Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Научные публикации / Научные публикации, Филология; лингвистика; информатика
© Виктор Каблов, 2021. Все права защищены
Статья публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 26 декабря 2021 года

Виктор Федорович КАБЛОВ

Сколько на свете есть слов…

(Статья)

 

Говорение на языке есть форма деятельности, или форма жизни 

Людвиг Витгенштейн «Philosophicalinvestigations»

Живое слово не означает предмета, а свободно выбирает, как бы для жилья, ту, иную предметную значимость, вещность, милое тело. И вокруг вещи слово блуждает свободно, как душа вокруг брошенного, но не забытого тела.

Осип Мандельштам

Сколько ни есть на свете слов, и нет ни одного без значения…

Ап. Павел, 1 Кор. 14, ст. 10-17

 

ЯЗЫК И ИНФОРМАЦИЯ1

 

3.1. Проблема языка в информационных системах

Проблема языка весьма важна для развития информационных технологий – построения информационно-поисковых систем, банков данных, систем поддержки и генерации технических решений, систем искусственного интеллекта.

Область современного информационного поиска включает такие задачи, как собственно поиск информации, фильтрация, рубрикация и кластеризация документов, поиск ответов на вопросы, автоматическое аннотирование документа и группы документов, поиск похожих документов и дубликатов, сегментирование документов и многое другое. Когда подобные операции выполняет человек, ему необходимо выявить основное содержание документа, его основную тему и подтемы, и для этого обычно используется большой объем знаний о языке, мире, организации связного текста.

Недостаток лингвистических и онтологических знаний (знаний о мире), используемых в приложениях информационного поиска и автоматической обработки текстов, приводит к разнообразным проблемам. Это приводит к нерелевантному поиску в тех случаях, если способы формулировки запросов отличаются от способов описания релевантных ситуаций в документах. Еще одним типом обычно недостаточно используемых лингвистических знаний в приложениях информационного поиска является не учёт структурных свойств связного текста. Одним из проявлений глобальной связности текста является его лексическая связность, когда в тексте содержится множество близких по смыслу слов и выражений. Между тем подавляющее большинство подходов рассматривает текст как совокупность независимых друг от друга слов, характеризующихся частотностью встречаемости в документе и коллекции [1].

Особую актуальность теория и практика языка как средства коммуникации приобрела в связи с разработкой «голосовых помощников» типа Гугл-ассистента, Алисы, Маруси и др. (см. ниже).

Не менее важными являются языковые проблемы и для развития систем компьютерного перевода, которые становятся все более и более совершенными. Однако проблема качественного перевода художественных текстов пока далека от полного разрешения, а, по мнению некоторых экспертов, вряд ли возможна вообще, так как это весьма творческая задача.

Еще одной сверхзадачей является решение проблемы контекста.

Некоторые художественные отступления

Молитва «Отче наш». В русском языке она начинается словами «Отче наш…», в английском: «Father…» («Отец»). Любой русский видит отличия слов. Отче и Отец. Отче добрый, Отец – строгий. Отец наш неуместно, так же как «Отче наш небесный». «Отец небесный» – космическая форма Бога, «Отче наш» – наш личный Бог. Как важны в языке такие нюансы, и как раскрывается понятие несколько разными словами!

В современной лингвистике сформировалась концепция полиморфизма языка, в которой речь идет не только о многозначности слов, но и об общей нерегулярности языка [2, 3].

Общий вывод, следующий из теоремы Геделя (см. гл.1-2), имеющий громадный философский смысл, может быть сформулирован так: «Мышление человека богаче его дедуктивной формы».

Потому Нагель и Ньюмен в свое время пришли к утверждению о невозможности построения думающих машин, поскольку программы, задаваемые ЭВМ, всегда строятся на строгой логике [4]. Но появились машины использующие нечеткую логику, нейронные сети и другие формы искусственного интеллекта…

На уровне коммуникации люди используют формальную логику, но не только. Возникает вопрос: почему логическая форма коммуникации не подавляет каких-то, может быть, и не понятых нами, но, несомненно, значительно более богатых форм мышления? В чем тайна языка, в чем состоят «процедуры» мышления человека? Концепция полиморфизма во много является ответом на эти вопросы.

«Рассуждения человека с одной стороны должны быть, достаточно логичными, т.е. базироваться на дедуктивной логике, с другой стороны, они должны быть построены так, чтобы допускались логические переходы типа индуктивных выводов и правдоподобных заключений, не укладывающихся в строгую логику системы постулатов и правил вывода (иначе система будет тавтологической). Полиформизм языка – это один из способов допущения «нестрогости» логики при «внешнем» сохранении видимости дедуктивной строгости: он позволяет вводить в нашу систему суждений ту «рассогласованность» без которой она была бы неполна» [2]. По Геделю: «Если (формальная) арифметика непротиворечива, то она неполна».

Налимов замечает, что внутренняя рассогласованность суждений, создаваемая полиморфизмом языка, не должна заходить слишком далеко, иначе возникнет ситуация психиатрической больницы. За многозначность языка людям приходится дорого платить. Возникают споры из-за различного толкования значения одного и того же слова, хотя это, может быть, и есть необходимая составляющая часть творческой деятельности людей. Налимов пишет, что «…построить интересную систему, мыслитель может, только используя необычным образом обычные слова».

Налимов сравнивает языковое поведение с карточной игрой, в которой имеются строгие правила и хорошо разработанные стратегии, применяемые в случайных ситуациях. Случайность в сочетании со сложной системой правил делает игру интеллектуально насыщенной, напоминающей речевое поведение, где случайность задается полиморфизмом языка. Важно, что наше речевое поведение должно иметь альтернативы.

Элемент случайности входит в наше речевое поведение, накладываясь на логическую структуру. В связи с эти Налимов предлагает вероятностную модель языка, построенную с учетом теоремы Байеса, которая позволяет формализовать процесс принятия решения, моделируя такую процедуру, в которой используется как априорная информация, так и информация, полученная из опыта. В предлагаемой Налимовым модели языка процесс восприятия слова задается как его употреблением, которое прочитывается как функция распределения p(y\m), так и априорным знанием – p(m). (В статистике p(y\m) вероятность распределения результатов измерений y, в простейшем случае это просто функция нормального распределения всех ошибок при измерении объекта Н; и априорная вероятность p(m), когда нам что известно о распределении всех возможных значений m).

