Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Поэзия, Новые имена в поэзии; ищущие
© Мокин А.И., 2013. Все права защищены
Произведения публикуются с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата публикации на сайте: 12 декабря 2013 года

Александр Иванович МОКИН

Двойственный мир

Интересная подборка стихов за последние годы.

Бишкек: Салам, 2013

Тираж 100 экз.

 

СЧИТАЛОЧКА

Электрон и позитрон.
Нищета и пышный трон.
Плюс и минус, да и нет.
Есть вопросы, есть ответ.
Зло! Добро!
            Война и мир!
Плот! Весло!
            Поминки, пир.
Твердый, мягкий,
Чуждый, свой –
Кто ты, где ты?
Выбор – твой

 

ПОЛЕТ ПО БИШКЕКУ

Я забрел в кинотеатр «Эдисон».
Не уверен я, что это был не сон.
Даже, может быть, у Южных у ворот
Кто-то флагом осчастливил поворот.

Это ветер! Он мечтатель и нахал.
Тополиною аллеей мне махал…
У почтамта под часами поскучал –
Незнакомку-бишкекчанку повстречал.
Воплощение небесной красоты!
А тюльпаны с незабудками – на ты.
Говорила мне она и — да, и – нет,
И печалился задумчивый поэт.
Целовались у дворца в расцвете дня,
Где батыр несет усталого коня.
Ну и с белками потом – в Дубовый сад,
За скульптурный чтобы спрятаться
                                             фасад.
Я все чаши у фонтана сосчитал –
И открылся драматический портал.
Все спектакли мы смотрели, чуть дыша!
Нас порадовала русская душа.
А на площади Победы у огня
Чувство гордости проснулось у меня.
Даже времени героев не убить!
Я и жить за них поклялся, и любить.

Где еще мы с ней летали – не скажу.
Но хорошую идею подскажу:
Приходи в кинотеатр «Эдисон»!
О Бишкеке там прокручивают сон.

 

ЛЮБОВЬ

Орешки телесного цвета!
Фисташки, подружки мои.
Конец календарного лета,
И бабьего томные дни.
Вы сами идете в ладони!
Бросая фату на скамью…
И вьюга улыбку не сгонит,
Фисташка, твою и мою.

 

ЮНОСТЬ

Сияло солнце в небесах!
Смеялось, рыжее, искрилось –
В кудрях на худеньких плечах…
Оно зажгло меня, и скрылось.

 

ОХОТНИЧИЙ БИВАК

Горел костер у старой ели,
Вокруг охотники сидели.
Спросил один, не помню, кто уж –
Инспектор, егерь или сторож:
«А вы умеете любить?..
Да так, чтоб жертву не убить.
И чтоб не мучить, а играться.
А ну, высказывайтесь, братцы!»

Раскрылся первым дрессировщик.
Ему полней налили ковшик.
«Посадишь в клетку песню-птицу –
Получишь злобную тигрицу!
А если холодно, с умом –
Змею на шею! Поделом.
Любить – что ближе, обезьяну.
Да где же сыщешь без изъяну».

Включился мрачный подполковник:
«Влюбился, втюрился – покойник!

Читали Репина картину?..
Любовь всегда стреляет в спину!
Должна солдата вдохновлять,
А я командую – стоять.
Орлы!.. Плененные любовью.
И то расписывались кровью».

Раздался голос прокурора,
Как будто стрельнула «Аврора»:
«Любовь – не вензель на печатке!
Любовь – как пальцев отпечатки!
Одним – кранты, другим – урок.
Смотря какой получишь срок.
Кому пожизненный, счастливчик,
Кому-то сауна и лифчик».

Проснулся егерь дядя Ваня:
«Как раз пора – идите в баню!..
Небось, и жены ждут уж с пивом,
Они расскажут о любви вам».
Ворчал подросток, чей-то сын,
В багажник грохая весы:
«Ну вот, сходили на охоту.
Убили время, и всего-то».

 

«ВИЛЫ»

Пригласил я на свиданье
Ту девчонку, что хотел.
И до зорьки в ожиданье
В лунном парке просидел.
Тихо музыка играла,
А я слушал, не дыша…
Но два раза я на грабли…
Никого не приглашал!

