Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Малая проза (рассказы, новеллы, очерки, эссе) / — в том числе по жанрам, Про любовь
© Мадалиева Б.С., 2009. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 25 апреля 2009 года

Бермет Сатымкуловна МАДАЛИЕВА

Звезда

Лирический рассказ о любви. Спившаяся звезда хип-хопа, популярность которой закатывается, случайно встречает девушку, которая дает ему силы на новый жизненный и творческий подъем. Незнакомка заставляет его вновь поверить в себя – и исчезает. Как же ее найти?.. Рассказ ранее не публиковался

 

Напрасно он верил, что его ожидания оправдаются. Нет, вышло даже так, что он не видел никакого выхода. И все двери перед ним были закрыты. Наглухо. Он даже невольно удивился тому, что все ему отказали. Как это могло случиться? Ведь только несколько лет назад он был тем, отказать кому было невозможно. А теперь…

Последний человек, на которого он надеялся хоть как-то, тоже его отверг, сославшись на то что, работа с ним испортит его имидж. Имидж, усмехнулся он. Он сам был имиджем для многих. Теперь, не зная, что и делать, он бродил по пустынному пляжу, время от времени делая глотки из полупустой бутылки в руках. Вдалеке кричали галки, и шум волн болью отдавался в ушах. Ему вдруг показалось, что мир разрушился вокруг него, и его будущее было неопределенным, как сама погода. Он выпил оставшееся содержимое бутылки и засмеялся, так что все вокруг содрогнулось от его смеха. Он поднял руку и посмотрел на бутылку.

— Это моя жизнь, – пробормотал он, икнув. – Эта бутылка, как моя жизнь, пуста. Остается всего лишь выбросить ее. – Он, размахнувшись, бросил бутылку в воду. Она, наполнившись водой, пошла ко дну. Он упал на колени, тупо, безразлично, уставившись вперед. Все, подумал он, на этом и жизни конец. Он растянул руки в стороны и упал лицом в песок

Он не имел понятия о том, сколько он пролежал. Сквозь шум волн его слух уловил какой-то шорох. Он чуть поднял голову, и еле открыв глаза, увидел женский силуэт. Она смотрела на него весело, открыто улыбаясь, легкий ветерок развевал ее волосы. Руки ее были в карманах шорт. Он отметил про себя ее стройные, красивые ноги. Но ему не понравилось то, как она на него смотрела. Словно знала, что хуже, чем сейчас для него, нет ничего на свете. Знала это и улыбалась. Издевалась.

— Чего тебе? – произнес он. – Чего уставилась?

Ему не хотелось, чтоб она видела его в таком состоянии.

— Ты же Макс Кореян, – сказала она, не то вопрошая, не то, констатируя факт. Вынула руки из карманов, присела перед ним на корточках.

— Ну и что?

— Что, спился? – спросила она. Улыбка озаряла ее лицо.

Он, обиженный этим вопросом, попытался встать. Да, в последнее время он много предавался алкоголю, но он не пьяница.

— Это не так. Если я лежу здесь пьяный, это вовсе не означает, что я уже тю-тю. Просто настроение паршивое, да и не везет мне в последнее время.

— Встреть тебя хотя бы два года назад, ты здесь, наверное, не только лежал бы, а лежал бы в окружении каких-нибудь красоток, и пел бы одну из своих песен. А рядом стоял бы режиссер и снимал бы тебя для твоего очередного клипа.

Девушка села на песок и охватила руками колени, продолжая смотреть на него. Он посмотрел на нее. Вроде бы неплохая девчонка.

— Как ты думаешь, я ведь все еще не потерян для шоу-бизнеса? Ведь бывают, возвращаются же после стольких лет и вновь становятся популярными, а?

Она пожала плечами, и он возненавидел ее на мгновение за это.

— Тебе помочь встать? – спросила она.

— Уходи!

— Хочешь здесь умереть?

— Мне все равно, – он посмотрел на нее и затем добавил. – Хочу полежать, подумать.

— О чем?

Макс снова посмотрел на нее и вспомнил, как она засомневалась в нем, и отвернулся.

— Не твоего ума дела!

И что она пристала к нему с всякими глупыми расспросами? Шла бы к себе. Но она не уходила. Макс закрыл глаза, а когда вновь открыл их то, увидел что она лежит рядом, точно так же, как и он, только на спине. Макс усмехнулся. Ладно, пусть остается.

