Сердце бьётся.
Стон печали в роще
Раздаётся.

Это расстаётся,
Обнимая,
С другом мёртвым
Дева молодая.

Он погиб, в бою
Не отступая,
Свой народ бесстрашно
Защищая.

Схоронила тайно,
Слёзы скрыла,
Смело в строй с оружьем
Стать решила.

И пошла на запад
Утром рано
Тайною тропою
К партизанам.

 

Сорока

Сорока умирает не от осторожности, а от жадности.
Киргизская пословица
*

*В переводе академика К.К. Юдахина (Киргизско-русский словарь)

Голодная сорока
По берегу скакала
Вприпрыжку, неуклюже,
Везде еды искала.
Увидела в ложбине
Покров травы зелёный,
Ряды дерев плодовых,
Под тяжестью склонённых.
Вприпрыжку подскочила,
Вприпрыжку подбежала,
Так алчность обуяла,
Что всё казалось мало.
Глаза огнём сверкали,
Всё в голове смешалось,
Плоды она хватала
И вдруг – в силок попалась.
Петля легла на горло,
Сороку удавила.
Нет чтобы поберечься,
Но жадность погубила.

 

Перепел и Лиса

I

Ковёр травы красуется всё лето,
Играет ветерок на водной глади,
Заходит солнце, и в ночной прохладе
Сияют звёзды в небе до рассвета.

А Перепел, весь день «бытпыл»
                                                  кричащий,
Затих в траве ковыльной ближе
                                                  к ночи,
Но сердце билось с перепугу чаще,
Так стригунок копытцами цокочет.

Играет ветерок в траве зелёной,
Не утихает, дрёму разгоняет,
Но Перепел, сморённый грёзой сонной,
Ко сну отходит, тихо засыпает.

II

Голодная Лиса весь день лежала,
Вздыхая в каменной своей норе.
Ночная пала тень. Пора настала
Отправиться на ловлю поскорей.

И в эту ночь, ступая осторожно,
Пугая мелких птиц, ища добычу,
Лиса вдруг на обочине дорожной
Почуяла знакомый запах птичий.

От этого Лиса бодрее стала,
Как резвый жеребёнок, поскакала
И в Перепела, спавшего беспечно,
Вонзила зубы острые поспешно.

III

А Перепелу в этот миг приснилось,
Что он в плену закован кандалами.
Хотел вспорхнуть, но тут ему
                                               открылось –
Кто держит его острыми зубами.

Взмолил Лису, бедняга, горько плача:
– Не мучай, отпусти, я принесу удачу.
Голодная Лиса в ответ на эти страсти
Сильнее сжала Перепела в пасти.

Глаза в слезах молили о пощаде,
Но лисьи зубы птичью грудь терзали.
Чего не скажешь избавленья ради,
Какие только просьбы не звучали!

IV

– Накормишь, отпущу, – Лиса сказала, –
Иначе съем тебя, мне горя мало.
А Перепел в ответ промолвил скромно:
– Есть у меня еды запас огромный.

Я полечу и петь всё время буду,
А ты, зажмурившись, беги за мной.
«Глаза открой» – скажу, увидишь груду
Огромную еды перед собой.

Лиса позарилась на обещанье,
Разжала зубы и глаза закрыла,
А Перепел взлетел, собравшись с силой,
И пусть Лиса ест камни на прощанье.

V

Летит, летит он, звуки подавая.
Лиса бежит, глаза не открывая.
У Перепела утром, на рассвете
Охотник-беркутчи был на примете.

Так и случилось. С беркута сначала
Охотник снял наглазник. Прозвучало:
«Теперь, Лиса, открой глаза». И ловко
Схватили когти беркута плутовку.

Лиса завыла, хвост свой замарала,
Скребя песок, спасения искала.
А Перепел поднялся в поднебесье
И землю огласил победной песней.

От верной смерти пленник спасся ловко
Своей находчивостью и сноровкой.
С добычею охотник возвратился,
Себе в подарок шкуру сняв с плутовки.

Сменил перо наш Перепел бедовый,
И веселится, и ликует снова.
Со всеми хочет сказкой поделиться,
Как хитростью побеждена Лисица.

 

Кошка и масло

Голодная Кошка прокралась, мяуча,
                                                  в зажиточный дом,
Увидела масло коровье, висящее
                                                  под потолком.
Голодная Кошка в азарте добычи,
                                                  подпрыгнув, сказала:
– Наемся коровьего масла теперь
                                                  до отвала.