А девчонка извинилась,
Я обиду загасил.
Я подумал – изменилась,
И еще раз пригласил.
И опять ее не встретил!
Хоть ходил туда-сюда.
И поклялся, что уж в третий –
Ни за что и никогда!

И в четвертый, и в десятый…
Как зациклился повтор!
Прихожу я в парк заклятый,
Выхожу в ночной дозор.
Здесь давно никто не грабил…
Кроме бедного меня…
Попадутся эти грабли –
Обниму средь бела дня!

 

ЗНАТНОСТЬ

Гордятся люди! Гордятся, да.
Что были предки у них велики.
Летят столетья, летят года,
Стирает время былые лики.

Потомки знатных князей, дворян,
На лаврах нежась, лелеют титул!
Чтоб было легче скрывать изъян,
Чтоб быть каким-то
                          хотя бы с виду.

А я тем паче легко иду.
Опасность справа, опасность слева –
Одной лишь бровью слегка веду.
Мои ведь предки – Адам и Ева.

 

НАПОЛЕОН

Одна нога на барабане,
Труба подзорная в руке.
Но он не вынес русской бани.
Ушел, короче, налегке.

Ему кататься бы на пони!
Играть в солдатики с детьми.
А он за пазухой в ладони
Лелеял царство над людьми.

Европа плакалась тирану,
Под плиты пряча горы тел.
Но все ему по барабану!
Ну очень властвовать хотел.

Один большой ходячий комплекс!
Душить, калечить, унижать.
Сломался в нем какой-то компас.
Не мог и ладаном дышать.

Душа его бежала ада…
Под дверь, наверное, пролез.
И быть спокойными не надо –
В кого-то влез проклятый бес.

 

СУД ИДЕТ

Вон тот хороший, — говорю, -
А этот, кажется, не очень.
Я всем эпитеты дарю.
Сожрав пуд соли, между прочим.

А кто ответит за меня,
Что дико мне, а что прекрасно?
Чего боюсь я, как огня,
Ищу и требую напрасно?..

Кому-то я — дремучий лох.
Кому-то – дьявольски хороший.
В иных делах ну очень плох!
Для женщин – были б только гроши.

Я их за это не виню:
Понять – простить, как говорится.
Порой с ума схожу от ню!..
Порою впору материться.

Когда обида захлестнет –
Кричу!.. Признаюсь по секрету.
И кто-то мне уже несет
Бокал вина и сигарету.

Судить – судите, поделом.
Быть может, в чем-то был я вором.
Но только знайте, как псалом:
Спешить не стоит с приговором.

Ума хватает у меня,
Закройте банк, не надо ссуды.
Светлеет луч! День ото дня.
Приемля сердцем пересуды.

Земля становится добрей!
Улыбки в том, и в этом стане.
Но прет щетина – брей, не брей!..
И мы судить не перестанем.

 

ПРИЗНАНИЕ В ЛЮБВИ

Увидел объявление пекарни,
Что требуются швеи позарез…
«Батоны зашивать! — смеялись парни. –
Зарплата здесь – на блинчики отрез!..»

Станки стоят металлообработки –
И швейные машинки в длинный ряд.
Стоят станки!.. Годами без работы.
А швейные машинки тарахтят.

Из окон городских администраций
Выглядывают девушки в ночи.

Им флаги шить
                   для бурных демонстраций – 
Не хочется! А надо. Хоть кричи.

Шампанское, цветы и поцелуи –
Как будто это вовсе не для них.
А я их в каждой форточке целую!
И пью за них, и капаю на стих...

Мои услышав эти тары-бары,
Под персиком грустит Омар Хайям.
Да если бы платили гонорары,
Дом отдыха построил бы швеям!

 

СТАТУЕ, ИГРАЮЩЕЙ ВО ЧТО-ТО

Сломали статую, ругая.
Теперь стоит совсем другая.

Опять с протянутой рукою!
Примета явно не к покою.
Влекут заоблачные дали?
А может, просит, чтоб подали?..

Печальны эти экивоки.
Когда же будут руки в боки?

 

НАША ТАНЯ

Корсаковой Т.