— А так хорошо. Вон смотри, облака проплывают. Один даже на большой корабль похож.

— Не все ли равно, – сказал он.

— Из облаков можно сочинить песню, – весело сказала она. Макс рассмеялся.

— Странная ты.

— Ты тоже, – она посмотрела на него.

— Я? Почему же?

— Разлегся, время зря теряешь.

— А что мне делать? Все от меня отвернулись, в тот момент, когда мне была нужна помощь. Ни друзей… никакой опоры, – горячо произнес он.

— Я пришла тебе помочь, – просто заявила она.

— Ты? Каким образом? – он удивился глупости девушки. – Может, мне денег достанешь? Тексты песен напишешь, сделаешь аранжировку? Договоришься со звукозаписывающей компанией? Выпустишь компакт-диск?

Голубые глаза девушки заблестели, и на миг он был очарован ее взглядом.

— Я помогу, – многообещающее сказал она.

— Как?

— Все зависит от тебя самого. Пошли, поднимайся, поехали со мной.

— Куда? К Горбуну? – живо спросил он.

Она вопросительно посмотрела на него. Он вдруг сник, а вспыхнувшие надежды погасли.

— Нет, я никуда не пойду. Тем более с тобой.

— Почему? Пойдем, выпьем по чашечке кофе, а потом я отвезу тебя домой.

— Я думал, ты дельное предложишь. Отвезешь меня к Горбуну. Он моя последняя надежда.

— Кто такой Горбун? – спросила она. Макс улыбнулся.

— Как ты собираешься мне помогать, если ты даже не имеешь понятия о том, кто такой Горбун? – Макс перевернулся на спину. Синее небо было затянуто прозрачными облаками.

— Вставай. Может и не к Горбуну твоему, а человеку получше него.

— А что, существуют продюсеры почище Горбуна? – интерес заставил его приподняться. Она кивнула головой. – Странно, я всегда считал, что в мире шоу-бизнеса Горбун самый-самый.

Макс начал с трудом подниматься. Ему очень хотелось верить в слова этой девушки. Она протянула ему руку, и он почувствовал тепло и дружескую поддержку. Интересно, кто она такая? И почему она помогает ему, думал Макс, идя к ее машине, опираясь о ее плечо.

— А как тебя зовут?

Она не ответила. А просто посмотрела на него.

Небеса в твоих глазах,
    Я готов все за них отдать… — родились строчки в голове.

Кофе пили молча. Он хотел расспросить о ней обо всем, но не хотел казаться ей банальным. Она изредка поглядывала на него, словно хотела что-то сказать, но не решалась.

— Всю жизнь хотела выпить кофе с какой-нибудь звездой, – изрекла она наконец. Он взглянул на нее. До него вдруг дошло, что она может всего лишь очередная фанатка, которая страстно желает стать знаменитой, сидя в его обществе. Он живо представил себе заголовки таблоидов: Макс Кореян, экс-звезда хип-хопа в обществе поклонницы был замечен в кафе. А он размечтался о крутом продюсере. Дурак.

Макс резко встал и произнес:

— Все понятно!

Она изменилась в лице.

— Спасибо за кофе, но сидя со мной здесь, ты не заработаешь себе славы, лучше поищи кого-нибудь посущественнее. Бен Аффлека, например.

Он угрюмо поплелся к выходу.

Небеса в твоих глазах,
    Все за них, все и даже жизнь… — вертелось в голове.

Он редко ходил пешком, и теперь прохожие оглядывались на него, шепчась за спиной. Он старался не обращать внимания. У него даже машины не осталось.

Придя, домой, он плюхнулся на диван, так и заснул в ботинках, потный, грязный, уставший.

Дни превратились в одно целое, и он осознавал, что теряет самое драгоценное. Теряет веру в самого себя. Он сел перед компьютером, мысли вертелись, и он не мог завершить начатое. Ему надо глотнуть свежего воздуха. Макс встал.

В дверь позвонили. Ну, кого еще занесло. Он поспешно направился в двери.

— Уйди. Никого не хочу видеть!

— Это я, – услышал он ее голос. Щелкнул замок, и дверь открылась. Макс вышел на порог.

— За автографом? – ехидно спросил он. Она посмотрела на него виновато.

— Нет.