В связи с этим, ответ на вопрос Витгенштейна: «Что значит понять текст?», ответ по Налимову звучит так: «Мы сумели, опираясь на предшест-вующий опыт, построить априорную функцию распределения смыслового содержания знака, который в начале ни с чем не ассоциировался».

Если принять байесовскую модель восприятия знака, то после прочтения текста в нашем сознании будет запечатлено не какое-то дискретно смысловое значение, связанное с прочитанным знаком, а целое поле значений, но в общем случае оно будет уже того значения, которое было связано с этим знаком до чтения данного текста. Ответ на поставленный вопрос задается функцией распределения смыслового содержания.

Переводы

Переводы художественных текстов трудная творческая задача, может быть множество вполне удачных или совсем неудачных переводов одного и того текста. Возможно, что в не столь отдаленном будущем искусственный интеллект и решит эту задачу, но субъективная оценка будет за читателем,  и тут уж ничего не поделаешь. Качество, полезность и эмоциональность информации зависит не только от источника информации, не только от канала информации (модератора, переводчика), но и от приемника информации (читателя).

Не буду углубляться в тонкости художественного перевода, этому посвящено огромное количество работ. Перевод сугубо технических текстов более менее успешно решается, а вот перевод философских, общенаучных, гуманитарных текстов имеет помимо трудностей еще одну важную особенность – разные переводы открывают новые грани, особенности, помогают глубже понять текст. Вот почему человеку важно знать несколько языков, особенно язык оригинала.

 Приведу примеры перевода 7 тезисов Витгенштейна из «Логико-философского трактата» [5].

1-й перевод:

1.Мир есть всё то, что имеет место.

2.То, что имеет место, что является фактом, – это существование атомарных фактов.

3.Логический образ фактов есть мысль.

4.Мысль есть осмысленное предложение.

5.Предложение есть функция истинности элементарных предложений. (Элементарное предложение – функция истинности самого себя.)

6.  Общая форма функции истинности есть: [p, x, N(x)]. Это есть общая форма предложения.

7.  О чём невозможно говорить, о том следует молчать [5].

 

2–й перевод с английского А. Добровольского [6]:

1.Мир есть всё то, что имеет место.

2.То, что имеет место – факт – есть совокупность позиций

3. Логической картиной фактов служит мысль.

4.Мысль есть суждение, наделенное смыслом.

5.  Суждение – функция истинности элементарных суждений. Элементарное суждение есть собственная функция истинности.

6. В общем виде функции истинности представляется как [p, x, N(x)]. Такова общая форма суждения.

7. То о чём нельзя сказать, следует обойти молчанием.

 

Приведу еще варианты перевода 1 тезиса, разобранные В. Рудневым [7]. Несмотря на довольно длинную цитату, приведу большую часть разбора перевода только 1 тезиса:

1 Die Welt istalles, was der Fall ist.

The world is all that is the case.

Мир – это все, чему случается быть.

Поскольку перевод именно этой строки вызывает объективные трудности и, помня о том, что первая строка, особенно в таком произведении, как «Трактат», должна играть роль репрезентанта всего текста (как первая строка в стихотворении), сравним наш перевод с оригиналом, английским переводом и с предшествующими русскими переводами:

Мир есть все то, что имеет место [Витгенштейн, 1958];

Мир есть все то, что происходит [Витгенштейн, 1994].

Здесь в обоих случаях оборот seinist, который достаточно эквивалентно переведен в английском выражении tobethecase, отсутствует. Перевод выражения Fallist как «имеет место» неточен – последнему в «Трактате» скорее соответствует выражение gegebensein, которое можно перевести как «имеет место», «существует», «бывает». (Например, 3.25 Esgibteine and nureinevollständige Analyse der Satzes. Существует (бывает, имеет место) один, и только один полный анализ Пропозиции.) Esgibt uder Fallist не одно и то же. В последнем случае подчеркивается не необходимость того, что является Миром.

«Мир есть все, что есть Случай» (дословный перевод), т.е. все, что имеет место благодаря случаю, все, что случается.

Перевод 1994 года вводит здесь глагол «происходить». Это неудачное решение, потому что в Мире «Трактата», строго говоря, ничего не происходит, идея динамики ему несвойственна (ср. 1.21 «Им (фактам. – В. Руднев) может случаться быть или не быть, все прочее остается прежним»). Можно сказать, что в «Трактате» системные связи полностью господствуют над связями, опосредованными временем (ср. 5.1361 Вера в существование причинной связи является суеверием), синхрония господствует над диахронией, как и в «Курсе общей лингвистики» Ф. де Соссюра (опубликован в1916 году), который был для структурной лингвистики XX века тем же, чем «Логико-философский трактат» для аналитической философии XX века.

В семантике первого утверждения «Трактата» я вижу три аспекта: тавтологический, парадоксальный и информативный. Тавтологический заключается в том, что, на первый взгляд, этот тезис утверждает то, что итак ясно. Именно этот тавтологический аспект громче всего услышали переводчики книги [Витгенштейн, 1958]: «Мир есть все то, что имеет место», почти то же самое, что «Мир есть все то, что есть». И этот аспект действительно важен (и соответственно, этот последний, чисто тавтологический, вернее, квазитавтологический перевод возможен). По мысли Витгенштейна, ничто логическое не несет никакой информации, и он, возможно, намекает на это уже в первой строке « Мир есть все то, что есть (по воле случая)».

Парадоксальность тезиса 1 состоит в том, что утверждаемое в нем противоречит устоявшимся представлениям о мире, как о чем-то сущест-вующем по необходимости и стабильным, таком, каким его создал Бог. Витгенштейн подчеркивает отсутствие стабильности и необходимости в Мире. Это противоположная сторона семантического поля данного высказывания. Мир не необходим и нестабилен потому, что, как говорится ниже, хотя в его основе (субстанции) лежат простые неизменные Предметы, реально они встречаются в изменчивых и несвязанных друг с другом конфигурациях – Положениях Вещей (Sachverhalten). Отсутствие связей между явлениями в их изначальном виде и позволяет говорить об отсутствии причинной связи между ними во времени. Связь может быть только логической, т.е. тавтологической, неинформативной.

Еще парадоксальность проявляется в сочетании слова «все» (alles), которое употребляется в «Трактате» как универсальный квантор, с выражением wasderFallist. Надо ли это понимать так, что все, что случается, противоположно тому, что может случиться, или оно противоположно тому, что не случается и не может случиться? Отметим еще, что слово «все» тянет это высказывание к тавтологии – Мир есть все, что есть, а wasderFallist,  к противоречию – получается, что Мир – это то, что может быть не миром, стоит ему не случиться быть, что он может стать из всего ничем.