«Наша Таня громко плачет…»
Ах, счастливая пора!
Кукла Надя, в речке мячик,
Первомайское «Уррра-а!..»

Мячик долго плавал между
Мягким «нет» и робким «да».
Надя выросла в Надежду
И умчалась в никуда.

Вечный численник, проказник,
Жертва розовых очков,
Сделал первый майский праздник
Днем последних дураков.

Таня письма шлет Надежде,
Делит с куклой тайну снов.
Мячик плавает, как прежде,
Между зыбких берегов.

Что еще судьба готовит
Из ошибок и потерь?
Ей усердствовать не стоит,
Не найдут печали дверь.

Унесло не только мячик,
Праздник, девичьи года…
Больше Танечка не плачет,
Не дождетесь никогда!

 

ЦЫГАНСКАЯ

Цыган цыганочку танцует,
Он все цыганочке отдал!
А кто цыганочку танцует,
         кто цыганочку танцует,
         кто цыганочку танцует –
Тот коней уже продал!..

Цыган играет на гитаре,
А денег нету у него.
А кто с гитарой, тому даром,
         кто с гитарой, тому даром,
         кто с гитарой, тому даром
Не дается ничего!..

Цыган цыганочку целует,
Костер горит в его груди.
А кто цыганочку целует,
         кто цыганочку целует,
         кто цыганочку целует –
Ждет дорога впереди!

 

КОНЕЦ СВЕТА

Календарь накрыла тень
Предсказаний майя –
Наступил Татьянин день
В середине мая!

То одна пришла ко мне,
А потом другая…
Да гореть бы им в огне,
Этим самым майя!

Да и то бы ни хрена
Не случилось, видно –
Как назло, ушла жена!
Потому что выгнал.

 

ОБ ИГУАНАХ

Недавно это было ли, давно ли –
Компания хорошая сидела.
Картишки, шахматишки, домино ли –
Рассказывали байки между делом.

«Ребята! Не припомню, врать не стану,
Давлетов ли поведал, БИ-БИ-СИ ли –
Завел себе парняга игуану!
Она его однажды укусила.

Аа-а… пластырь присобачил,
                                   и журнальчик
В шезлонге ли мусолит, на батуте.
И точно – в гамаке! Свободен, мальчик.
А этот не учился в институте…

А ящерица в глазки заглядает!
По саду погуляет – и обратно.
Ну – мучается, бедная, страдает!
Что тяпнула его неаккуратно.

Парняга удивляется:
                         «Однако!.. 
А я ее прикидывал на ужин…»
Приятелю поведал из Монако –
Ботаник дохихикался до лужи…

«Дурак ты, — говорит, — хоть и богатый.
Она осведомляется – живой ли?
Да яд у игуаны слабоватый.
А совести у ящерицы – ой-ли!..»»

«Ну, тоже мне, печали о Шекспире, -
Рассказчику сказал какой-то Грыба. –
Сюжет такой найдешь в любой квартире.
Вот мат тебе со джокером, и «рыба»!..

Закусывай икрой, моя улыба».

 

ОТВЕЧАЮ

Молния упала с неба!
Может, кто-то ей помог?
Я в тот миг на небе не был,
Значит, точно, я не мог.

 

ГОВОРЯЩИЕ ЧАСЫ

Искал подарок для любимой,
Забрел на сказочный базар.

Кричал:
         «Стоять! Ни шагу мимо!..»
Картежник, пьяница гусар.

Барыга банды обнаглевшей,
Приличных слов не говоря,
Сундук пихал мне обгоревший
И фоторобот главаря.

Старуха-ведьма, китаянка,
Медвежьи лапы и носы –
Видать, остатки дикой пьянки,
Валила оптом на весы.

А я часы нащупал взглядом –
Совсем старинные – в тени.
«Бери! –
         шепнул бродяга рядом. –
Вот зуб! – волшебные они.

О чем старуха их ни спросит,
Потом на кнопочку нажмет –
Ответ дают на все вопросы!
А голос – просто чистый мед».

В мозгу как будто вспышка света –
Да это то, что надо мне!
Когда порой и близко нету,
Они прошепчут в тишине:

«Люблю, скучаю, ты прекрасна!
Еще немножко подожди…»
Просил старуху я напрасно:
«Не пра дается. У ходи!»