— Так зачем же? Где же твой продюсер? Он спрятался за твоей спиной?

— Обещаю, продюсер будет, Макс. Можно войти?

— Нельзя! – гаркнул он, но не хлопнул дверьми перед ее носом. Он повернулся и прошел в комнату. Услышал, как она снимает обувь.

— Ты извини, вчера так все глупо вышло… — услышал он за спиной.

— Глупее некуда, – заметил Макс.

— Я не то хотела сказать. Ты поспешил с выводами. Я вовсе не хотела себе славы. Да и ты не в том состоянии, чтоб приносить славу, – тихо добавила она. Эти слова больно задели сердце Макса.

Он обернулся.

— Так почему же ты здесь? Зачем тебе я?

— Я хочу тебе помочь!

— А мне плевать! Уходи! – сказал Макс. И снова уставился в экран компьютера. Она молчала, но не уходила. Постепенно гнев Макса сменился. Он был не против того, чтоб она находилась здесь. Да и доля правды в ее словах была. Он заметил, как она разглядывает кучу дисков и постеров с его изображениями, лежавших на запыленном столе.

— Остатки былого, – как ему показалось, по-философски произнес он. Она взглянула на него.

— Можно послушать? – спросила она, и, не дожидаясь ответа, прошла к огромному музыкальному центру и вставила диск. Запустила его. И в предвкушении приготовилась слушать. Макс терпеливо дожидался ее реакции. Почему-то для него было важным ее мнение. Но тем больше она слушала, чем шире становились ее глаза. В них читалось удивление.

— Это пел ты?

— Да, – со страхом произнес он. Что она подразумевала под «это»?

— Слушать невозможно, – сказала она и выключила центр. Макс откинулся на спинку.

— И что? Ты пришла специально критиковать меня? Ну и что, с того, что слушать невозможно. Я пел это, и люди платили мне за это. Это, как ты выразилась, приносила мне денежки.

— Я уверена, в глубине твоей души кроятся совсем иные чувства, совсем иной мир слов и фраз. Надо только поглубже нырнуть и испытать их, – не слушая его, она присела перед ним.

Макс молчал.

— Я никогда… я не верю в эту чушь. Есть только реальность. И ничего более. Я… я не могу петь о том, чего не испытывал никогда…

Макс долго глядел на нее и встал. Он был в отчаянии. Он понимал, что в этот момент должно что-то измениться. Она поднялась.

— Мне пора.

Он посмотрел на нее. Его взгляд блуждал. Он наблюдал за тем, как она надевает обувь, открывает дверь. Макс не заметил, как оказался подле нее, и, схватив ее за руку, притянул к себе. Эти глаза. Макс, пригнувшись, поцеловал ее. Она трепетно вздрогнула, и ее алые лепестки губ раскрылись навстречу его губам. Максу показалось, что он тонет в этом поцелуе. Оторвавшись от этих губ, Макс взял ее за плечи и посмотрел на нее. Синие, пресиние глаза, словно кусочек ясного неба. И на дне этих глаз, он увидел отражение самого себя и отшатнулся. Она словно поняла его, но не молвила ни слова.

— Кто ты? – спросил Макс. Она улыбнулась. И через миг, ее в комнате не было.


    * * *


    Я не знал, что я искал,
    И не знал, чего хотел.
    С прошлым я своим уже порвал,
    Но души так и не обрел теперь.
    Но ты придешь,
    Ты меня спасешь.
    И тебе сейчас скажу –
    За небеса, за небеса в твоих глазах
    Я готов все отдать.
    Хочу, хочу тебе сказать:
    Ты ангел мой,
    За губы, что шепчут мое имя,
    За руки, что крепко обнимают… — пел Макс.

Публика восторженно подпевала. На сцену летели письма, мягкие игрушки, цветы, а он стоял посреди и пел. Он был самым счастливым человеком в этот момент. Завоевать публику одним лишь движением. Вводить их в экстаз. Делать их частью самого себя. Эти лица, выкрикивающие его имя, море улыбок, океан любви. Словно они ждали его прихода. Скучали по нему. Но теперь он другой, он готов покорять новые вершины, у него столько идей. И этот концерт подарил ему очередную порцию энергии и желания творить и петь для них. Для всех. И для нее. Общее настроение полного зала не давало ему думать о ней. О своей музе.