Голодная Кошка старалась подпрыгнуть
                                                          повыше,
Достать не достала, устала и из дому
                                                          вышла.
– Вонючее масло, кто есть его станет,
                                                          какой в этом прок, –
Голодная Кошка сказала и бросилась
                                                          прочь наутёк.

 

Сильнее крепостной стены

Жил в древние годы, не зная невзгод,
Свободный, счастливый и мирный народ.
В садах цвели розы и пел соловей,
И Родиной каждый гордился своей.

Но злые враги развязали войну,
Угнали стада, разорили страну.
Селенья разграбили, ставку снесли,
Красавиц схватили и в плен увели.

Набеги врагов истерзали народ.
Устроили люди общественный сход.
Решили, что надо любою ценой
Страну оградить крепостною стеной.

И стали стену день за днём возводить,
Желая страну от врагов оградить.
Но даже ещё не просохла стена,
Как горный обвал, разлетелась она.

Несчастные люди, чтоб стройку
                                                  поднять,
Причину развала решили узнать.
Об этом задумывались мудрецы,
Об этом куплеты слагали певцы.

– Зарежьте коня, – говорили одни.
– Нет, золото надо в основу стены.
Но и самоцветы стену не спасли,
Какие-то силы её разнесли.

Измучившись, люди хотели понять,
Какая причина развала опять.
И вдруг увидали: явился босой
Старик незнакомый с седой бородой.

Узнали, что лет девяносто ему,
Что равного нет старику по уму,
Что он исходил, повидал белый свет,
Что в дальней священной стране его след.

Послушать пришельца собрался народ.
Что скажет он людям, к чему подведёт.
Он бороду в правую руку собрал,
Слова, тяжелее свинца, он сказал.

– Обман не ищите в словах старика,
Живого заройте в стене, – он сказал. –
Стена неприступною будет века,
Когда вы поверите мне, – он сказал.

И больше ни слова. Рукой помахал,
Куда-то шагнул и из виду пропал.
А люди стояли ошеломлены,
Как быть и что делать, не знали они.

– Стена жаждет крови. Кто к жертве готов? –
Глашатаи спрашивали храбрецов.
Людей день за днём обходили они,
Согласных же не находили они.

Никто не сказал: «Я иду. Я готов».
Угрюмо стоят, как немые, без слов.
Лишь юный сиротка тринадцати лет,
С плеча сняв шубейку, промолвил в ответ:

– Пришёл я сюда, чтоб сказать об одном:
Готов я, меня закопайте живьём.
И если народ от врагов я спасу,
То жизнь свою в жертву не зря принесу.

Юнец прислонился к стене крепостной,
Закидывать стали сиротку землёй.
Вдруг плачущий голос вдали зазвучал,
Печали и горя высок был накал.

Вдали замелькал силуэт. Это мать
Бежала родную кровинку спасать.
Она без отца воспитала его
И зеркальце-свет называла его.

Ко мне подойди, жеребёночек мой,
Тебя обниму, стану рядом с тобой.
Сыночка не надо живьём зарывать! –
Кричала, рыдая, несчастная мать.

– Не плачь, моя мама, слёз горьких не лей,
Будь, милая мама, опорой моей.
Ты в сердце, любимый народ, и в судьбе,
Я рад, что могу быть полезен тебе.

Скажи, моя мать, не для этого ль дня
Одна ты с надеждой растила меня?
Ты мне говорила: «Сынок дорогой,
Стань жертвой святой за народ свой родной».

Тогда, повернувшись к народу лицом,
Такие слова мать сказала с трудом:
– Себя за Отчизну ты в жертву обрёк,
Моё молоко оправдал ты, сынок.

Страдая, слезу вытирала она,
Прощаясь, лицо целовала она.
Лопату схватила в отчаянье мать
И сына песком начала засыпать.

– В поступке твоём человечность видна,
Сердечность, как жемчуг, чиста и ясна.
Ты честь защитила мою, сберегла,
Ты, милая мама, мне силу дала.

Они обнялись, попрощались навек.
Их смелость – течение бурное рек…
Песок уже, кажется, шеи достиг...
Но тут появился тот самый старик.

– Сынка откопайте, отройте, – сказал, –
Стену крепостную не стройте, – сказал. –
Когда из народа такие сыны,
Страну от врагов защищают они.

Из камня и глины стена не спасёт,
Навалится враг – и стена упадёт.
Детей воспитайте на благо страны!
Любовью к Отечеству люди сильны.