Я свел с ума ее почти что!
Звонил во все колокола!..
Смеялись вслед воры мальчишки:
«Чуток – и все бы… отдала…»

Принес ходульки ненаглядной!
Она вдавила кнопку ту.
Они промолвили невнятно,
Что семь часов и пять минут…

Когда бы кнопку ни нажала –
Лишь только время говорят!..
А я твердил, что обожаю,
И не устану повторять.

 

ПИШИТЕ, ПИШИТЕ…

Мы пишем, и пишем, и пишем!
Писали и будем писать.
Когда и друг друга не слышим,
И лыка не в силах вязать.
Бывает, такое напишут!..
Что хочется морду набить.
Но если я вас ненавижу,
Кого же, позвольте, винить?

Словечки выбирайте поприличнее,
Забудьте о фантастике и мистику –
Все проще и гораздо прозаичнее:
Вы пишите себе характеристику.

Вы пишите в чьей-то постели,
И сидя на шее чужой;
В семействе, на отдыхе, в деле,
Ногою, кувалдой, ножом…
Пускай вы счастливый пройдоха!..
Но ежели с совестью швах,
То будете выглядеть плохо
И даже в хороших стихах.

 

НЕУЛОВИМЫЙ ГАД

Работал сторожем я раз
Веселого объекта.
Чабан зарулит с пьяных глаз
И то довольно редко.

«На что же сторож здесь упал,
Среди вселенской глади?!.»
Хозяин мне растолковал:
«Чтоб леший не нагадил».

Ну, я понятливый мужик,
Достойно дюжу вахты.
Однажды чувствую в тиши –
Как будто чем-то пахнет.
Следы буквально за углом!
В кустах, где нету ветра.
Хотя до ямы с козырьком –
Каких-то плюнуть метров…

Поведал сменщику о том –
И он бандюг не видел.
Понятно сразу стало – кто
Нас втихую обидел.

Я в стену мелом написал:
«Чабан, не надо гадить!»
Но кто-то гадить продолжал…
Баранов не отвадить!

«Кому написано письмо,
Пусть тот и выполняет». –
Подумал, видно, мелкий скот.
Он в суть-то не вникает.

Чабан вступился за своих:
«Они с культурных пастбищ!..»
И больше там не видел их
Ни я, ни мой товарищ.

Но видел сменщик НЛО
Как будто темной ночью.
Они нам делают назло! –
Смекнул я, — это точно!

Плакат настенный обновил,
А толку никакого.
И зря пришельцев я винил –
Летели б для такого.

Разгадку подал фильмпрокат!
Дышу я лунной пылью…
Одним ударом сапога
Кастрирую гадзиллу!

 

НИКАКОЙ ФИЗИКИ

Свет от Солнца до нас
            целых восемь минут
            на пределе возможного прет!..
Посмотри-ка вокруг,
            планетарный мой друг –
            а обратно вообще не идет.

 

ПЕСЕНКА О ВДОВЕ

Горемыка вдова
За рекою живет.
Засучив рукава,
Полоскает белье.

«Не бери, не твое, -
Мне нашептывал друг. –
Все объятья ее,
Словно цепи для рук».

Ну а мне на вдову
Было больно смотреть –
Как в мураву-траву
Упадать помереть.

И на тот бережок
Ясным днем переплыл.
Там широкий лужок –
И пахал я, и жил.

Только вот не судьба
Было счастье поймать.
Та вдовица была
Только мать, только мать.

Обобрала меня,
Словно листья с ветвей.
Все старалась она
Для дочурки своей.

За рекою живет
Горемыка вдова.
Все полощет белье,
Засучив рукава.

 

ПРО МИКОЛУ

Знал я шофера Миколу!
Ездил туда и сюда.
Мог по горам и по долу,
Даже не глядя, куда.

Славный был парень Микола.
Знал он любой поворот.
Слаб был до женского пола,
Если соседка не врет.

Помню того я Миколу.
Парень, скажу – хоть куда!
Пили мы с ним кока-колу,
Только не помню, когда.

Ездил неловко Микола.
Нет у соседки ворот.
То ли не та кока-кола,
То ли Микола не тот.

