Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Малая проза (рассказы, новеллы, очерки, эссе) / — в том числе по жанрам, Фантастика, фэнтэзи; психоделика / — в том числе по жанрам, Юмор, ирония; трагикомедия / Главный редактор сайта рекомендует
© Данияр Каримов, 2010. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 17 августа 2010 года

Данияр КАРИМОВ

Штучный товар

Смешной фантастический рассказ, в котором два инопланетянина решили подзаработать, занявшись торговлей… боевыми джинами. А где взять нужное количество рабов лампы? Естественно, на Земле, причем не в наши дни, а во времена далекой Атлантиды… Первая публикация.

 

Своему другу Жылдызбеку Ибралиеву посвящаю

 

— Почему не указан срок годности? – таможенник бросил пыльный сосуд в ящик с соломой, на стенке которого красовалась надпись на интергалакто «Не протирать! Опасно!», и брезгливо обтер о передник щупальце. Кью ловко вставил между присосками несколько купюр.

— Заверяю вас, дорогой друг, товар не скоропортящийся, — он лукаво мигнул глазком головной камеры. – Срок годности лампы с боевым джинном при надлежащем хранении равен бесконечности. В цивилизованном секторе галактики об этом всем известно.

Таможенник нахмурился. Ему показалось, что инопланетный фигляр прозрачно намекает на провинциальный статус его системы. Но Кью быстро сгладил неприятное впечатление еще одной кредиткой. Таможенник мгновенно потерял интерес к трюму и, покряхтывая, выполз из корабля. Кью проводил его долгим взглядом, и бросил в интерком:

— Вызывай клиента, борт чист.

Интерком утвердительно свистнул в ответ. Кью поморщился. Его компаньон Цо опять расстроил свой транслятор, переводивший в интергалакто сложный набор инфразвуковых сигналов, на которых тот изъяснялся. Язык дрюкланцев поражал воображение любого лингвиста и был непостижим для Кью, гордившегося знанием свыше трех тысяч языков.

Цо не замолкал и в одиночестве. За две недели совместного полета Кью смертельно надоело перенастраивать тонкий прибор, имевший несчастье служить представителю дрюкланской расы, заткнувшей болтливостью за пояс всю обитаемую галактику.

Кью терпеливо дождался, пока частые разнотональные свистки, возникшие глубоко в недрах корабля, не зазвучали за переборкой, и, едва головка Цо просунулась в трюм, щелкнул по торчавшему на ней транслятору. Прибор заткнулся. Кью с минуту наслаждался тишиной, копаясь в его начинке. Цо энергично шевелил жвалами.

— …эти сукины дети! – транслятор включился на середине монолога дрюкланца и, как и опасался Кью, больше не останавливался. Кью узнал, что Цо думает о таможенниках, негостеприимных провинциальных системах, расах, обитавших на отшибе галактики, и электронике, которая расстраивается только потому, что представителю высокоразвитой цивилизации хочется поупражняться в риторике.

Кью подозревал, что так же разрушительно и Цо влияет на его тонкий позитронный мозг. Но предпочитал держать свое мнение при себе. Идея заняться оптовой торговлей джиннами принадлежала Цо, и он вложил в этот проект деньги.

 

***

Боевые джинны появились на межпланетном черном рынке вооружений совсем недавно — после третьей колониальной войны в Солнечной конфедерации. Метрополия активно применяла их против сепаратистов. Включив джиннов в арсенал, конфедераты заявили Лиге Миров о приверженности общегалактическим стандартам. Соларцы гарантировали полную сохранность экосистем на охваченных войной планетах, засеянных человеческими колониями.

Лига, убедившись в экологической безопасности джиннов, приравняла колониальные конфликты соларцев к внутривидовым разбирательствам и поспешила забыть о скандальном — по молодости — человечестве. А новое оружие быстро завоевало популярность далеко за пределами Конфедерации. Раб лампы оказался эффективней ядерной боеголовки и имел огромную живучесть, помноженную на способность решать широчайший спектр задач.

Джинн мог запросто стереть с лица мегаполис, не заражая местность радиацией, построить новый город, не сломав в округе ни деревца, и даже искусно заменить вам зубы, клыки или жвала. Но в созидательном качестве джинны практически не применялись. Города, которые они строили, напоминали исторические музеи. Создавать сложные приборы им почему-то вовсе не удавалось. При этом джинны обладали, как правило, прескверным характером, что делало их весьма специфичным товаром, требующим весьма деликатного обращения. Это обстоятельство очень смущало осторожного Кью. Но ничуть его партнера Цо.

