Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Малая проза (рассказы, новеллы, очерки, эссе) / — в том числе по жанрам, Эссе, рассказы-впечатления и размышления
© Хуснутдин Атаханов, 2014. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 27 марта 2015 года

Хуснутдин Мухтарович АТАХАНОВ

Бабочки радости

Четыре небольших рассказа и эссе: «Последняя охота», «Интервью», «Эхо над Малороссией» и «Радость». Первая публикация.

 

Последняя охота

Две попытки поймать дичь не увенчались успехом. Нет прежней скорости, да и глазомер подводит. Несколько дней без пищи в конец лишили сил. Собрав последние силы, старый орел полетел к привычному для него дереву, где любил отдыхать после охоты. С трудом долетев до дерева, шумно опустился на оголенный сук. Тяжело переступая с ноги на ногу, орел повернулся хвостом к скале. Отсюда хорошо просматривается вся долина, окаймленная высокими холмами. Далеко в низу, извилистая лента реки отсвечивает лучами заходящего солнца. В этой долине ему известен каждый куст, каждое дерево. Он в этой долине властвует один, не позволяя другим орлам вторгаться на эту территорию. Для подтверждения своего права, ему много раз пришлось схватиться на небе с соперниками, и каждый раз выходил из боя победителем, издавая свой победный клич. Ему зябко, тощее тело плохо согревается. Сел на лапы, еще более нахохлившись. Этот старый орел прожил долгую жизнь, наполненную постоянной борьбой за выживание, за свою территорию, за подругу – которая погибла несколько лет тому назад, за своих птенцов. Их было много, все разлетелись. Так и должно быть. Каждый орел должен иметь свою территорию.

Слабость, опустившая красные веки, стекает к лапам. Орлу все тяжелее удержаться на суке. Несколько раз ему удалось выпрямиться, восстанавливая равновесие. Наконец силы оставили его, большое тело орла медленно наклонилось в бок и начало падать вниз по крутому гранитному склону. Слегка развернутые крылья смягчали удары его тела о камни. У подножья скалы безжизненное тело орла несколько раз перевернулось и остановилось у небольшого куста куропачьей ягоды. Несколько спелых ягод упали на распластанное крыло. Бездыханное тело орла лежало на спине, грозно выставив мощные когтистые лапы. Лишь медленное движение пальцев на лапах указывала, что жизнь еще теплиться в этой старой птице.

Не каждый хищник осмелится подойти к распластанному телу орла. Голодный шакал давно учуял его запах. Но страх каждый раз отгонял его прочь от добычи. Ведь он всю жизнь прожил, укрываясь от зоркого взгляда этого орла. Тихо повизгивая, он кружился вокруг тела орла, то приближаясь, то убегая прочь. Наконец голод взял окончательно верх, и шакал медленно приблизился к добыче. На согнутых ногах начал обнюхивать кончики крыльев, и потихоньку схватив за растопыренный конец крыла, потянул вниз. Крыло чуть-чуть распрямилось, но тело орла осталось неподвижным. Только чуть дернулись веки орла. Взгляд шакала был прикован к грозным когтям, поэтому он не заметил этот тонкий признак жизни. Шакал, более осмелев, приблизился к орлу еще ближе. Схватить за голову орла ему мешал густой кустарник, придется тянуть за лапы. Он потянулся мордой к лапе орла, но в этот миг, эти грозные когти вцепились ему в морду с такой силой, что был слышен хруст, пробиваемого острыми когтями, хряща. От страшной боли шакал резко потянулся назад. Тут же еще более острая боль пронзила правую лопатку шакала – орел второй лапой глубоко вонзил когти в него. Шакал в предсмертном страхе начал пятиться и прыгать. Но широко расставленные огромные крылья орла, буквально держались за землю. Лишенный воздуха шакал быстро ослаб и вскоре перестал сопротивляться. Только мелкая дрожь пробегала по телу умирающего шакала. Орел, высоко подняв голову, издал последний победный клич, и его безжизненная голова опустилась на голову жертвы. Этим кличем он видимо хотел сказать, что даже мертвый орел не будет добычей своей добычи.

В такой драматической позе я их и обнаружил. Видимо не один день прошёл с момента происхождения этих драматических событий. Ни одна птица или зверь не осмелились подойти к этой грозной птице и полакомиться его добычей. Только вездесущие муравьи, со своей неторопливой обстоятельностью, мелкими кусочками растаскивали эту великую картину природы. И я, осмелюсь снять только словесный эскиз с этой картины, не лишая заслуженной почести старого орла.

Питер, 11.2013 г.