 

ВОСТОРГ БОЛЕЛЬЩИКА

Сборной России
по художественной
гимнастике

Золотые девочки России!
Поздравляю вас издалека!
Ничего не видел я красивей!
Вы легки, как в небе облака!

Так играть мечом или булавой,
Думал я, лишь прадеды могли!..
Купола столицы златоглавой
Победить вам в танце помогли!

Как всегда – интриги и коварство!
Ну а вам сражаться – что играть!
Две медали взяли без лукавства,
Где одну хотели отобрать!

Там и судьи сами обалдели –
Вероятность ноль и ничего!..
Даже тот компьютер,
                         в самом деле,
Покорен был вашим мастерством!

Золотые девочки России!
Эта радость – память на века!
Ничего не видел я красивей,
Чем березки, вы и облака!

 

НАСТРОЕНИЕ

Веселые птицы – сороки!
Резвятся на белом снегу.
Недаром они – белобоки.
Пожалуй, я тоже могу…

СТИХИ И ВИНО

Стихи читаю – как вино!
Они похожи очень, но…
Вино на вечер только,
Стихов – и завтра столько.

 

БОГАТЫРСКИЙ БРЕД

Я захлеб… я кричу, утонуть не хочу.
Мне бы крыль… — полечу,
                                 мне летать по плечу!
Но в болоте по самое горло торчу.
И ногами сучу, и судьбу сволочу,
Перебитый хребет по грязи волочу.
Но совсем не от бо… от досады рычу.

Ничего, ничего, погодите — взлечу.
Я еще посмеюсь, бубенцом зазвучу.
Как я сделаю это, пока умолчу.
Но на бис цирковой номерок отмочу.
Да такой, что куда циркачу-трюкачу!
Я боюсь, не по силам и мне, силачу…
Но такой вам концертик еще закачу –
Даже дальние волости вскинутся:
                                            «Чу!..»
А пока что взахлеб над собой хохочу.
И не ждите, что вдруг навсегда замолчу.
Я служивому гаду хвоста накручу!
Я Горынычу все головешки скручу!
Я от сладкой житухи его отлучу.
Да и с жизнью самой, повезет – разлучу.

Смертоносные раны, как пить, залечу.
Доползу, и живою водою смочу.
И усы, и уста в роднике обмочу.
Шалунишки-нервишки свои подлечу.
И не раз, и не два приложусь к калачу.
Я быка, или двух, целиком заглочу.
Копьецом подхвачу, посолю, поперчу…
А потом на десерт уплету и бахчу.
Я Кощея, злодея, конем затопчу!
Я его сухоту размочу, замочу!..

Не хвалюсь, не боюсь,
                             как хвачу первачу,
Так ручища сама прилипает к мечу.
И собакам на корм кого хошь измельчу!
Только впредь алкоголь я себе запречу.
Или как – запрещу? Я потом подучу.
Уж поверьте потомку Ильи – Ильичу.

Я полями, лесами тараном помчу!
В пух и прах разнесу я тюрьму-каланчу!
И в объятья невесту свою заключу!
Я свою ненаглядную оззолочу!
Я восстану из грязи назло палачу!
Поднимусь,
             приложившись к святому ключу!
Из корчажки, бадейки себя окачу,
Встрепенусь, подбоченюсь, усы закручу.
Сто улыбок – и все для нее излучу.
Я от жизни, что надо, сполна получу!
И от счастья для всех самовар вскипячу.
Всем церковочкам маковки поззолочу.
Непрерывно трубить прикажу трубачу,
И сердечно скрипеть -
                            ловкачу скрипачу.
Лишь не будет веселья Кощею-рвачу.
Я его, может быть, навсегда огорчу.
В домовинку, в конце-то концов,
                                              вколочу.
По закону! – Повестку сначала вручу.

Я ее хоть сейчас за полчас настрочу.
Постараюсь, хоть грамоту только учу.
И печать присобачу, налив сургучу.
А читать не легко – наизусть заучу.