...Небеса в твоих глазах
    Все за них, и даже жизнь...

Последние аккорды и зрители восторженно закричали, хлопали руками, звали его обратно на сцену. Умоляли спеть на бис. И Макс снова пел.

После концерта, была пресс-конференция. Он отвечал на разные вопросы своих поклонников и прессы.

— Раньше вы были звездой хип-хопа, а теперь поете лирические песни. Что вас заставило изменить свое отношение к данному направлению?

— Я вовсе не изменил свое отношение к направлению хип-хопа, я до сих пор чту и уважаю тех людей, которые занимаются этим. Просто, в один момент я осознал, что я способен на большее. Что я могу вложить чувства в слова. У меня куча друзей певцов хип-хопа, и с ними я прекрасно лажу. Но теперь я нашел свое предназначение, и я рад этому.

Заговорил его продюсер, и Макс внимательно слушал его. Он благодарил судьбу, что именно он стал его продюсером. Что именно он позвонил ему и предложил сотрудничество. В тот момент, когда никто не хотел связываться с ним и верить ему. Макс не вдавался в подробности и не спрашивал его о том, как он нашел его. Все было хорошо. Только вот...

— Макс, расскажите о своей личной жизни, – попросил журналист популярного таблоида.

Макс усмехнулся. Личная жизнь звезд всегда привлекала много внимания.

— Мне бы не хотелось распространяться на эту тему, – уклончиво ответил Макс, и снова заговорил его продюсер.

— Почему-то звезды всегда так отвечают на такие вопросы. Хорошо, Макс, поделитесь с поклонницами о своих планах.

— В ближайшее время ожидается концерт в нескольких городах страны, включая и приграничные города. Так что, поклонницы, ждите. Также выпуск нового диска и открытие благотворительного концерта...

После всего, с трудом отбиваясь от жадных поклонниц, Макс сел в лимузин, ждавший его у главного входа. Он повез его по ярким улицам в один известный клуб. Он был счастлив оттого, что попал в свой обычный ритм жизни, где двадцати пяти часов в сутки было мало. Ему не хватало этого, не хватало того блеска, шика. И теперь у него это есть. Он добился огромной славы, его любят, его почитают, ему поклоняются. Он звезда. Тогда почему он временами грустит? Или его же песни производят на него такое впечатление?

— Итак, план таков, – произнес продюсер. – Поздравишь с днем рождения именинника и споешь. Тебе придется спеть. Потом можешь наслаждаться ночной жизнью.

— Что, отпускаешь веселиться? – спросил Макс, шутя. – А с девочками можно?

— Можно, – серьезно произнес он. – Только смотри, мне не нужны компрометирующие факты. Ты знаешь, о чем я!

— Знаю, командир, – Макс поднял руки и засмеялся.

— Э, ты не подумай ничего лишнего. Но это для твоего же блага. Все-таки ты звезда крупного калибра, и я в ответе за тебя. Сколько мы работаем вместе?

— Почти год.

— Я надеюсь, я тебе не кажусь каким-нибудь гестапо? – продюсер усмехнулся.

— Нет, Марк. Не бери в голову. За мной нужен контроль. Я ведь шаловливый мальчик, – Макс улыбнулся. Марк посмотрел на него.

— Ну, учитывая какой образ жизни ты вел еще тогда, за тобой нужен контроль.

Максу захотелось задать тот единственный вопрос, но он подавил это желание. Ему не хотелось знать об этом. Сейчас не хотелось.

Лимузин остановился перед зданием, где уже скопилась толпа фанаток, каким-то образом узнавших о том, что Макс будет здесь.

— Готов? – спросил Марк. Макс кивнул головой. Открыли дверь, и Макс шагнул наружу. Защелкали створы фотоаппаратов, и Макс услышал свое имя в разных тонах. Раздавая автографы, он продвигался к входу. Швейцар открыл ему дверь, и он попал внутрь здания. Обернувшись, он увидел лица, прижавшиеся к оконному стеклу, сотни, может быть тысячи лиц. У некоторых даже стояли слезы, и он вдруг вспомнил про нее. Он всегда думал о ней, но сейчас мысли о ней словно стали бить с новой силой. Ему захотелось увидеть ее. Повернувшись к Марку, он озадачено уставился на него.

— Что? – спросил Марк.

— Я хочу найти одного человека.