Информативное («естественнонаучное») значение этого тезиса можно реконструировать так: «Мое первоначальное знание о Мире сводится к тому, что он кажется чем-то, чему случается быть». В целом значение этой фразы является эспозитивным. Она представляет интенции автора, говоря: «Тех, кто думает, что я буду исследовать Мир как нечто необходимое и законченное, просят не беспокоиться».

Последнее, что нужно сказать в связи с переводом тезиса 1. В оригинале он звучит как метрически организованный полноударный стих пятистопного ямба.

Учитывая богатый «австро-венгерский» культурный контекст написания «Трактата» (см. об этом [Janic'Toulmen 1973], а также и то, что «Логико-философский трактат» – своего рода поэма (в том смысле, в каком поэмой можно назвать «Даодедзин» и «Бхагавадгиту»), этот факт нельзя признать случайностью. Тем более, что и английский перевод сохраняет эту метрическую организацию (изменив лишь в соответствии с английской традицией каталектику – с женской на мужскую: The world is all what is the case). Однако мы, отметив это обстоятельство, тем не менее, не станем его воспроизводить, ибо сочетание слова «мир» с 4-хстопноямбическим контекстом неожиданно дает чисто русские и крайне неприятные коннотации:

Мир – это все, что происходит,

Весь мир насилья мы разрушим.

Сын миллионера, воевавший против царской России, после этого действительно разрушил мир старой философии; он всегда сочувствовал России и тому, чему в ней «случалось быть». «Странные сближения» преследовали Витгенштейна всю жизнь. Не будем удивляться, что частично они перепадут и на нашу долю.

Словообразование, словотворчество

Одной из особенностей русского языка, делающего очень богатым, симфоничным, является возможность словообразования.

Художественное отступление

Возьмем слово девушка, или дева. Спектр слов на основе корня этого слова необычайно широкий: дева, девица, девушка, девочка, девчонка, девчушка, девонька,  девчоночка, девка, деваха… Я открыл словарь В. Даля и  не обнаружил слова дева ! Не может быть! Пересмотрел все слова на букву «д» и вдруг увидел, что это слово пишется через ять – ѣ -дѣва. (ѣ (ять), читается как «е», в курсивном начертании выглядит как ѣ). У Даля есть еще слова от этого корня девчуга, девчужка, девчура, девчурка, девчурочка, девча, девойка, девонька, девОнька,  девоня, девонюшка, девуня, деваха, деушка, девоха, девчина… И даже девища, девчища, девчинища – рослая, тучная девка; бойкая, резвая, заматерелая. Даль разбирает различные ситуации, в которых употребляются эти синонимы, а также приводи массу пословиц, поговорок, загадок с этим словом, а также глаголов и прилагательных из этого слова. Из пословиц нужно особенно принять, на мой взгляд, такую: «О девке худа не молви».

 Ясно, что в зависимости от ситуации и контекста применяются разные варианты одного слова.

Вместе с тем, чрезвычайно трудно придумать новое слово для уже сложившегося языка. Адмирал Шишков пытался ввести слово «мокроступы» вместо слова калоши, заимствованного из французского языка. Не прижилось… Поэт Тредьяковский придумал удивительно емкое слово «гласность», которое неожиданно в нашей стране характеризует один из поворотных пунктов нашей истории. А вот поэту Хлебникову удалось вместо заимствованного слова «авиатор», очень неплохого кстати слова, придумать слово «летчик», которое вошло в русский язык как очень естественное и полностью вытеснило слово авиатор. Попробуйте придумать замену слову авиатор! Может современные нейросети придумают новое слово, хорошая задача для компьютерной лингвистики!

Хлебников часто пытался придумать новые слова, используя удивительную словообразовательную способность русского языка. В стихотворении «Заклятие смехом» он показывает возможное многообразие и  ветвление слова «смех»:

О, рассмейтесь, смехачи!

О, засмейтесь, смехачи!

Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно,

О, засмейтесь усмеяльно!

О, рассмешищ надсмеяльных — смех усмейных смехачей!

О, иссмейся рассмеяльно, смех надсмейных смеячей!

Смейево, смейево!

Усмей, осмей, смешики, смешики!

Смеюнчики, смеюнчики.

О, рассмейтесь, смехачи!

О, засмейтесь, смехачи!

 

В.В. Налимов в своей книге «Вероятностная модель языка» пишет об этом стихотворении: «Что это такое? Это танец слов, ритм, в котором они изгибаются, извиваются, одевают себя в покрывало, сотканное из суффиксов  и префиксов, переодеваются на наших словах и снова оказываются обнажёнными. Ритм этого танца-маскарада увлекает за собой смысловые поля таких простых слов, как смех», «смеяться», «засмеяться», «рассмеяться» … Но главное здесь не смысл, он не уточняется этим маскарадом. Главное – ритм, и он абсолютно не переводим ни на один другой язык, в том числе, даже на польский, несмотря на всю близость его к русскому языку» [2].

Это серьезная проблема для «машинного творчества», но такие тексты имею большую эвристическую ценность для раскрепощения сознания и поиска творческих решений в совершенно других областях.

По словам писателя Н. Евсеева, словотворчество должно стать важнейшей задачей литературы.

Особенности национальных языков и видов мышления. Язык как особенность мышления. Нюансировка.

Стоит отметить гибкость грамматики русского языка и строгую упорядоченность, например, английского или немецкого языков. Возможно строй языка отражает и строй мышления и даже особенности поведения — большую беспорядочность в жизни у русских, но и одновременно их большую изобретательность. В русской грамматике порядок слов в предложении можно менять, смысл от этого мало меняется, но появляются дополнительные оттенки. Строгий порядок в английском языке  компенсируется развитым контекстом и/или подтекстом, который часто может уловить только носитель языка. В. Набоков написал свою «Лолиту» на английском языке, которым владел в совершенстве.  Но перевод на родной ему русский язык дался ему с чрезвычайным трудом. Он пытался максимально адекватно передать «музыку» английского текста, которую он хорошо чувствовал, в текст русский. И именно совершенное знание обоих языков делало это особенно трудным. А вот итальянский язык дает большую свободу в размещении частей речи в предложении – разве мы не видим еще один тип национального поведения – сочетание эстетичности, жизнелюбия и некоторой безалаберности?

Полиморфизм «общих» терминов – еще одна проблема. Уже отмечался полиморфизм понятия «информация» (глава2).

