Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Малая проза (рассказы, новеллы, очерки, эссе) / — в том числе по жанрам, Художественные очерки и воспоминания
© Кадыров В.В., 2007. Все права защищены
© Издательство «Раритет», 2007. Все права защищены
Произведение публикуется с письменного разрешения автора и издателя
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Опубликовано: 18 ноября 2008 года

Виктор Вагапович КАДЫРОВ

Конорчек

Рассказ о красотах нашей страны – о сказочном ущелье Конорчек, чьи виды не уступают пейзажам из легендарного фильма «Золото Маккены». Из сборника «Коровы пустыни»

Из книги: Кадыров Виктор. Коровы пустыни. — Бишкек: Раритет, 2007. — 280 с., илл.
УДК 82/821
ББК 84 Р7 ‒ 4
  К 13
ISBN 978‒9967‒424‒55‒5
К 4702010201‒07

 Поразительно, что наши люди не знают своей страны, в которой родились и прожили жизнь. В городах, правда, есть какое-то представление об истории и географии родной земли, но оно довольно поверхностное. Покажи нашим людям фотографии природы разных уголков Кыргызстана, у них рты откроются: «Где это, неужели у нас?!» А чтобы попутешествовать по Отчизне – о том и речи быть не может! Всем подавай дальние страны, экзотики хочется. Как-то я ехал в Каракол со своим художником Эдиком Халмурзаевым, который родился и вырос на берегу озера Иссык-Куль. По дороге я рассказывал об истории тех мест, что мы проезжали. О Шелковом пути, по которому товары из Китая караванами везлись в Европу. О средневековых городах, некогда существовавших на территории нынешнего Кыргызстана в Чуйской и Иссык— Кульской долинах. О затонувших атлантидах нашего горного моря. О саках и усунях, чьи царские курганы до сих пор возвышаются в предгорьях, хотя прошло уже более двух тысячелетий с их возведения. Время поездки пролетело незаметно, хотя от Бишкека до Каракола путь не близок, около 400 км. Эдик слушал, удивленно посматривая по сторонам. Потом признался мне: «Как будто я еду по неизвестной стране. А ведь всю жизнь здесь прожил!»

Что говорить о тех местах, которые расположены чуть дальше дороги Бишкек-Иссык-Куль или Бишкек-Ош. Там сплошные белые пятна для горожан. Неизвестная планета.

А сельские жители, кроме своих окраин, ничего не видали. Для них и Бишкек, как для нас Москва. В лучшем случае один раз в жизни попадут.

Для того чтобы открыть для себя землю, на которой живешь, нужно просто желание и время. И тогда вы поймете, что удивительное и прекрасное рядом с вами. Киргизия разнообразна. В ней есть суровые горы и вечные ледники. Горные озера и еловые леса. Живописные ущелья и плодородные долины. Полупустыни и настоящие каменистые пустыни, высокогорные сырты и бедленды, на которых не растут ни деревья, ни растения.

Как-то мне позвонил Володя Шестопалов и сообщил, что у него пропадают три отгула. Я тут же предложил ему прогуляться в каньоны Конорчека. Дело в том, что один мой знакомый, Гена Кадацкий, художник, занимающийся обработкой камня и создающий из них ювелирные украшения, рассказал мне недавно, что обнаружил в этих каньонах окаменевшие яйца динозавров. Кроме того, он поведал мне жуткую историю о своей встрече со снежным человеком.

По словам Гены, ночью он был разбужен звуком тяжелых шагов вокруг палатки. Кто-то топтался рядом и стучал оставленной посудой. Кадацкий в кромешной тьме лихорадочно нащупал рукоятку ракетницы, лежавшей в рюкзаке. Зажигать фонарь Гена не решался, что-то подсказывало ему, что делать этого не стоит. Шум и шорох за палаткой продолжался. Гена не торопился выглянуть из палатки и узнать в чем дело. Он судорожно прижимал к себе свое единственное оружие.

Внезапный сильный удар по тенту палатки, заставил громко забиться сердце Гены. Он едва удержался от желания пальнуть из крепко зажатой в руках ракетницы, вовремя сообразив, что находится внутри своего ненадежного жилища. Прошло немало времени, когда Гена понял, что около палатки уже никого нет. Опасливо выбравшись наружу, Кадацкий попытался оглядеться, но ночной мрак не позволил ему что-либо заметить. Зажечь фонарь Гена по-прежнему не решался.