 

Интервью

У человека бывают удачливые дни. У меня сегодня как раз такой день. Во-первых: я получил гонорар за предыдущие статьи, опубликованные нашей газете. Я внештатный корреспондент, и вы сами понимаете, такая радость выпадает не часто. Во-вторых: мне удалось взять интервью на очень актуальную тему. Ради справедливости должен сказать, что это получилось совершенно случайно. Скажу откровенно: то, что услышал, меня ошеломило! Для начинающего журналиста, раздобыть такой материал, редкая удача. Чувствую себя питоном, проглотившим слишком большую добычу. Я в какой-то мере в растерянности – осилить этот материал мне будет трудно. Если я был-бы признанным метром, редакция этот материал оторвало-бы с руками. Отношение к начинающему корреспонденту совсем другое, да и к источнику материала будут придираться. В этом вся суть проблемы. Сам я толком не знаю его. Этого человека я встретил в кафе. Дело было так – решил отметить получку хорошим обедом. Время обеденное, поэтому в кафе было многолюдно. Свободных столов не было. За столиком у окна сидел пожилой человек один и просматривал газету. Перед ним стояла чашка кофе.

– Вы позволите мне присесть к вам, – как можно любезнее спросил у него. Он на меня посмотрел поверх своих очков и сделал жест, приглашая сесть.

– Присаживайтесь молодой человек, вдвоём будет веселее, – сказал негромко, не отрываясь от чтения.

– Спасибо, – ответил я и сел на стул напротив него. Стал ожидать прихода официанта. Невольно начал рассматривать сидящего напротив человека. Мужчине было шестьдесят пять – семьдесят лет. Густые седые волосы были причесаны назад. Аккуратная борода и усы то же были седые. Но, меня удивили нетронутые сединой брови. Они придавали его внешности особый колорит. Вскоре подошла официантка. Как отмечал раньше, заказ сделал весьма приличный. Даже сосед по столу обратил на это внимание – чуть опустил газету и посмотрел поверх очков. Но ничего не сказал. Все же от его внимания к моей персоне мне стало неловко.

– Извините, есть повод устроить небольшой праздник. Получил гонорар, – как бы оправдываясь, сказал смущенно.

– Вы писатель? – спросил он и отложил в сторону газету, с явным намерением продолжить разговор.

– Какой там писатель, просто нештатный корреспондент Сиэтл Таймс.

– Ха! В какой те мере, мы с вами коллеги. Разрешите представиться, Хаксли Бёрд, геофизик. В свободное время пишу статьи для Национал Географик.

– Очень приятно, Нешли Сандерс, начинающий журналист, – смущенно протянул я ему руку.

Мне было лестно беседовать с таким знаменитым ученым, хотя я толком не прочел ни одну статью или книгу написанную им.

– Вы здесь проездом или деловая поездка? – спросил по привычке, я.

– Пригласили прочитать цикл лекций в университете Вашингтон об изменениях в Йеллоустонской кальдере, – с готовностью ответил он.

– О! Очень интересная тема. Жаль, что мне не удалась послушать ваши лекции. Я кое – что слышал об этом супервулкане. Говорят, что он может взорваться в любое время.

– Похоже на то. Исследования дают очень тревожные результаты, – не очень весело ответил он.

– И когда же думаете, это может произойти? – с тревогой спросил я его.

– Думаю, в течение ближайших нескольких лет, – ответил он. Этот ответ меня просто ошеломил. Оказывается, мы все живем на пороховой бочке, которая вот-вот взорвется. И никто не чешется. Куда смотрит правительство!

– В Правительстве это знают? – в явном замешательстве спросил я.

– Конечно. Создана специальная комиссия. Подключены видные ученые многих специальностей. Привлечены военные.

– Боже, Боже! И все это держат втайне от граждан Штатов. Скажите откровенно. Это очень серьезно? – сильно возбужденно спросил я его. Он оглянулся вокруг и положил руку на мою руку.

– Успокойтесь молодой человек. Это произойдет не завтра. Может Господь помилует нас и ничего не произойдет. Паниковать не надо. Мы привлекаем внимание обедающих людей, – похлопал мне по руке. Это подействовало на меня отрезвляюще. Я оглянулся вокруг и попытался взять себя в руки. Через некоторое время я успокоился настолько, что мог продолжить беседу.

– Что будет с нами, если это произойдет? – негромко спросил я его.

– В худшем случае в северной Америке ничего живого не останется. На Земле на несколько лет установится зима. Погибнут миллиарды людей.

– Это конец Света, что ли?

– Ну, не совсем конечно. Кое – где на Земле сохраниться жизнь.

– И вы так спокойно говорите об этом? – с дрожью в голосе, спросил я его.

– Все мы смертны, молодой человек. Предотвратить мы не в силах. Вы верующий? – спросил он меня.

– Наверное, да. Хотя я не сильно обременял себя богослужением, – ответил я.

– Думаю, теперь вам надлежит более серьезно относиться к этому, потому что ответы на многие вопросы типа «Почему» вы найдете в священных книгах.

– Вы думаете, что это кара за наши грехи?