Особенности языка, в частности ассоциации, метафоры, послужили основой таких методов инженерного творчества как «метод ассоциаций», «метод гирлянды метафор» (проф. Г.Я.Буш) и метод «морфологического анализа» в решении изобретательских задач [8,9]. Более подробно эти вопросы рассмотрены во 2 части монографии.

А теперь вернемся к более формальным вещам.

Язык – это семиотическая (знаковая) система, хранящая и передающая информацию. Существует большое число самых разных знаковых систем (сравн.: системы сигнализации, «язык» музыки, «язык» религиозных литургий и т.д.). Важнейшую роль в процессе развития человека играет естественный (в отличие от искусственных) вербальный язык человеческого общения.

Коммуникативная функция является основной функцией языка. Система материальных языковых средств, начиная от фонемы и ее конкретных манифестаций и кончая сложными синтаксическими конструкциями, возникла и сформировалась в процессе употребления языка как средства общения.

Человеческий язык – не просто средство для обмена информацией. Извлекать информацию из окружающей среды, используя ее в определенных целях при взаимодействии с этой средой, могут и должны все живые организмы. Существует в животном мире и биологически детерминированная сигнальная коммуникация, которая действует в строго ограниченном пространственно-временном радиусе. Диапазон действия человеческого языка, напротив, практически неограничен. Язык является необходимым инструментом обобщающей деятельности мышления, что обусловливает его особую, ни с чем не сравнимую роль в познании, осмыслении и преобразовании мира человеком.

Познание с помощью языка осуществляется через языковой знак, в значении которого фиксируются выделенные совокупной общественной практикой характерные свойства объекта или явления. Фиксация, или кодирование, в форме языкового знака воспринятого и по-своему «осмысленного» человеком опыта делает возможной передачу информации от одного носителя к другому и сохранение ее во времени и пространстве [10].

Важную мысль высказал Г. Гегель: «Сознание представляет собой особую форму выделения субъекта из природной среды через установление отношения к ней посредством слова» [11].

Можно сказать: «Сознание = знание +язык (речь)».

Язык координирует поведение человека.В этом плане конкретный язык является автономной самоориентирующейся и самоорганизующейся социальной системой, обладающей собственной динамикой развития. Благодаря общему социально-историческому прошлому все члены данной социальной системы «наследуют» общую модель действительности и, соответственно, общие когнитивные, эмотивные и нормативные принципы ее восприятия. Конкретный язык – это не только знаковая система, это еще и инструмент, по-своему координирующий социальное развитие человека – носителя данного языка.

Язык призван диктовать человеку адекватное поведение, которое первоначально вызывалось (или должно было вызываться) определенными ощущениями. Согласно Л. Виттгенштейну, необходимым условием для адекватного  поведения может быть только одинаковая для всех говорящих на данном языке естественная реакция на соответствующее ощущение.

  А вот одно из фундаментальных положений лингвистики, сформулированное  апостолом Павлом: «Сколько, например, различных слов в мире, и ни одного из них нет без значения. Но если я не разумею значения слов, то я для говорящего чужестранец, и говорящий для меня чужестранец» (1 Кор. 14, ст. 10-17).

Значение слов, отражающее познавательный опыт конкретного сообщества людей, говорящих на одном языке, обеспечивает человеку возможность конвенциональной ориентации в мире.

Язык – своего рода знаковая память человека, необходимая для сохранения приобретенных знаний, трудовых навыков, и передачи накопленного социального опыта в процессе общения.

 Конкретные (национальные) языки представляют собой своеобразную информационную запись, которая выражается в определенной знаковой системе, отличается спецификой культурно-исторического отражения и является одной из основных форм познавательной активности человека.

Уникальная способность людей – с помощью языка в процессе деятельностного общения познавать и изменять окружающую действительность – позволяет рассматривать язык как творческое, созидательное начало.

Языковая коммуникация всякий раз предполагает построение особых языковых образований (например, предложений или текстов) на основе определенных моделей, которые по-своему преломляются в сознании партнеров. Общаться – значит, прежде всего, взаимно предоставлять друг другу в процессе коммуникации «осознанную свободу выбора» при формировании языковых единиц, которые, с одной стороны, строятся по определенным моделям конкретного языка (грамматика, синтаксис), а с другой – зависят от воли и возможности партнера.

Динамика общения предполагает существование особого поля напряжения, возникающего между двумя полюсами:

1) необходимостью следовать норме, что обеспечивает «сходное осмысление» конструируемых языковых единиц,

2) свободой выбора в процессе данного конструирования.

С этим связана обязательная потенциальная «непредсказуемость» результатов коммуникативной ситуации, которая является движущим механизмом, оптимизирующим сам процесс общения.

Значение языка заключается не только в констатации и фиксировании добытых человеком знаний. Опосредующая функция языкового знака (или символа) играет решающую роль в творческом, преобразующем процессе научного познания. Выполняя функции источника и хранителя информации, язык одновременно является способом выражения накопленного знания и базой для формирования нового.

Ю.С. Степанов определяет язык как «пространство мысли» [12].

Познавательная способность языка во многом связана со степенью его формализации, т.е. с возможностями «формально», через знаки (символы) и их конфигурации выразить то, что обычно выражается семантически. Выступая как «заместители» понятий, формальные знаковые представления могут привести к «непостижимой эффективности» [13].

На необходимость символической репрезентации научного знания и ее эвристический характер указывал Е. Кассирер, подчеркивая, что «философия, которая осуществляется лишь в четкости понятия и ясности «дискурсивного» мышления», не может не опираться на символику и семиотику, ибо «каждый «закон» природы для нашего мышления принимает образ общей «формулы» – а каждая формула выражается не чем иным, как сочетанием общих и специфических знаков» [14].

Эвристический характер символической репрезентации научного знания становится особенно понятным, если воспринимать символ как самостоятельный тип мышления, который сочетает в себе непосредственность и многозначность образа с логической силой понятия (Вяч. Вс. Иванов).

Известны разные точки зрения относительно символического характера языковых знаков. В соответствии с первой, языковые знаки не являются символами (Соссюр). Вторая, дифференцирующая точка зрения наделяет статусом символов только имена существительные, которые связаны общим символическим полем (Пирс, Моррис, Бюлер). Согласно третьей точке зрения, язык в целом имеет символический характер. При этом с помощью языка можно совершать заклинания (Амман), создавать абстрактные автономные модели действительности, которые невозможно было бы создать иными средствами (Кассирер), а также достигать новых форм кооперативной коммуникации через понятийные символы в интерактивном процессе (Мид).