— Джинн — штучный товар, но мы сколотим на нем капитал, железяка, — покровительственно хлопал дрюкланец по хромированному боку Кью стандартный галактический месяц тому назад. Цо в ярких красках расписывал будущему компаньону открывающиеся перспективы и между делом подливал дорогого бризаннского машинного масла. На шестой масленке тот наконец сдался. Возможность сделать штучный товар доступным массовому потребителю сулила фантастические барыш¬и. А Кью давно мечтал осесть на материнской планете, окружив себя самой современной и разнообразной периферией.

Через два стандартных галактических дня корабль торговцев опустился на Землю. Здесь их ждало разочарование. Торговый канал оказался ненадежным. Джинны поступали в земные лавки нерегулярно — по мере нахождения. Человечество, еще совсем недавно активно использовавшее рабов ламп в качестве оружия массового поражения, само давно их не производило.

— Вай, дарагой! — развел руками один из земных лавочников, на которого их вывели посредники. — Искусство создания джиннов утеряно в далеком прошлом.

— Насколько далеком? – поинтересовался Кью.

Землянин многозначительно промолчал. Кью толкнул локтевым сочленением в толстое брюшко Цо. Жадный дрюкланец нехотя отслюнявил несколько кредиток. Человек неспешно их пересчитал, скрылся в недрах лавки, где, чертыхаясь, долго чем-то громыхал, и появился перед инопланетниками с изрядно потрепанным предметом. Он сдул с него пыль и бережно положил на прилавок. Кью, на всякий случай дистанционно просканировав антиквариат (лавочник в любой системе не откажет себе в удовольствии подсунуть клиенту под видом ценного товара дешевую подделку), с удовлетворением убедился, что человек не намерен их надуть. Предмет был изготовлен из настоящей органики и очень давно. Кью прикинул, что с тех пор планета обежала вокруг центральной звезды не менее тысячи раз.

— Пергамент, — словно прочитав его мысли, произнес, смакуя, землянин. – Эту книгу передал мне мой отец, ему – мой дед. А уж где достал ее любимый дедуля, одному Аллаху известно. Но в ней есть то, что вас интересует…

Землянин заговорщицки подмигнул:

— Вокруг джиннов было создано много мифов. Когда-то считалось, что они – пришельцы из параллельного мира. Но мы — современные люди, и нам известно, что параллельных миров нет. Аллаху, великому и милосердному, было где разгуляться и в созданной им реальной Вселенной. В этой книге говорится, что джинны – человеческое и только человеческое творение. Клейма мастеров, запечатывавших сосуды с джиннами, тому доказательство.

— Ближе к делу, — буркнул Цо, раздраженный тем, что уже несколько минут вынужден слушать, а не говорить.

— Джиннов научились создавать в Атлантиде, — мстительно объявил лавочник. – Это древнее государство, исчезнувшее в пучинах земного океана несколько тысячелетий назад. Ее обитатели открыли многие тайны мироздания и, вместе с ними, ящик Пандоры. Атлантида была уничтожена, время похоронило многие знания ее мудрецов. Следующая цивилизация пошла по иному – техногенному — пути развития. Так что не могу ничем вас обрадовать. Джинны, которых вы можете купить, — антиквариат. Их иногда находят во время археологических раскопок.

— То есть производителя джиннов можно найти в Атлантиде? – спросил Кью. Лавочник изумленно воззрился на пришельца. Но еще за несколько кредиток, вырванных Кью из лапок партнера, любезно согласился отсканировать карту затонувшей Атлантиды и помочь с привязкой к современным координатам.

Кью прикупил участок в северной Сахаре, вытряс из Цо еще деньжат на сооружение еще неизвестного земной науке пространственно-временного коридора и, трансформировавшись в землянина, переправился в прошлое. Болтливый дрюкланец, неспособный принимать иные формы и изъясняться с помощью звуковых волн, благоразумно остался в будущем.

 

***

Джинн-мастером, к которому Кью привела печать на сосуде с джинном, оказалась коренастая и неприветливая рыжая девица.

— Что тебе нужно, чужеземец? – она недобро смерила Кью взглядом.