Живите свободно, дружны и вольны,
Не надо бояться, что нету стены.
Врагам же склонённых голов не видать,
Когда есть такие, как сын и как мать.

 

ПОЭМЫ

 

Сон наяву

Я ночному внимал соловью:
Нет, не пел – вышивал он цветок!
Очаровывал душу мою
Тёплой ночи лунный поток.

Вспомнил песни я старых певцов,
Вспомнил сказочных я храбрецов
И, чудесной мечтой усыплён,
Увидал удивительный сон.

То не в звёздах сверкал небосвод –
На поляне стоял мой народ,
И хоть не было ветра тогда,
Иссык-Куля шумела вода.

Показался и скрылся орёл.
Из-за облака месяц взошёл,
Озарил он сто бунчуков,
Озарил он рать смельчаков,

Озарил стремительный ключ,
Ртутью бешеной мчавшийся с круч…
С гулким плеском вступили в союз
И карнай, и кияк, и комуз.

На коне сидел человек,
С бородою белой, как снег,
И его в морщинах чело,
Как звезда, сияло светло.

Я решился взглянуть на него:
Соколиная грудь у него,
Как у барса, отважен взор,
Меч остёр и разум остёр.

Много видеть пришлось старику
На тяжёлом, на долгом веку.
Полновесны его слова:
Он – всего народа глава.

Произнёс я старцу привет,
Поклонился ему до стремян,
И сказал мне тихо в ответ
Поседевший в боях великан:

– Сын мой, знал я, что ты придёшь,
Здесь и старцы, и молодёжь,
Перед тобой – твой предок Бакай;
В бой идёт напоследок Бакай.

Посмотри: все силы напряг
Твой свободолюбивый народ.
Угрожает свободе враг,
И народ собрался в поход.

Острый меч возьми у меня:
Он святою местью блестит.
Для тебя оседлал я коня:
Он до самой луны долетит.

Ты помчишься, ты крикнешь врагу:
«Никогда я не побегу!
Нашей чести народной не тронь:
Для врага наш народ – огонь!»

Сын, поверь словам старика:
Много раз я водил войска, –
Никогда не бежал киргиз,
Крепко дети его дрались!

Твой народ и в горе велик,
Он в неволе жить не привык.
Только смелых любит Бакай:
Самым смелым не уступай!

Вражье войско в правой борьбе
Одолеют богатыри.
Всех сейчас покажу тебе, –
Не моргая глазом, смотри:

Видишь, конь красив, как марал?
Видишь, грозен седок-исполин?
Седока твой народ избрал
Предводителем храбрых дружин.

Он в народных недрах возник,
Никому не подобен он.
Вскрикнет – землю разверзнет крик,
Взглянет – вздрогнет змей и дракон.

Не своём скача Аккуле,
Он врага сокрушал не раз.
Мир принёс он твоей земле:
Это – праотец твой Манас!

Рядом – всадник с длинной косой,
Богатырь, полководец, мудрец.
На врага налетая грозой,
Он драконов гнал, как овец.

Кто сравнится мужеством с ним?
У киргизов нашёл он приют.
Этот воин – твой побратим:
Алмамбетом его зовут!

Есть величье души в стариках.
Видишь старца с великой душой
И могучей силой в руках?
Это – дедушка твой Кошой!

Видишь юного силача?
Видишь чёрный на нём калпак?
Остриё моего меча –
Этот львёнок, этот Сыргак!

А красавицу видишь ли ты?
Нет на свете такой красоты!
Молодая Манаса жена
Высшей мудростью наделена.

Среди всех, чьи косы до ног,
Среди всех, носящих платок,
Не найти красивей, умней,
Благороднее Каныкей!

Народа счастливая мать,
Народолюбивая мать,
Семетея она родила, –
Соколёнок расправил крыла.

Сын Манаса, доблестный сын,
Был он тем, кто вступал в Байджин,
Стал защитой киргизских детей –
Наш любимец, наш Семетей!

Рядом – женщина, племени вождь.
В этой женщине – грозная мощь.
Одевается по-мужски,
Знают силу её руки!

Эта женщина – меткий стрелок,
Страшен зверю беркут её.
Дни проходят за сроком срок,
А глаза не меркнут её.

Много сваталось к ней смельчаков, –
Вызывала на бой женихов:
Ни один её не сломил…
Будь таким, как сестрёнка Джаныл!

Твой народ и в седые года
За свободу биться привык.
Не был счастлив он никогда,
Лишь теперь он счастье постиг.