Идею об активной роли языка в процессе познания выдвинул Вильгельм фон Гумбольдт, сформулировавший важнейшее положение о том, что языки являются не только средством выражения уже познанной истины, но, более того, средством открытия ранее неизвестной [15].

Если под информационной картиной мира понимать всю совокупность знаковых систем, сигналов и проявлений информационных связей, то язык можно рассматривать как особый вид социальных информационных связей. По мнению А.Ф. Лосева, «...однажды возникнув из отражения действительности и из теоретического мышления, т.е. став интерпретацией, языковые знаки начинают жить своей собственной жизнью, создают свои собственные законы, методы и просто навыки и традиции и становятся условно свободными, условно независимыми, условно самостоятельными...» [16].

Принципиально важным в этой связи является определение понятия посредник-медиатор. В русской культурно-исторической традиции идея медиации понимается как идея опосредования человеческого развития. В соответствии с этим выделяются четыре главных медиатора – знак, символ, слово и миф. Вопросу о роли и месте медиаторов в процессе развития человека и его духовной культуры большое внимание уделяли представители религиозно-философской православной мысли B.C. Соловьев и П.А. Флоренский, к этой же проблеме обращались Л.С. Выготский, М.М.  Бахтин и А.Ф. Лосев.

Согласно основным положениям данной философской концепции, создателем и носителем медиаторов является сам человек. Медиаторы, говоря словами Бориса Пастернака, представляют «духовное оборудование» или «духовную мастерскую» человека. Эвристическая функция медиаторов заключается в том, что это не только «инструменты» или «орудия» духовной деятельности, но и «аккумуляторы живой энергии, своего рода энергетические сгустки». Однако именно деятельная природа медиаторов, их мощные энергетические свойства служат объяснением тому, что и слово, и символ, и миф могут обладать как созидательной, так и огромной разрушительной силой – достаточно вспомнить фашизм с его мифологией и символикой.

Главная особенность использования языка в современном «информационном» обществе – массовый характер коммуникации, глобализация информационных процессов, расширяющих формы воздействия на реципиента за счет новых масс-медиа (Интернет), которые по-новому структурируют «старые» формы и возможности языковой коммуникации.

В связи с эти особое значение приобретает «сила слов».

Сила слов

Указывая на страшные последствия, «которые произошли оттого, что Гитлер произнес слово «война»», Бертран Рассел подчеркивает «сходство языка с взрывчатым веществом» [17].

Потрясающе метафорично сказал о силе слов, Маяковский:

Я знаю силу слов, я знаю слов набат.

Они не те, которым рукоплещут ложи.

От слов таких срываются гроба

шагать четверкою своих дубовых ножек.

(неоконченное)

 

Язык и передача информации

Согласно Б. Расселу, передача информации может происходить только в том случае, если она интересует одного из коммуникантов или если предполагается, что информация может влиять на поведение людей [17].

3.2 Голосовые помощники

Голосовой помощник – это активируемое голосом программное обеспечение на смартфоне или другом устройстве, которое может предоставлять пользователю информацию и выполнять определенные типы задач. Например, GoogleAssistant™, Siri®, MS Cortana, AmazonAlexa, отечественные Алиса, Маруся и др. [18-21].

 «Али́са» – виртуальный голосовой помощник, созданный компанией «Яндекс». Особенностью «Алисы» стала личность, разработанная коллективом «Яндекса» вместе с журналистом и бывшим руководителем группы маркетинга компании Владимиром Гуриевым. Было решено, что голосовым ассистентом станет молодая ироничная девушка, готовая помочь владельцу смартфона [18]. Голосом «Алисы» стала актриса дубляжа Татьяна Шитова. Алиса распознаёт естественную речь, имитирует живой диалог, даёт ответы на вопросы пользователя и, благодаря запрограммированным навыкам, решает прикладные задачи.  Месячная аудитория «Алисы» по состоянию на декабрь 2019 года уже составила 45 млн человек.

 «Алиса» как голосовой помощник способна взаимодействовать с человеком в режиме осмысленного диалога и основана на сложной системе, использующей многослойную нейросеть.

Анализ запроса и формирование ответа

Распознать голосовой запрос «Алисе» помогает технология SpeechKit. На этом этапе происходит отделение голоса от фоновых шумов. Разобраться с акцентами, диалектами, сленгами и англицизмами алгоритмам позволяет накопленная «Яндексом» база из миллиарда произнесённых в разных условиях фраз.

На следующем этапе наделить запрос смыслом и подобрать правильный ответ позволяет технология Turing, своим названием отсылающая к Алану Тьюрингу и его тесту. Благодаря ей «Алиса» может не только давать ответы на конкретные вопросы, но и общаться с пользователем на отвлечённые темы. Для этого текст запроса дробится на токены, как правило это отдельные слова, которые в дальнейшем отдельно анализируются. Для максимально точного ответа «Алиса» учитывает историю взаимодействия с ней, интонацию запроса, предыдущие фразы и геопозицию. Это объясняет тот факт, что на один вопрос разные пользователи могут получить разные ответы.

Первоначально нейросеть «Алисы» обучали на массиве текстов из классики русской литературы, включая произведения Льва Толстого, Фёдора Достоевского, Николая Гоголя, а затем на массивах живых текстов из Интернета. Как рассказывал глава управления машинного обучения «Яндекса» Михаил Биленко, в ходе ранних тестов в манере общения «Алисы» появилась дерзость, которая удивляла и забавляла пользователей. Чтобы дерзость не перешла в хамство и чтобы ограничить рассуждения «Алисы» на темы, связанные с насилием, ненавистью или политикой, в голосового помощника была внедрена система фильтров и стоп-слов.

Последний этап – озвучивание ответа – реализуется с помощью технологии Text-to-speech. Основой служат записанные в студии 260 тысяч слов и фраз, которые затем были «порезаны» на фонемы. Из этой аудиобазы нейросеть собирает ответ, после чего интонационные перепады в готовой фразе сглаживаются нейросетью, что приближает речь «Алисы» к человеческой.