И тут, неожиданно для самого себя, Кадацкий вскинул вверх дуло ракетницы и нажал на спусковой крючок. Раздался хлопок выстрела – и с громким шипением метнулся к небу сверкающий шарик. Мгновение и над горами повисла сияющая звезда ракеты. Она озарила все вокруг таинственным красным светом. Приблизительно в ста метрах от палатки Гена увидел бредущую фигуру странного человека. Тот был высок и слегка согбен. Крутые покатые плечи, длинные руки и коническая большая голова неприятно поразили Кадацкого. Он уже сожалел, что не дал существу спокойно уйти. В неверном свете ракеты ему показалось, что дикий человек остановился, оглянулся и пристально посмотрел на Гену. Кадацкого заколотила дрожь. Свет ракеты, задрожав, погас, все вновь погрузилось во тьму. Кадацкий нырнул в палатку. Это было единственное его укрытие. Трясущимися от волнения пальцами Гена зашнуровал вход. Он сидел, сжимая в руках уже бесполезную ракетницу, других зарядов у него не было, и прислушивался к шорохам и звукам, доносившимся снаружи. Больше его в эту ночь никто не потревожил.

Я, конечно, мало верил в эту историю, так как проверить ее правдивость не представлялось возможным. Но Гена принялся горячо убеждать меня в том, что следов присутствия снежного человека в ущелье Конорчека полно: он видел собранные ветки и пучки трав, устилающие дно лежбищ, какие-то подозрительные экскременты и тому подобное. Я ему отвечал на это, что у страха глаза велики. Но в окаменевшие яйца динозавра и в то, что их можно было отыскать, я верил. Гена нарисовал мне подробную схему. В одном месте обнажились пласты мелового периода. В них было полно различных окаменелостей, в основном, раковины моллюсков.

Когда я сообщил Шестопалову о древних находках Кадацкого, Володя с радостью согласился на поездку в Конорчек.

Путь туда начинается с Боомского ущелья. Место, где шоссе переходит с левого берега реки Чу на правый, называется «Красный мост». Видимо, мост через реку когда-то был действительно окрашен в красный цвет, и название местности уже стойко закрепилось. Выход из ущелья, которое расположено по левому борту Боома, рядом с «Красным мостом», перегорожено высокой плотиной. Она защищает трассу на Иссык-Куль от возможных селей.

Мы с Шестопаловым прошли по этому боковому ущелью, с трудом передвигаясь по вязкой красной глине, принесенной разлившимся после дождя потоком. Глина цеплялась за подошву нашей обуви, и мы, словно водолазы в свинцовых ботинках, медленно впечатывали свои шаги вдоль русла небольшой речонки.

Далее наш путь пролегал по каменистому дну узкого ущелья, которое вливалось в основное слева по ходу. Небольшой подъем на пересохший водопадик по скалам, и мы попадаем в довольно тесный каньон. Следуя за его изгибами, через полчаса мы с Володей вышли в удивительную долину. За очередным поворотом, совершенно неожиданно для нас, стены каньона разошлись в стороны, открывая широкую панораму на таинственный город, выстроенный из красного песчаника. Возвышались многоярусные «небоскребы», «дворцы», «башни». Хотелось верить, что это руины какого-то древнего города, но он был создан игрой ветра и воды.

На одном из склонов стоял выветренный уступ, напоминающий фигуру женщины, которая встречает всех приходящих посетить это царство Эола. Обходя ее, пристально глядящую в даль, мы заметили странную трансформацию облика монумента. Он все больше и больше напоминал чью-то голову. Посмотрев на уступ с противоположной стороны, мы поняли, что он похож на гигантскую голову сфинкса.

Рядом с ним взметнулись к небу два высоких, около 15-20 метров высотою, фаллосообразных столба. Сходство довершалось наличием скругленных шапок на их верхушках и продольных и поперечных полос, которые, словно вздувшиеся вены, охватывали стволы обоих башен.

Полюбовавшись на эти нерукотворные монументы, мы двинулись дальше. Было еще раннее утро. Но допущенные нами ошибки отняли у нас все оставшееся время до вечера.