— Ваше мастерство, милостивая государыня, — поклонился пришелец. Но на нее это не произвело никакого впечатления.

— В чем?

Пока гость разъяснял цель визита, девица равнодушно ковырялась в носу. У Кью сложилось впечатление, что содержимое дыхательных полостей интересует ее больше, чем возможный долгосрочный и выгодный контракт. Но впечатление оказалось обманчивым. Как только Кью выудил из дорожной сумы несколько слитков золота, ноздря мгновенно была забыта. На варварской Земле этот металл, легко синтезирующийся стандартным трансмутатором материи, ценился дороже практичного и полезного титана.

— Зачем тебе десять тысяч ламп с джиннами? Даже для того чтобы стереть с лица земли целую страну тебе хватит двух-трех! – рыжая подозрительно вперилась в Кью, но ее руки уже предательски потянулись к слиткам.

— Я серьезный бизнесмен, и мелкими партиями товара не интересуюсь, — заверил Кью. – Но я щедр и готов заплатить за каждого джинна по пуду золота.

— По пуду?! – девица презрительно сплюнула сквозь редкие зубы. – Ты шутишь? Меньше чем за три я за работу не возьмусь!

— Три пуда за тупое орудие убийства? – позволил усомниться Кью.

— Джинн – оружие высокоинтеллектуальное, — обиделась девица. – Каждый уникален.

— Чем же? – усмехнулся Кью.

— Подходом к исполнению поставленной задачи, — пояснила девица. – Джинн действует исходя из опыта своей прошлой жизни.

— Простите, милейшая, какой жизни? – недоуменно вскинул бровь Кью.

— Прошлой, — повторила атлантка. – Джинн – разумное существо, пойманное в камеру-ловушку измененного континуума. Образно говоря, для джинна его сосуд – тюрьма вечного заключения. Его бессмертие и его проклятие. Поэтому исходным и главным материалом для джинна может быть только взрослый человек. Детская психика такого испытания не выдерживает.

— Где же вы набираете материал? – поразился Кью.

— Тюрьмы, войны, азартные игры, — равнодушно пожала плечами джинн-мастер. – Тебе не все равно, чужеземец?

Они сговорились на двух пудах. И уже через пару дней Кью получил первый десяток вожделенных сосудов.

— Где можно испытать один из образцов? – полюбопытствовал он.

Подходящий полигон нашелся за городской стеной. Девица подвела Кью к глубокому разлому.

— Здесь! – она уселась прямо на камни. – Теперь тебе нужно потереть лампу.

Кью поскреб сосуд. Из него потянуло дымком, и в безмолвии в мгновенье ока возник и тут же рассыпался в пыль глинобитный земной город, и перед потрясенным этим зрелищем пришельцем предстал неприметный человек в дивном головном уборе. Он низко склонился перед Кью:

— Слушаю и повинуюсь!

Кью вопросительно взглянул на джинн-мастера. Та махнула рукой:

— Говори желание.

Кью помялся:

— Вслух?

— Ну конечно! – фыркнула девица. – Как же еще можно что-то сказать?

Кью было вспылил. Он говорил более чем на трех тысячах языков, большая часть которых находилась вне диапазона слышимых землянами звуковых волн. Но, вспомнив о бизнесе, решил не отвечать на грубость. Норов девицы с лихвой компенсировало мастерство.

— Повелитель, — напомнил о себе джинн. – Хочешь, я принесу тебе яблок из садов Гесперид? Построю башню выше Вавилонской? Заставлю прекрасных сирен петь в твою честь? Натравлю Сциллу на Харибду? Разыщу самую прекрасную диву, чьи перси…

— Цыц! – шикнул Кью. Джинн замолчал и, всем видом демонстрируя разочарование, обиженно свернулся комочком возле своего сосуда. Кью почесал подбородок и сменил гнев на милость. — Ты можешь стереть с лица земли город?

— Да как два пальца о базальт, начальник! Скажи, какой? – оживился джинн. И пожаловался — Скучно тут одному в лампе. Очень хочется с кем-то поговорить, заняться хоть чем-нибудь…

— За что тебя посадили в… лампу? – проникся сочувствием Кью.

— Статья 478 уголовного кодекса Атлантиды, начальник, — залопотал джинн. – Мошенничество на меня повесили. Оговорили меня, начальник, — выдавил слезу джинн. – Ей-богу, оговорили. А судьи кто? Все ж куплено, хозяин! Нет справедливости на белом свете для честных, но маленьких людей! Выпусти на волю, благодетель!