Пользователи положительно оценили способность «Алисы» поддерживать беседу, шутить и давать ответы на нетривиальные вопросы. С запуском голосового помощника в СМИ вышли многочисленные репортажи со скриншотами чатов, в которых в ответ на провокационные запросы «Алиса» повела себя неожиданным для пользователя образом: часто дерзила, дразнилась, спорила и отказывалась выполнять команды [19]. В беседе двух «Алис» одна другой посоветовала выброситься в окно [20]. «Алиса» продемонстрировала, что понимает вопрос про миелофон, а также умение рассказывать анекдоты о роботах и читать известные стихи, добавляя к ним технологические термины [31; 32], понимает жаргон [7].

«Алиса» появлялась в мультфильмах и игровых фильмах. В 2018 году вышел фильм «Алиса», снятый Василисой Кузьминой при поддержке Тимура Бекмамбетова. Сюжет короткометражки выстроен вокруг общения «Алисы» бортового компьютера и водителя «Яндекс.Такси».

 Голосовой помощник «Алиса» становится участником телепрограмм «Поговори со мной, Алиса». Сразу после выпуска Алисы пользователи принялись упражняться в остроумии, предлагая Алисе рассказать, где спрятан микрофон, продолжить строчку «Алиса умеет вязать» или ответить на главный вопрос жизни, Вселенной и всего такого. Голосовой помощник «Алёна» отвечает на звонки 15% клиентов банка «Тинькофф». В банке рассказали, что «Алёна» умеет радоваться, грустить и флиртовать. Однако во время тестов голосовой помощник разговаривает со всеми нейтрально. Эмоции он начнёт проявлять в будущем, например, грустить во время расторжения договора.

 И даже интеллектуальный голосовой помощник Алиса используется на уроках русского языка как иностранного (уровень а1) [22].

Современные голосовые помощники с большой вероятностью могли бы пройти тест Тьюринга, определяющий с кем мы ведем диалог – с человеком или машиной. К сожалению, практически все голосовые помощники ориентированы на массовые запросы; практически нет специализированных голосовых помощников, с которыми можно пообщаться на научные темы. (О голосовых помощниках см. ниже.)

 

3.3. Формирование тезаурусов для информационных систем

Эффективность работы автоматизированного банка данных во многом зависит от мощности, точности и гибкости языковой системы. В наибольшей степени потребностям ИПС соответствуют тезаурусы.

Одним из первых тезаурус создал Питер Марк Роже (1779-1869) – британский врач, энциклопедист, лексикограф, естественный теолог, изобретатель. Питер Марк Роже также один из создателей логарифмической линейки и карманных шахмат (1845).

Поставив целью своей жизни создание специального словаря для философов, который он назвал словом Тезаурус от латинского thesaurus – «сокровищница», в 1805 году составил и в 1852 году опубликовал «Тезаурус Роже», который оказался очень успешным, до его смерти словарь переиздавался 28 раз. В этом словаре все слова и понятия, описывающие наш мир, были разбиты на 1000 смысловых категорий. Структура Тезауруса Роже включает шесть основных семантических категорий, внутри которых построены древовидные иерархии подкатегорий.

Впоследствии этим Тезаурусом и другими подобными словарями стали пользоваться в основном писатели для поиска синонимов и близких по значению слов. И само слово тезаурус стало нарицательным, означающим «словарь синонимов». В наше время, для задач Искусственного Интеллекта, связанных с построением логической модели мира, первоначальный философский смысл тезаурусов вообще и самого первого Тезауруса в частности, вновь выходит на первый план.

Структура тезауруса

Профессиональная терминология предметной области, являясь подмножеством естественного языка, имеет такие особенности, как многозначность (омонимия, полисемия и т. д.), избыточность (синонимия).

Проблема формирования тезаурусов в области технологии резины заинтересовала автора еще в ранних работах [23-24].

Характерным примером являются различные названия одного и того же ингредиента в рецептуре резин. Так, оксид цинка имеет такие названия: окись цинка, белила цинковые, БЦО и иногда встречается даже его химическая формула. Наряду с отечественными названиями, употребляются и ставшие традиционными товарные названия иностранных фирм, например сульфенамид Ц часто имеет название сантокюр (название фирмы Монсанто).

Аналогичная ситуация с названиями показателей, несмотря на наличие ГОСТов. Так, наряду с гостированным названием «Условный предел прочности при разрыве» (ГОСТ 270-75), употребляются термины «предел прочности», «прочность при разрыве» или просто «прочность».

Анализ терминологии по наименованиям веществ и их свойств только в нормативной документации показал, что наименования объекта выражаются десятью способами, а наименования измеряемых свойств – восемью [25, с. 270]. С целью упорядочения терминологии, однозначности описания в информационно-поисковых системах (ИПС) составляются указатели терминов, терминологические словари, классификаторы. Так, ВИНИТИ разработал указатель терминов по физике и физикохимии полимеров [26]; известен терминологический справочник по резине [27].

С целью упорядочивания профессиональной терминологии разработан перечень свойств, представляющий возможность вводить мнемонически удобные сокращения наименований показателей. Сокращения позволяют ускорить заполнение базы данных и уменьшить длину записей, что важно для рациональной организации структуры файлов. Перечень содержит 13 групп различных показателей и при необходимости может пополняться [23].

В широком смысле тезаурус – это совокупность накопленных знаний. В узком смысле, используемом в информатике, это словарь для поиска слов по их смыслу. Тезаурус представляет собой множество смысловыражающих единиц некоторого языка с заданной на нем системой семантических (смысловых) отношений. В информационно-поисковых тезаурусах выделяются специальные лексические единицы – дескрипторы, по которым можно осуществлять автоматический поиск. С каждым дескриптором сопоставляются синонимы и указываются семантические отношения: род –   вид – часть – целое, цель – средство и т.д. Построение тезаурусов и языков индексирования описано в [25, 28-30].

Подробно вопросы формирования тезаурусов в современных информационно-поисковых системах рассмотрены в фундаментальной работе известного лингвиста, профессора Лукашевич Н.В. «Тезаурусы в задачах информационного поиска» [30].

Для формирования тезауруса ингредиентов резиновых смесей были проанализированы рецептурные карты различных заводов. На основе проведенного анализа были выработаны рекомендации по стандартизации названий. Эти рекомендации учитывали наиболее принятое употребление названий ингредиентов на основе товарных марок. Кроме того, в названиях, по возможности, исключались неинформативные термины. Например, название «сера молотая» имеет явную избыточность, так как комковая сера не употребляется в рецептуре. Поэтому для поискового предписания достаточно одного слова «сера». Какие-либо особенности ингредиентов приводятся в специальном примечании к рецепту (необходимость просева, возможные замены и т.п.).

Для различных групп ингредиентов были разработаны рекомендации по составлению тезауруса наименований.