Не сочтите – в бреду языком молочу.
Мол, в болото упал, вот икру и мечу.
Отелиться слабо, лишь красиво мычу.
Как на гуслях Садко, для услады бренчу.
Или словно волхвы – от бессилья ворчу.
Для бравады, что в пятки ушло, щекочу.
Соловьем заливаюсь, мурлычу, журчу,
Просыпаюсь, гляжу – не живу, а влачу.
Умолкаю, надувшись, подобно сычу,
Чернотою лица уподобясь грачу.
И опять – завываю, шепчу, лепечу.
Как сорока в лесу на ветру стрекочу.
Не в себе я себе перспективу черчу!
Хорошо нарисую – оденусь в парчу.
Не пустую я бочку, ребята, качу!
Я на славу себе капитал сколочу!
Излечу аллергию людей к кумачу,
На благие порывы расценки взвинчу.

Перво-наперво меч кладенец наточу!
Только вот отыщу, подлатаю кольчу…
Распрямлюсь, изловчусь,
                            и на Сивку вскочу!
Я жар-птицу девицу себе ворочу!
Я Кощея людей уважать научу!
Налечу, наскочу, поперчу, растопчу!..
Со второй-то попытки уж не пролечу.
И кусок пирога у судьбы отхвачу.
Мы еще поглядим — кто на пир,
                                          кто к врачу.
Это что там опять я под нос бормочу?..

Для начала задачку себе облегчу!
Я там каждый кирпичик
                              сперва простучу.
Все устои, столбы надфельком подточу.
И заклепки, и клепки вчистую сточу.
Поднатужусь,
               фундамент плечом сворочу.
Безусловно,
               сигнальный трезвон отключу.
Я отмычки, кусачки с собой прихвачу.
Обесточу, зачищу, спаяю, включу.
Пусть охрана – шесть глаз,
                                   я момент улучу,
Проскользну в растреклятый дворец
                                                 по лучу!
А заметит, так враз промеж глаз
                                            засвечу.
Змейгорынычу — ух! –
                           по башкам настучу!
«Почтальон! От винта!..
                           Телеграмма хрычу!..» -
Не в окно, так во дверь,
                              и врасплох захвачу.
Самого и прислугу моментом скручу.
И бессмертных от смертных
                                   легко отличу.

И кого уличу, в железа облачу.
На арест и на обыск бумагу всучу.
Все по-честному! Я никогда не ловчу.
На ступеньках в тюрьму
                              фонарем посвечу.
Преступлений его разорву чесучу!
Я его за бессмертие точно схвачу!..

Все дела и делишки его раскручу.
И в бессмертных,
                    и в смертных грехах обличу.
Уж для этого я рукава засучу.
Я его на пожизненный раззоблачу!
И в преступной невинности иззобличу!
Я рентгеном Кощея сто раз просвечу!
Не беда, если досмерти вдруг облучу.
С бесконечностью точно тогда обручу.
Чтоб улики собрать,
                          хоть весь свет облечу!
За услугу я Бабе Яге заплачу.
Даже орден за это на грудь привинчу.
Нет, уж лучше я это другим поручу.
Ну а если откажется «Эх, прокачу!..»
То медальку на шею – и в реченьку Чу.
Да шучу я, шучу! Покажу лишь камчу,
И «Лечу я, лечу!..» — куда я захочу.

Я в свидетели всю нищету ополчу!
Пострадавших, как я, охвачу и сплочу.
Проучу я Кощеюшку, ох, проучу.
Быть скупцом, подлецом
                              не к лицу богачу.
Вот об этом я пел, и опять щебечу.
Ну а если чего, так поставьте свечу…
Я вам после с лихвою расход оплачу.
А сейчас отдохните, и я помолчу.

 

ДЕТСКАЯ ИСТОРИЯ

Речушка, деревенька, ну и лес.
И не было там сказочных чудес.
Грибочки, земляника – как всегда.
Деревья попадались иногда.
Однажды я от сверстников ушел,
И яблоньку хорошую нашел.
Не крупные, но сладкие, как мед!
Ходил я к ней не прямо, а в обход.
Смеялись – он в колосьях заплутал.
А я и по ночам о ней мечтал.
Коней мы там пасли, варили чай.
И выболтал я тайну сгоряча.
А утром просыпаюсь – никого.
И екнуло сердечко у него.
Ну, то есть, у мальчишки, у меня.
И бросился бежать, как от огня.
И прямо на колени и упал.
Медведь ее как будто изломал.
И в сердце мне – тесак, или топор.
Наскрозь прошел заржавленный багор.
И ветки я, и листья целовал,
И слез своих горючих не скрывал.
И сразу как-то быстро повзрослев,
С печалью стал смотреть на юных дев.