И теперь, когда твой народ
Стал свободным в дружной семье,
Полети на коне вперёд,
Смерть и гибель неся змее!

Будь достойным сыном отца,
Разгроми врага до конца,
Свой сыновний исполни долг… –
Так сказал Бакай и замолк.

Тут воскликнул народ родной:
– Приезжай с победой домой!
Зашумели вершины гор:
– Мчись горами во весь опор!

Зашумели вершин снега:
– Торопись победить врага!
Напоил меня Иссык-Куль:
– Ты теперь защищён от пуль!

Сладоустый запел соловей:
– Ты – один их моих сыновей.
Песню спой, чтоб народ затянул,
Так велел передать Токтогул.

Услыхал я детей на пути:
– Старший брат, защити, защити!
Услыхал голоса матерей:
– Ради нас ты врага убей!

Вспыхнул в сердце моём огонь.
Я проснулся. И наяву
Увидал: оседлан мой конь,
Он жуёт пред походом траву.

Перевод С. И. Липкина

 

    Джоомарт Боконбаев

 

Щедрый дар Джоомарта
(Послесловие)

Это издание приурочено к 100-летию со дня рождения Джоомарта Боконбаева и выходит в свет благодаря содействию Международного фонда гуманитарного сотрудничества стран-участников СНГ.

Дж. Боконбаев родился 16 мая 1910 года в с. Мазар-Сай Токтогульского района (ранее Кетмен Тюбе), а погиб в автомобильной катастрофе первого июля 1944 года во время выбора места для натурных съёмок по его сценарию первого художественного кыргызского кинофильма «Семетей – сын Манаса». Ему тогда было 34 года. Такая судьба…

Имя Джоомарт означает «щедрейший». И действительно природа сполна одарила его разносторонним и многогранным талантом, внешней и духовной красотой. В каком бы жанре он ни трудился – всюду оставил яркий след истинного художника слова. Тонкий романтический поэт, основоположник драматургии, детской поэзии, переводчик классиков мировой поэзии, талантливый журналист и общественный деятель – таков Джоомарт Боконбаев.

В 1939 году первая декада кыргызского искусства в Москве начиналась и заканчивалась ораториями, созданными на его стихи. Среди песен, исполнявшихся на декаде, многие были написаны на его тексты. Автором двух из трех пьес, показанных в Большом театре, был Джоомарт Боконбаев.

Пять лет своей недолгой жизни он отдал сбору и записи произведений великого кыргызского акына и мелодиста Токтогула Сатылганова, имя которого ныне носят стратегический район страны и крупнейшее в Центральной Азии Токтогульское водохранилище. С присущей Джоомарту щедростью души, энергией, путешествуя по горным селениям, он собирал изустные произведения Токтогула, боролся за возрождение его имени. Звезда Токтогула вновь ярко засверкала на небосклоне многовековой акынской поэзии – и это общепризнанная и безусловная заслуга Джоомарта Боконбаева.

Расцвет его таланта пришёлся на годы Великой Отечественной войны. С его стихотворениями, переложенными в песни, кыргызстанцы уходили на фронт, читали их и вдохновлялись ими в окопах. В эти годы им написано около двух десятков стихотворений, посвященных мужеству советских солдат, и большая поэма «Смерть и честь».
Джоомарт был властителем дум трех поколений. Они воспитывались на его произведениях. Джоомарт был и остаётся для нас образцом поэта, гражданина, человека.

Благодарный народ помнит своего поэта. Именем Джоомарта Боконбаева назван крупный районный центр на южном берегу Иссык-Куля, одна из центральных улиц в столице республики – г. Бишкеке, ему установлены памятники в г. Бишкеке и других населенных пунктах, более двадцати школ во всех районах республики носят его имя. Его творческое наследие как щедрый дар вошло в сокровищницу кыргызской культуры.

Впервые избранные произведения поэта издаются в таком формате – параллельно на кыргызском и русском языках – в переводе известного филолога М.А. Рудова. И с новой силой слово Джоомарта на кыргызском и русском языках зазвучит в наше время и найдёт свой путь к сердцу современных читателей.

 

ОТКРЫТЬ всю книгу на русском и кыргызском языках — в формате PDF

 

   

   

Посмотреть все фотографии Дж. Боконбаева из книги

 

© Бөкөнбаев Ж.
© Бөкөнбаев К., 2010
© КРСУ, 2010

 


Количество просмотров: 13516