— Прямо сейчас? – удивился Марк. Макс оглянулся по сторонам.

— Нет, конечно. Не сейчас. Позже. Может быть, – пробормотал он затем.

Вечеринка удалась. Все было на высшем уровне, как и должно быть.

Именинник, известный футболист, выразил благодарность Максу.

— В жизни прекраснее ничего не слышал. Сам пишешь?

Макс кивнул головой. Футболист поднял руку, и скоро принесли шампанское. Макс взял бокал и отпил. Несмотря на вселенскую усталость, он был рад, что принял приглашение. То есть Марк принял приглашение.

— Я-то в песнях не очень. Вот дай мне мяч, и я могу показать такой класс. Но то, что ты спел, было очень даже ничего. Поздравляю.

Макс улыбнулся.

В четыре часа лимузин нес его обратно в отель.

— Не буду тебя провожать до номера, – сказал Марк. – Надеюсь, не свернешь налево?

— Не сверну, – заверил его Макс. – Моя комната как раз справа, так что свернуть не получится.

Вернувшись в номер, он взялся писать песню. Он знал, что в эту песню он вложил всего самого себя. И снова посвятил ее ей. Он умолял ее прийти в этой песне, умолял услышать его, угрожал ей, требовал, плакал.

Песню получилась на ура.

Радиостанции крутили песню сутками, и от этого она обретала еще более грусти и таинственности. Кому же все-таки автор посвятил эту песню, вопрошали все. Не может такая песня просто так родиться из-под пера! Песни Макса становились все грустнее и грустнее. И после каждой, ему казалось, что она никогда не придет. Тем не менее, слава Макса росла, и он колесил по всему миру, даря всем свои чувства, надеясь, что когда-нибудь он встретит ее. Иногда Максу казалось, что он выдумал ее, что она приснилась ему. И она живет всего лишь в его песнях.

— Завтра в восемь, – сказал Марк. – Я предварительно позвоню. Ты будь наготове. Генеральный прогон, и потом сам знаешь.

— Знаю, – кивнул головой Макс. Через двадцать четыре часа должен состоится концерт, презентация его нового диска. Билеты на концерт были распроданы за месяц, и Макс значительно волновался. Стотысячный зал был почти готов для проведения шоу. Макс снова и снова просматривал компьютерную модель проведения концерта. Где он должен стоять, чтобы светорежиссер мог видеть его. Позади него будут установлены огромные экраны, чтобы его лицо было видно стоящим в конце зала. Концерт должен иметь успех. Несомненно, так и будет. И все же. Почему что-то его тревожит? Словно какой-то страх обуял его и не отпускает.

Он должен расслабиться. Напряжение последних дней сказалось на нем. Он должен отдохнуть. Хотя бы пару часов.

— Марк, мне надо прогуляться.

— Ты что, с ума сошел? Концерт на носу! Гулять будешь потом!

Макс взглянул на него. Какого черта!

— Я не робот, чтобы пахать вечность! – грубо ответил Макс, взял куртку и вышел. Кивнул водителю лимузина, и тот открыл дверь.

— Куда угодно. Только увези меня от этого безумия, – сказал Макс, увидев немой вопрос водителя. Тот затем кивнул головой, завел мотор и лимузин понес его по ночному городу. Макс открыл бардачок и увидел бутылку неоткрытого вина. Схватив фужер, он открыл бутылку. Налил полный фужер и залпом выпил. Затем уставился в окно, ничего не замечая. Очнулся от мыслей, когда лимузин притормозил. Водитель спустил перегородку и, повернувшись к нему, сказал:

— Приехали!

Макс взял бутылку и вышел. Пляж. Тихоокеанский берег. Волны игрались с прибрежным песком и на него навеяли грустные мысли. Словно водителю не нашлось больше другого места, чем этот пляж. Словно он чувствовал, что Макс хотел сюда. Ноги утопали в мягком песке, соленый ветер приносил запах океана, а прибой будто приглашал окунуться в теплой воде. Макс оглянулся и увидел небоскребы, тянувшиеся вверх, подпиравшие небо. Он подошел к самой воде и присел. Оставил бутылку, а сам закатал рукава рубашки. Протянул руки и зачерпнул воды. Затем поднес к лицу и вплеснул ее. Снова вспомнил ее, и сердце тревожно сжалось. Макс оглянулся. Ну, где же она может быть? Он искал с той самой минуты, когда увидел ее. И упустил. Не побежал, закрыл за нею двери. Макс встал. Он должен найти ее. Должен отблагодарить ее. Сказать недосказанные слова. Завтра состоится его самый важный концерт в его жизни. Первый концерт, который он дает в своем родном городе. Может быть она придет? Он узнает ее среди тысячи лиц. И он крикнет ей, как он скучал. Если она придет, если она про него еще не забыла. Макс вздохнул.