 

МОИ СТИХИ

Мои стихи – не эпитафии,
А слепки точные мгновений.
Они – крупицы биографии,
Обрывки дум и вдохновений.

Свинцом залиты в типографии
Рубцы безумных увлечений!..
Стихи – скупые фотографии
Былых страданий и мучений.

 

РАЗГОВОР С ИНОПЛАНЕТЯНИНОМ

Вышел в поле и упал.
Видно, спьяну недоспал.
Вдруг откуда ни возьмись –
Вот возьми, да появись!
Чудо-юдо, рыба кит.
И на нашем говорит –
Мол, кранты, привет, салам.
Что в карманах – пополам.
Оценил я чистый гол.
Межпланетный Интерпол!..
Сразу паспорт показал,
Имя-отчество сказал.
Гражданин какой страны,
Кто соседи, друганы.
Ничего не нарушал!
Просто воздухом дышал.
Вера, нация, колхоз…
Есть, начальника, вопрос?
Ну, и сам, как на духу –
Дескать, мордочка в пуху.
Где, когда, за что сидел.
Только нынче не у дел.
А с женою помирюсь!
Не с Катюхой, а с Марусь…
«Ясно! — чудо в микрофон. –
Это клопик-пустозвон.
Разум точно на нуле.
Понял? Принято? Але!..»
Сел в тарелку – улетел.
Задом, стерва, повертел.
А чего же прилетал –
Я и думать перестал.
Ведь и сам я весь такой –
Ну не нравится покой!

 

ГОРЕ НЕ БЕДА

Между Зеей и Буреей
Объявился водяной!
И Ивановка деревня
Оказалась под водой.

И поля, и огороды,
И дороги, и леса…
Все Амурские народы
Поднялись под небеса!

Да сто лет бы не видать бы
Ни русалок, ни чертей…
Но играются и свадьбы,
И на крышах ждут гостей…

Понимаю, не до шуток.
И проблем – вот это да-а!..
Берегите там Анюток.
С ними – горе не беда.

По реке плывут диваны…
Дорогущие, небось.
Ну а как вообще, Иваны?
Паникуешь – это брось.

Жалко, связь уже прервалась…
Интернет! – Пиши, браток!
Ну, чего-то вдруг прорвалось –
Я приеду на годок.

Я служил у вас когда-то,
В том районе, верь – не верь.
«Аты-баты, шли солдаты…»
Обходилось без потерь.

 

НЕЗАБЫВАЕМАЯ

Я тайну эту буду пить,
Как мед волшебной ночи!
Прости, не клялся я любить,
Но сладко было очень.
Ласкал твою губами грудь,
И млел в плену восторга.
Такую грудь, соском вовнутрь,
Я помнить буду долго.

 

НАДЕЖДА

Чем дальше, тем труднее повстречать
Единственную нежную подругу.
У всех свербит прошедшего печать,
И жизнь идет в разнос, а не по кругу.

Концы связать не каждому дано.
Порою это просто невозможно.
Все лучшее потеряно давно,
И кажется, все нынешнее – ложно.

Но нервам не давайте каменеть.
Ошибки неизбежны, как ученье.
Не хочешь, а придется поумнеть!..
Пройдя через душевные мученья.

И сердце неразбитым сохраня,
Желающим и требующим биться,
Поймаешь ты и белого коня,
И счастья перепуганную птицу.

 

ЛЕТНЕЕ МГНОВЕНИЕ

Девушку из Западной Кореи
Встретил я в Бишкеке невзначай.
Лучшая картина в галерее!
Самый чудодействующий чай!

Западная Корея –
Девушка зрелых лет.
Западная Корея –
Краше ну просто нет!

Девушка из Западной Кореи –
Парусник веселый на волнах!
Вымпелы призывные на реях,
Солнечные вспышки в бурунах.