— Не верь ему, — вставила девица. – Аферист он. Нагрел на урожай трех землевладельцев и уболтал одного адмирала отдать ему четыре галеры в обмен на секрет философского камня.

Джинн испуганно юркнул в лампу.

— Сурово, — поцокал Кью.

— С джиннами по-другому нельзя, — неожиданно вздохнула девица. – На жалость они давят. Приходится марку держать. Всю молодость на них убила. Девкой, поди, и помру. Кто ж меня такую замуж возьмет? Ну ничего! Наклепаю тебе джиннов, куплю дворец, обзаведусь мужским гаремом! Пойдем. Возвращаться пора, пока не стемнело.

— Странно, что джинн, обладая такой силой и мощью, не может сам освободиться, — задумчиво произнес на обратной дороге Кью.

— Кто тебе сказал такую чушь? Еще как может. Но только если кто-то по собственному желанию согласится занять его место в лампе. Ведь джинн, хочет он того или нет, — раб, он может освободиться только если найдет себе замену. Причем добровольную.

— Неужели находятся охотники?

— Мир не без глупых людей, — философски заметила девица.

Через несколько часов, уже в далеком от Атлантиды будущем, Кью вместе с Цо наблюдали, как роботы расчищают от песка Сахары вход в каменный бункер, по указанию Кью возведенный атлантами несколько земных тысячелетий назад для складирования джиннов. Там, согласно договору, должна была оставить продукцию для хранения рыжая девица. Освобожденный от песка склад оказался правильной пирамидой. Цо прикидывал, что можно получить от земного правительства, «открыв» неизвестный местной науке архитектурный памятник. Кью эта мысль забавляла.

 

***

За две недели полета болтливый дрюкланец несколько раз наступал на горло своей песне и, умолкая, заставлял партнера начинать рассказ о тестовом испытании джинна. Но каждый раз забывался и, не дослушав, обрывал повествование. Кью, считавший, что компаньона не интересует ничего, кроме барыша и собственных монологов, был заинтригован. Пару раз он даже заставал Цо в трюме у ящика с тестовым образцом раба лампы. Но благоразумно молчал, чтобы не давать повода для очередного приступа словесного энуреза.

Вот и сейчас Цо как бы невзначай подобрался к ящику с намалеванной надписью «Не протирать! Опасно!».

— Клиент будет через полчаса, — сообщил он Кью и, дождавшись, когда деловой партнер покинет трюм, потер лампу. Он тихо обратился к выходящему из нее дымку:

— Так значит, я могу стать таким же всемогущим, как ты?

— Да, мой повелитель, — джинн услужливо согнулся в поклоне. Цо почудилось, что раб лампы едва заметно улыбнулся. Но поди разберись в мимике землян. – Начальник, джиннам, в натуре, подвластно все! Ты сможешь стать самым богатым, самым могущественным, самым счастливым! Только пожелай!

 

***

Покупатель прибыл с большим опозданием. Информаторий космопорта уверял, что на этой планете подобная линия поведения в порядке вещей. Чем выше статус визави, тем дольше его приходится ждать. Судя по «пунктуальности», в гости к торговцам наведалась шишка не ниже маршала.

Кью вызвал по интеркому Цо. Тот подозрительно молчал. Кью повторил вызов. Но Цо, видимо, приводил в порядок свой сложный дрюкланский туалет. Кью обреченно моргнул фотоэлементами, но, поразмыслив, возблагодарил небо: словоблудие партнера раздражало представителей многих разумных рас. Он гостеприимно распахнул люк звездолета, стоически выждал, пока трюм обшарит многочисленная охрана прибывшего, и наконец лицезрел самого покупателя.

— Покажите товар в действии, — проквакал покупатель. Кью потер сосуд. Перед ним возникли и тут же обрушились в прах полупрозрачные ажурные дрюкланские минареты и арки. А затем явился и сам джинн.

— Что он там свистит? – поморщился покупатель.

— Он говорит: «Слушаю и повинуюсь!», — Кью устало прикрыл фотоэлементы. Он не представлял, как можно настроить транслятор дрюкланскому джинну.

 

© Данияр Каримов, 2010. Все права защищены 
    Произведение публикуется с разрешения автора

 


Количество просмотров: 1237