— Эй, Макс, – услышал он голос и вздрогнул. Обернулся. Марк бежал к нему.

— Черт! – вырвалось у него. Чего ему еще надо? Разве он не ясно выразился?

— Макс, я тебя заискался. Ты куда пропал? Хорошо, что я додумался позвонить водителю.

— Марк, я хочу побыть один, – сказал Макс.

— Как здесь хорошо! Свежий морской воздух. Раньше я любил здесь проводить свое свободное время, – произнес Марк, не обращая внимания на его протест.

Макс промолчал. Присутствие Марка мешало ему думать о ней. Словно Марк заслонял ее образ. Он захотел, чтоб Марк ушел. И пусть завтра важный день. Сейчас ему все равно.

— Знаешь, сегодня думая обо всем, я понял, насколько я увяз в этом деле. А я ведь мечтал стать археологом. Мой папа был археологом. Сколько старинных экспонатов и вещей он нашел за свою жизнь! Сама интересная специальность на свете, я так думаю. Я бы сейчас был бы археологом. Путешествовал бы по свету.

Макс усмехнулся. Какое ему дело до чужих мечтаний! Даже если это мечты Марка. Он искоса поглядел на своего партнера и продолжил смотреть вдаль. Ну, когда Марк уйдет? Он что ничего не понимает?

— Если бы не Беки. Она была самой замечательной девушкой. Мы жили по соседству, – произнес Марк.

Макс снова усмехнулся. Какая еще Беки?

— И что, эта Беки заставила тебя отказаться от своей мечты? – спросил Макс.

— Ты знаешь, да. Если бы не ее просьба, я сейчас был бы великим археологом. Путешествовал по Египту…

— И теперь ты сожалеешь?

Марк как-то странно посмотрел на него.

— Нет, не сожалею. Ведь я выполнил ее просьбу. Позаботился о тебе, – он вздохнул.

Когда он это сказал, у Макса, словно, сердце упало. Он уставился на Марка и не мог унять внезапную мелкую дрожь. Беки? Макс встрепенулся.

— О чем ты? Какая просьба? И что за Беки просила позаботиться обо мне?

— Да, просила, – упавшим голосом Марк и посмотрел на него. – Ее последней просьбой был ты.

Казалось, что тысячи бомб разорвались в голове у Макс, и от этого мысли смешались в одну кучу. Будто он падает с утеса, и огромные волны захватывают его в свои глубины. Беки? Неужели Беки эта она? Его синеглазая мечта? Та самая, которой он посвятил свою жизнь и все свои песни? Ее звали Беки? И Марк ее знал?

Макс обернулся к Марку.

— Где она? – спросил он всего лишь.

— Ее нет, Макс, – Марк сел на мокрый песок. Макс наклонился и, схватив Марка за ворот рубашки, затряс его.

— Где она? Марк, я должен ее увидеть! Какого черта, ты знал об этом и мне ничего не говорил? – покричал Макс.

— Я не говорил тебе о ней по той простой причине, что ты не знал о том, что я был знаком с ней, с Беки, – он посмотрел на него.

Макс в гневе отшвырнул Марка в сторону. В этот момент он не находил слов, ему хотелось кричать, ему казалось что Марк предал его. Она предала его.

— Черт! – вырвалось у Макса. Он нашел силы подавить в себе разбушевавшиеся чувства. И не сойти сума.

— В тот день Беки позвонила мне и рассказала о том, как встретила тебя на пляже. Она была так счастлива, ведь она обожала тебя, Макс. Беки сказала, что я единственный кто может помочь тебе, присмотреть за тобой, будто ты маленький ребенок, – Марк усмехнулся. Для Макса исчезло все, шум волн, порывы ветра. Словно наступила вселенская тишина, где звучал только голос Марка. Марка, знавшего ее.