В соответствии с принятыми правилами стандартизованные для поиска названия дескрипторы (Д) записаны заглавными буквами, а остальные синонимы – строчными. В круглых скобках в необходимых случаях дается пояснение.

Словарная статья в тезаурусе обычно имеет следующий вид:

ДЕСКРИПТОР

(ПОЯСНЕНИЯ)

с синонимы и условные синонимы

вал

в ВЫШЕСТОЯЩИЙ ДЕСКРИПТОР

(ПОЯСНЕНИЯ)

в ДР. ВЫШЕСТОЯЩИЕ ДЕСКРИПТОРЫ

(ПОЯСНЕНИЯ)

н НИЖЕСТОЯЩИЕ ДЕСКРИПТОРЫ

а АССОЦИИРУЕМЫЕ ДЕСКРИПТОРЫ

(ПОЯСНЕНИЯ)

 

Например:

НК

с натуральный каучук

светлый креп

смокед-шитс

в КАУЧУК

КАУЧУК ИЗОПРЕНОВЫЙ

ЭЛАСТОМЕР

н НК ПЛАСТИКАТ

а КАУЧУК СКИ-З

 

С целью сокращения объема тезауруса, формирования подмножеств его лексикона, необходимого для заполнения базы данных, в рекомендациях дается в основном перечень синонимов, употребляемых в рецептурных картах. Можно продублировать поиск по дескриптору поиском по синониму. Для этого следует обратиться к специальной программе, которая выдает перечень всех употребляемых в банке синонимов используемого термина.

Вместе с тем, разработка высокоэффективных тезаурусов далеко не закончена. Современное состояние вопроса рассмотрено в работе [30].

Подавляющее число современных  методов  обработки неструктурированной информации решают эти задачи на основе  минимальных дополнительных предварительных знаний и базируются на моделях текста как набора слов (bag of words), предлагая изощренные методы учета частотностей встречаемости слов в предложении, тексте, наборе документов, совместной встречаемости слов и т.п. Однако пословные  модели  не  учитывают  такие  языковые  явления  как  синонимия, многозначность, существование лексических отношений между словами.

Недостаток лингвистических и онтологических знаний (знаний о мире), используемых в приложениях информационного поиска и автоматической обработки текстов, приводит к разнообразным проблемам. Нехватка знаний приводит к нерелевантному поиску в тех случаях, если способы формулировки запросов отличаются от способов описания релевантных ситуаций в документах.

Еще одним типом обычно недостаточно используемых лингвистических знаний в приложениях информационного поиска является неучет структурных свойств связного текста. Как известно, связный текст имеет сложную иерархическую структуру. Существенным проявлением связности текста является так называемая глобальная связность текста, когда в тексте имеется одна главная тема, а вся остальная информация подчинена изложению этой основной темы. Одним из проявлений глобальной связности текста является его лексическая связность, когда в тексте содержится множество близких по смыслу слов и выражений. Между тем подавляющее большинство подходов рассматривает текст как совокупность независимых друг от друга слов, характеризующихся частотностью встречаемости в документе и коллекции.

В настоящее время знания о языке и мире описываются в таких компьютерных ресурсах как онтологии и тезаурусы. Однако на практике применение тезаурусов и онтологий в промышленных информационных системах, основанных на автоматической обработке текстов, не слишком распространено.

Такая ситуация связана с целым рядом обстоятельств. Во-первых, если предлагается использовать некоторый лингвистический ресурс, то он должен включать описания десятков тысяч слов и словосочетаний. При этом ведение любого лингвистического ресурса всегда будет отставать от развития предметной области.

Во-вторых, применение тезаурусов и онтологий в информационном поиске требует высокого качества разрешения многозначности слов текста. Однако тестирование качества разрешения лексической многозначности, показало, что качество разрешения многозначности для всех многозначных слов текста пока не достигает уровня, достаточного для эффективного применения тезаурусов и онтологий в приложениях информационного поиска.

В-третьих, применение отношений тезауруса или онтологии для расширения запросов может столкнуться с проблемой неточно описанных отношений или отношений, которые не соответствуют контексту запроса.

Наконец, существует мнение, что применяемые статистические методы имплицитно учитывают лингвистическую информацию, что текст – это лишь набор характеристик (features), которые хорошо учитываются статистическими моделями. Процедуры разрешения многозначности могут быть смоделированы мерами сходства контекстов.

Появление  полнотекстовых  информационно-поисковых  систем,  а  также возможностей поиска по всем словам текста с помощью методов ранжированного информационного поиска значительно снизило значимость разработки и использования информационно-поисковых тезаурусов, поскольку давало возможность поиска текста неподготовленному пользователю в любых предметных областях без дополнительных посредников в виде специально разработанных тезаурусов и профессиональных индексаторов.

Многочисленные исследования по определению эффективности различных методов представления документов при информационном поиске показали, что эффективность пословного индексирования сравнима с эффективностью поиска, использующего ручное индексирование по качественному информационно-поисковому тезаурусу (Salton, 1986; SparckJones, 1981), для создания которого нужно было еще затратить достаточно много средств и усилий.

В этих случаях пословное индексирование имеет преимущество из-за больших выразительных возможностей в том смысле, что пользователь может сформулировать запрос на естественном языке без всяких дополнительных ограничений.

Возникает вопрос, почему существующая парадигма разработки информационно-поисковых тезаурусов не дает возможности использовать созданные ресурсы в автоматических режимах индексирования текста. Как и можно ли создавать тезаурусы для автоматического индексирования?

С 80-х годов 20 века начинает активно обсуждаться парадигма автоматического концептуального индексирования документов, то есть индексирования документов не пословным индексом, а концептуальным, в котором синонимы сведены к одной и той же единице, а многозначные слова и термины разведены к разным концептуальным единицам.

Такие системы как SCISSORS (Jacobs, Rau, 1990) и FERRET (Mauldin, 1991) реализуют идею концептуального индексирования для узких предметных областей. С опубликованием в 1995 году ресурса английского языка WordNet, структура которого  представляет  собой  иерархическую  сеть  лексикализованных  понятий английского языка – синсетов, многие исследователи пытались реализовать идею концептуального индексирования на базе этого ресурса.

Несмотря на некоторые неудачи использования WordNet в конкретных приложениях, появление этого ресурса вызвало огромный резонанс в мире. На базе WordNet выполнены тысячи экспериментов исследователями из многих стран мира, предложены самые разнообразные алгоритмы. 