Западная Корея –
Гибкая, как тростник.
Западная Корея –
Просто души пикник.

Девушка из Западной Кореи –
Ветер припозднившейся весны.
Светом разливающимся греет,
Входит в расцветающие сны.

Западная Корея –
Сказочная страна.
Западная Корея
В каждой ночи видна.

 

УГОРАЗДИЛО

Захотелось мне стать поэтом!
До утра пребывал я в этом.
Расстишился о том, и этом…
Заработаю, думал – где там!
Наперед бы узнать об этом.

 

НИ О ЧЕМ

То ли глянул неумело,
Что-то небо потемнело.
Мечут молнии не глядя
Расфуфыренные тучи…
Ни теплиночки во взгляде –
Ну скажи мне, чем ты лучше?
Я бреду, тропы не видно.
То не слово, что обидно.
На душе цветет репейник,
Яд змеи течет гремучей.
Давит пыточный ошейник…
Ну скажи мне, чем ты лучше?

Пью противную настойку
За чужую неустойку.
Из доступных в баре женщин,
Обнимаюсь с самой худшей –
До упаду, и не меньше!..
Ну скажи мне, чем ты лучше?

 

МИНУТНАЯ СЛАБОСТЬ

Спасибо, люди! Научили!..
Уму и разуму меня.
Такую азбуку всучили –
Похлеще адова огня!
За тыщи лет существованья
Изжить плохое не смогли!..
Прощенья нет вам, оправданья,
И уж тем более – любви.

 

ТУРИСТ

Я приехал из Германи.
Мне сказали:
              «Мани-мани…»
Я из Мюнхена! Туриста!
«Далеко-о… За это – триста».
Я подумал, что бандиты.
Оказалось – просто гиды!
Кое-как договорились,
На джайлоо покатились.
Два раза авто ломайся.
Мне сказали – любовайся!..
Я смотрел сперва налево –
Двести евро улетело.
Справа был гора повыше,
Гид сказал:
             «Четыре тышши».
Сомневался я, кричала.
Две скостили – полегчало.
На коня когда вскочился –
Сильно тоже облегчился:
Сто – туда, семьсот – обратно.
Но упал зато бесплатно!..
Только больше я не дурак –
Лучше в космос с Байконура.
Кыргызстан – страна бога-ата!
Надо денег многовато.

 

УДИВИТЕЛЬНОЕ СЛОВО

Я слышу глади мягкий всплеск,
И вижу брызг веселый блеск.
И рыбка – гласная одна,
В шести согласных – как в волнах.

 

О СЛОВАХ

Как много говорим мы,
Как мало доверяем.
По жизни пилигримы,
Свой путь мы попираем.
Дивимся откровенью,
Не слышим состраданья.
И преданы забвенью
Все истины преданья.
Утоптаны словами
И площади, и души,
И вянут ковылями
Не только наши уши.
А слово – это дело,
А слово – это чувство.
Сказать, чтоб все запело –
И вера, и искусство!
И снова я, и снова
Прочту высоким слогом:
«В начале было слово…
И слово было богом».

 

НАБРОСОК

На стенке у меня «Девятый вал».
В похожих ситуациях бывал!
Порою как навалятся дела –
До крови искусаешь удила
А тут еще начальствующий риф.
И кружится под солнцем черный гриф...
Ну – вдребезги! И якорем ко дну.
Но чувствую внутри себя волну.
Встает она и дыбится стеной.
И ветра завывание – «не ной».
Цунами небывалой высоты!
И я уже с опасностью на «ты».
В опасности чужие корабли!
Отвалятся штурвалы и рули.
Все мачты и шпангоуты снесу!
Эскадру на паркеты разнесу!
Пираты, недотепы, дураки –
Спасайте ваши души-рундуки!..
Я нервами сейчас нарисовал.
Но — в рамке у меня девятый вал.

 

ДОГАДКА

Не трогай галса!
Не трогай веры! –
Мужчины с Марса,
А женщины с Венеры.

 

(ВНИМАНИЕ! Выше приведено начало книги)

Открыть полный текст в формате Word

 

© Мокин А.И., 2013

 


Количество просмотров: 853