— Я был знаком с Горбуном с первого курса. И Беки знала об этом. Она попросила меня поговорить с Джоном и все такое. Она единственный человек, кто искренне верил в тебя до последнего, Макс. И ты смог оправдать ее надежды.

Макс сглотнул слезы.

— Почему меня не было рядом? Где я был? – прошептал он.

— Делал карьеру, – просто ответил Марк. И в его голосе Макс почувствовал какой-то скрытый упрек.

— У нее была тяжелая болезнь. Сначала отнялись ноги, и она проводила все свое время в инвалидной коляске. Ее интересовала все, что касалось тебя, Макс. Много раз рассказывала о том, как пила с тобой кофе…

Макс не смог удержать улыбки. Он вспомнил тот вечер, когда она вернулась опять. Ту ночь, которую они провели вместе.

— Она всегда вспоминала тебя, не пропускала ни одной программы про тебя. Боже, Беки до смерти любила тебя, Макс.

Макс сжал кулаки.

— Я выполнил ее просьбу. Ты стал звездой. Ты поднялся. И завтра у тебя важный день. Ты должен доказать всему свету, что ты лучший. Отдай дань Беки.

— Я не смогу. Зная, что ее нет, я не смогу, Марк, – Макс тяжело опустился рядом.

— Ты скучаешь по ней? – спросил Марк. Макс повернул к нему свое лицо.

— Она олицетворяла собой ту невинность, нежность, заботу, к которой я всегда стремился. И эти глаза… – Макс вспомнил ее снова. И мысль того, что ее больше нет, ужаснула Макса, и он постарался не думать об этом. – Я стал ее первым мужчиной, и я влюбился, как мальчишка, а она после той ночи исчезла. Даже не назвала своего имени. А я всегда искал ее. Искал встречи. А теперь... Марк я не знаю что делать. Словно часть меня растворилось. Ушла.

— Я понимаю. Я ведь тоже потерял друга.

— Беки – прошептал Макс, и слезы заструились по щекам...


    * * *


    Толпа взревела, когда одинокий прожектор осветил Макса на сцене. Он стоял у одинокого микрофона, уставившись на пол, как будто не замечая рева поклонников. Будто он был один на всем белом свете. Тихие аккорды зазвучавшей мелодии успокоили зрителей, и наступила тишина, прерываемая щелканьем фотоаппаратов и отдельными выкриками его имени. Макс поднял голову и посмотрел в зал. Грусть наполнила его, и он запел. Его пение в свою очередь наполнило весь зал, и Макс почувствовал трепет, исходящий от зрителей. На сцену опять полетели игрушки и цветы, и Макс наклонившись, подобрал один цветок. Его голос задрожал и чуть не сорвался, когда, подняв голову, увидел ее. С огромного экрана на него смотрела она, Беки. Чуть наклонившая голову, с веселой открытой улыбкой и голубыми глазами, она будто следила за ним. Максу показалось, что он сошел сума. Музыка продолжалась, а слова все не шли. Он уставился на нее. Зрители обернулись, и всем вдруг стало все понятно.

— Макс, пой, – услышал он в наушниках. Он слегка кивнул головой. Сердце колотилось, и из-за этого казалось, что он задохнется. Беки, она здесь. Пусть даже эта просто ее фотография смотрит на него с экрана, она здесь. Она ведь всегда была с ним, с Максом. Была рядом. И этот концерт посвящен ей. Макс смахнул слезу и подхватил песню. Он запел с еще большим жаром, не сводя с портрета глаз. Толпа возликовала.

Заканчивая песню, Макс поклонился ей. Теперь, он выполнил ее мечту, стал настоящей звездой. И она счастлива, он это знал точно.

…Экран погас. И Макс услышал бешеные рукоплескания. Он тоже разделял ее счастье, и слезы радости потекли по щекам.

Когда погаснет моя звезда,
    Когда остановится мой мир,
    Ты придешь ко мне и тогда
    Зажгутся мои небеса.
    Пылью звездной рассеешь
    Все сомненья мои,
    Успокоишь мои океаны,
    Единым сделаешь мои мечты.
    Уходя навек, оставишь
    Чуточку тепла во сне.
    И пока мой сон остынет,
    Я найду тебя и приду к тебе.

 

© Мадалиева Б.С., 2009. Все права защищены
    Произведение публикуется с разрешения автора

 


Количество просмотров: 1275