– Я не уверен. Хотя мы, в лице нашего правительства, в мире натворили столько зла, что за это и понесем заслуженное наказание. Вообще, на Земле накопилось много зла, думаю, что наступило время отвечать за грехи всем без исключения. А может, это предначертано судьбой. Вы слышали про Нострадамуса? Нет? Был такой философ. Жил лет пятьсот тому назад. Сделал много предсказаний. В одном из них он указал на похожие события, которые произойдут на Земле в 2017 году. Он даже указал июль месяц. Похоже, сбывается это его предсказание, – задумчиво продолжил он беседу.

– И нет никакой надежды на спасение? – совершенно подавленно спросил я его.

– Почему же. Шанс есть у каждого жителя Земли. Вот только не все смогут им воспользоваться. Совершенные грехи как омут затянут в преисподнюю.

– А правительство, что ни – будь делает для спасения своих граждан? – в отчаянии спросил я.

– Наверно предприняты какие – то шаги, но спасти всех немыслимо. Спасутся, как правило, богатые и нужные правительству люди, – присущим ему прямотой, сказал он.

– А простым людям что делать? Ведь никакой надежды нет?

– Тут остается уповать на Бога, и может быть, есть надежда на Ноевы ковчеги, которые стоят на границе нашей Солнечной системы, – полушутя, полусерьезно сказал он.

– Что за ковчеги? Вы это серьезно? – удивленно спросил я.

– Астрономы увидели на границе нашей Солнечной системы три объекта размером по сто миль каждая. Предположительно, эти объекты искусственного происхождения. Сейчас они замедлили свое движение. На счет ковчега – это мое предположение, – уже вполне серьезно продолжил он. – Но, я боюсь другого, более страшного и безумного по своей сути.

– Что же может быть страшнее этого ужаса, – еще более удивленно спросил я его.

– Как вам говорил – у части населения Земли есть шанс спастись. У нас этого шанса нет, то есть мы обречены. Знаете, у восточных народов есть такая поговорка: «Ведомый на бойню бык не боится топора». Вот, как бы наши быки не попытались бы уравнять у всех шанс.

– Что вы имеете в виду? – спросил я его, не уловив смысл им сказанного.

– Имею в виду третью мировую войну, с применением всего арсенала ядерных средств.

– Это же безумие! Всему будет конец! – в ужасе воскликнул я.

– Возможно, они посчитают иначе, ведь у всех будет равные шансы попытаться выжить. Надеются на то, что кто выживет с наименьшими потерями, тот и будет править миром. Вот это действительно будет концом Света, концом жизни на Земле. К сожалению, чаще судьбоносные решения принимают не очень далекие по уму люди. И то, что творят наши безумные политики в последние дни, мне кажется этому доказательством. Вот этого я больше всего боюсь. Что же, мне пора идти в университет. Вы молодой человек, даже не дотронулись до своей трапезы. Видимо я сильно расстроил вас. За это прошу простить меня. Мы с вами как профессионалы, к получаемой информации должны относиться спокойно, без нервозности. Это особенность нашей профессии. Вы молоды и еще не хватает профессионализма. Но это поправимо со временем. Желаю вам удачи, – с этими словами он встал и вышел из кафе. Я сидел с вилкой на руке, которую видимо, схватил автоматически, когда принесли обед, и теперь не знал, что делать с ним. Есть не хотелось. В голове от множества мыслей, стоял какой – то гул. Потихоньку начал сознавать, что это было интервью. Получил потрясающий материал. Только не знаю, что делать с этим материалом.

2014. Киргизия

 

Эхо над Малороссией

На окраине Карповки, прямо на водонапорной башне засел снайпер. За день загубил четверых. В основном все пожилые люди. Просто беда. Ни в магазин сходит, ни воды набрать с колонки. В домах воды давно нет.

Федор Артемич, командир местных ополченцев, послал парнишку за «Тихим», то есть за Тимофеем. Этот парень служил в десантуре снайпером. Вот пригодились его навыки. Кто бы мог подумать, что в наши-то дни придется защищать свой поселок от фашистов. Парень толковый, немногословен, но дело свое знает. Сейчас он специализируется на уничтожение минометных расчетов силовиков. Вскоре в дверном проеме показался его худощавый силуэт.

– Звали? – негромко послышался его голос.

– Заходи Тимоша, присаживайся, – Артемич подвинул стул. Тимофей не спеша подошел к столу и сел. Свою длинную винтовку всегда держал при себе, положил на колени.

– Ты, наверное, слышал про снайпера, на водонапорной башне? – спросил его Артемич.

– Профессионал, щелкает бабки, – гладя в окно, ответил Тимофей.

– Как-как? – прищурив глаза, переспросил Артемич.