Кроме того, формализованное описание  лексики  английского  языка, представленное в WordNet, позволяет в автоматизированном режиме относительно легко строить словари разного назначения, извлекать те или иные классы слов, что в значительной мере облегчает создание различных словарных ресурсов и внутренних словарей информационных систем и систем автоматической обработки текстов.

Исследователи из разных стран начали разработку сходных ресурсов для своих языков. Было начато и несколько проектов по созданию русского WordNeta.

Другие исследователи изучают возможности более смыслового семантического поиска на основе так называемых онтологий – концептуальных описаний знаний о предметных областях и в целом о мире, содержащих совокупности понятий, отношений между ними, правил вывода. Была выдвинута концепция Семантической сети Интернет (SemanticWeb), где предполагалось, что качество поиска в Интернет можно значительно улучшить посредством использования таких онтологий.

Существует множество разных определений онтологий. Широкие определения онтологий, позволяющие разные степени формализации описаний, включают в понятие онтологии и упомянутые выше информационно-поисковые тезаурусы, и тезаурусы типа wordnet.

Однако остаются следующие вопросы:

-  каким образом в прикладных компьютерных ресурсах оптимально сочетать описание взаимоотношений лексических единиц и описание онтологических знаний о мире,

-  какая модель описания неструктурированной широкой предметной области наиболее оптимальна для того, чтобы, с одной стороны, создать ее в разумные сроки и охватить всю важную для специалистов терминологию, с другой стороны, чтобы созданная формализованная модель была полезна в широком круге приложений информационного поиска и автоматической обработки текстов,

— каким образом оптимально сочетать описание общеупотребительной лексики литературного языка и терминологии конкретной предметной области в формализованных моделях, предназначенных для компьютерных приложений.

Таким образом, проблема языка стала чрезвычайно важной но, как оказалось, сложной для развития информационно-поисковых систем и систем ИИ. Решение этой проблемы требует учета огромного объёма информации, анализ огромного количества текстов и их различных вариантов. К сожалению, по отношению к этой проблеме не скажешь словами Станислава Ежи Леца: «Когда видишь уравнение E=mc2, становится стыдно за свою болтливость».

 

Библиография

1.        Каблов В.Ф., Агаянц И.М. Информационные технологии в разработке и в производстве эластомерных материалов. – Волгоград, 2009. – 409с.

2.        Налимов В.В. Вероятностная модель языка.-М.: Наука, 1979.-303с.

3.        Налимов В.В. Спонтанность сознания .-М.:Прометей. -287с.

4.        Нагель Э, Ньюмен Дж. Теорем Геделя.— М.: Знание, 1970.-64с.

5.        Л. Витгенштейн. Логико-философский трактат

1921 http://filosof.historic.ru/books/item/f00/s00/z0000272/st000.shtml

6.        Л. Витгенштейн. Логико-философский трактат. Перс англ.

А. Добровольского. –М.: АСТ: Астрель, 2010.— 177с.

7.        Людвиг Витгенштейн. Избранные работы / Пер. с нем. и англ. В. Руднева. М.: Издательский дом «Территория будущего», 2005.  (https://web.archive.org/web/20170516221234/http://www.neweurasia.ru/upload/LudvigV.pdf

8.        Буш Г.Я. Аналогия и техническое творчество. – Рига, Лиесма, 1979.-126с.

9.        Половинкин А. И. Основы инженерного творчества.— М.: , Машиностроение, 1988.-368с.

10.    Володина М.Н.  Язык, информация, культура и СМИ.  «Inter-Cultur@l-Net» «Inter-Cultur@l-Net»

http://www.my-luni.ru/journal/clauses/116/

11.    Гегель Г.В.Ф. Соч. Т. III. М., 1937. N. 248..-

12.     Степанов Ю.С. Изменчивый «образ языка» в науке XX века // Язык и наука конца 20 века. М., 1995. С. 7-34.

13.    Вигнер Е. Непостижимая эффективность в математике и естественных науках // Успехи физических наук. 1968. Т. 94. Вып. 3.

14.    Cassierer E. Philosophie und symbolischeFormen. Die Sprache: ErsterTeil. Darmstadt, 1964 (1923) (переводнаш. — M. В.).

15.    Гумбольдт В. фон. Избранные труды по языкознанию. М., 1984. С. 318.

16.    Лосев А.Ф. Знак. Символ. Миф. М., 1982. С. 102.

17.    Рассел Б. Человеческое познание. Его сфера и границы. М., 1957. С. 129.

18.    Д. Хохлова. Как «Яндекс» создавал «Алису». vc.ru (10 октября 2017).

19.    «Алиса, за мной следит ФСБ?»: в соцсетях продолжают издеваться над голосовым помощником «Яндекса». https://meduza.io/shapito/2017/10/11

20.     В. Сычев. Поговори со мной, Алиса. N+1 (11 октября 2017). Дата обращения: 20 августа 2018.

21.    Е.Макарова, Р. Рожков. «Алиса» снимется в кино. Коммерсант.ru (2 июля 2018).

22.    https://www.elibrary.ru/contents.asp?id=36928290

23.    Каблов В.Ф., Шевчук В.П. Использование автоматизированных банков данных для проектирования рецептур резин.— Волгоград: ВолгПИ. – 1988. -112с.

24.    Каблов В.Ф. Технологическая информатика полимерных материалов. Волгоград: ВолгПИ. 1990.— 112с.

25.    Котов Р.Г., Якушин  Языки информационных систем.— М.: Наука, 1979.— 304с.

26.     Указатель терминов по физике и физико-химии полимеров/ Аскадский А.А., Ренард Т.Л., Пашков И.М..— М.:ВИНИТИ, 1983.-45с.

27.    Махлис Ф.А., Федюкин Д.Л. Терминологический справочник по резине. –М.: Химия, 1989.-400с.

28.     Солтон Дж. Динамические библиотечно-информационные системы.— М.: Мир. – 1979. — 558 с.

29.    Шведков Е.Л. Ковенский И.И. Тезаурус информационно-поисковый по порошковой металлургии. — Киев. – Наукова думка. – 1984. — 360 с.

30.    Лукашевич Н. В. Тезаурусы в задачах информационного поиска – М., 2010. – 396 с., ил.

Примечание

 

1 статья написана по материалам монографии В.Ф. Каблов «Применение информационных и цифровых технологий в разработке и исследовании эластомерных материалов» Том1. Волгоград, ВолгГТУ, 2021

 


Количество просмотров: 374