– Ну, наемник, работает за деньги. За каждого убитого энная сумма. Гражданский или военный не имеет значения. Платят одинаково. Этот отморозок отчаянный – видимо, прибалт или араб. Вокруг башни прикрытие из двух, трех человек, – усталой неспешность объяснил Тимофей.

– Вот оно что! А то я не могу взять в толк, как это можно просто расстреливать пожилых людей. Не по-христиански это. Как бы то ни было, ты догадался, наверное, зачем вызывал.

– Понятно, – ответил Тимофей.

– Тогда тебе карты в руки. Надо пристрелить этого гада. Получится? – с опаской спросил командир.

– Попробуем, – как всегда Тимофей был немногословен.

– Возьми с собой пару ребят, мало что может случиться. Тебя будут прикрывать, если будет такая необходимость. Ты у нас один такой, – похлопал по плечу снайпера.

Тимофей, молча встал, кивнул в знак согласия и вышел.

Уже третий час Тимофей высматривает снайпера. Опытный видать снайпер, ни единым движением себя не выдал. С крыши этой двухэтажки обзор хороший. Тимофея прикрывают ветки и листья дерева, растущего рядом с домом. Ему же не мешают. Отсюда и двор дома как на ладони: «Что за черт!» – вырвался у него. «Откуда девочка во дворе, всем же сказано, что носа не высовывали на улицу». У него сердце сжалось в предчувствии беды. Он припал к оптике и пытался заметить снайпера раньше, чем тот выстрелит. Отвлекаться нельзя, упустит момент. Девочка, как ни в чем не бывало, скакала на одной ноге, прижимая к груди плюшевого зайчишку. При каждом прыжке, длинные ушки зайчишки смешно дрыгались. Этого Тимофей не мог видеть. Он краем глаз заметил выбежавшего из укрытия парня из группы прикрытия. «Эх, Вася, Вася, пропадешь браток». В туже секунду заметил небольшую вспышку на узком окне башни и выстрелил, чутьем понял, что попал. Он со страхом в душе посмотрел во двор, где была девочка и заметил, как упал Василий, прижимая к груди девочку. От удара на землю рука Василия, прижимающая к груди девочку, разжался. Они лежали на спине, держась за руку друг друга. «Одной пулей обоих убил», – пронеслось в голове. В его память врезались широко раскрытые глаза девочки….

 

– Что с нами, дядька?

– Нас убили.

– А за что нас убили?

– За что нас убили? За что нас убили? За что нас убили? – эхом повторяются голоса детей, поднимаясь ввысь, над Малороссией.

Кто бы ответил!

08.2014

 

Радость

РАДОСТЬ огромной цветной бабочкой кружит вокруг детской кровати. Ребёнок радостно машет ей руками и улыбается. Издает радостные крики. Взрослые её не видят, но могут ощутить её прикосновение. Только грудные дети и люди не от сего мира её могут видеть.

Она вылетела в окошко, летит по улице. Коснулась крылом щёки идущей девушки. Она зажмурив глаза, посмотрела на солнце. Радостно улыбнулась и помахала рукой солнцу. Ей стало весело, вокруг все было красивым: деревья, цветы и люди.

Радость влетела в окошко стоящего на остановке автобуса и коснулась крылом лица водителя. Он радостно ударил ладонью правой руки по ободку руля и весело стал торопит входящих пассажиров: «Давайте по шустрей и веселей. Поедем – прокатимся, настроение будет окей!». Широко заулыбался, довольный своим каламбуром и посмотрев в зеркало заднего вида, подмигнул молодому человеку стоящему на проходе. Тот тоже заулыбался, заразившись радостной улыбкой водителя. Внутри автобуса вроде стало светлей, знакомые и незнакомые пассажиры автобуса весело смотрели друг на друга и смеялись – то ли шутке водителя, то ли им просто стало радостно.

Радость нежно коснулась лба молодой женщины, стоящей с мужем. Она руками охватила мужа с сзади, прижалась головой к его широким плечам. «Ой, как мне хорошо с тобой милый! Аж голова кружится!». Муж обернулся радостной улыбкой, обнял её и поцеловал в губы. «А ты посмотри вокруг, как красиво!», – сказал он счастливо.

Радость крылом нежно коснулась руки старухи, сидящей на скамейке, у подъезда. Она с улыбкой стала разглаживать морщины на руке. Может она вспомнила молодость, когда кожи рук были гладкими, а может она вспомнила прикосновение рук любимого. Ей было хорошо. Все тревоги и болячки её покинули, на душе было спокойно и радостно.

Бабочек радости много. Они порхают то тут, то там. Раздают людям радость. Только они очень пугливы. Боятся громких звуков. Особенно звука выстрела, звука войны. Мигом улетят. Прошу вас, тише! Не пугайте бабочек РАДОСТИ.

12.2014

 

© Хуснутдин Атаханов, 2014

 


Количество просмотров: 727