Первая ошибка заключалась в том, что я оставил подробную схему, начертанную рукой Гены Кадацкого, дома. Вторая состояла в том, что я решил, что мы и так найдем дорогу в каньоны Конорчека. Я ожидал, что туда нас приведет тропа, которую протоптали туристы.

Как оказалось впоследствии, мы благополучно миновали то место, где должны были круто повернуть от дороги, по которой мы шли, вправо и выйти на верх гребня. Мы же, следуя за рельефом местности, по небольшой долинке вышли к реке Конорчек.

Когда я понял свою ошибку, мне вспомнились слова Гены, который предупреждал нас, что вдоль русла реки Конорчек дороги нет. Он заклинал нас не следовать этим путем, поскольку это займет минимум двое суток и отнимет все наши силы. Но делать было нечего. Во-первых, мы не знали правильной дороги к каньонам из-за отсутствия карты и схемы. Во-вторых, в нас теплилась надежда, что все-таки мы идем нужным путем, а подъем от реки будет дальше.

Поэтому, отыскав подобие тропинки, мы смело двинулись вперед. Вскоре наш путь уперся в скалы. Пройти по ним не было никакой возможности. Противоположный берег был значительно положе, и мы приняли решение перейти речку вброд.

Хотя воды было нам по колено, поток был быстрый, и приходилось прилагать значительные усилия, чтобы преодолеть стремительное движение воды. Кроме того, волей-неволей надо было смотреть вниз, чтобы не споткнуться о крупные камни, от этого в глазах все неслось и начинала кружиться голова. Вода была холодна настолько, что, выскочив из нее, мы с Володей принялись усиленно массировать ноги. Их ломило от переохлаждения.

Мы надеялись, что тропа вскоре отыщется. Но через 20-30 метров ситуация повторилась: пришлось снова лезть в воду. Не буду дотошно описывать все наши переходы. Скажу лишь, что на пятый раз температура воды воспринималась нами уже нормально. А когда число переходов вброд достигло двух десятков, мы спокойно шли по воде, по грудь погружаясь в воду в тех местах, где поток огибал скалы. Перед нами весело выпрыгивала из воды потревоженная рыбья молодь, показывая, что воды эти обитаемые.

К вечеру, отчаявшись брести по ледяной речке, мы выбрались на склон ущелья. Тем более, что впереди доносился гул слетающей с крутых порогов воды. Видимо, дальше идти по реке было невозможно. В этом месте с обеих сторон ущелья высились каменистые осыпи. Они буквально обрывались вниз с пологих площадок, расположенных на значительной высоте над руслом реки. Мы решили подняться на них.

С трудом, выбравшись на склон, так как силы наши были растрачены на борьбу со стремительным потоком и непроходимыми зарослями вдоль реки, которые усложняли наше движение, мы, наконец, увидели впереди цель нашего путешествия.

В теплых лучах заходящего солнца светились почти красным светом стены гигантских каньонов. Среди зеленых склонов гор узкие ущелья каньонов казались кровоточащими ранами на теле земли. Возле входа в первый каньон виднелось небольшое строение, покрытое камышом. Вокруг по склонам громоздились стены из красного песчаника. Их причудливый вид опять вызвал в душе смутное ощущение, что перед нами таинственный заброшенный город. Может быть, это похоже на то место, в котором искали сокровища индейцев герои фильма «Золото Маккены»? Или это действительно руины неизвестной цивилизации?

Уже в темноте мы с Володей поставили палатку, недалеко от глиняной хижины. В ней самой ночевать мы не стали: внутри было пыльно и чувствовалось, что жителей в ней давно не было.

Ночное небо поразило своей глубиной и количеством звезд. Володя, всю жизнь интересовавшийся астрономией, не сразу отыскал знакомые созвездия. В городе такого неба не увидишь. Огорчало лишь то, что обзор был ограничен подымающимися вокруг склонами гор.

Ночь была тихая, а, может быть, утомленные дневным переходом, мы спали как убитые и не слышали, что творилось вокруг.

Утром мы прогулялись по первому каньону. Вертикальные стены более сотни метров высотой, казалось, несли на себе следы человеческой обработки. Там виднелись колонны, тут мерещились арки. Трудно было поверить, что это трудилась Природа.

На следующее утро нас должна была ждать машина у «Красного моста». Мы не были уверены, что быстро найдем правильную дорогу обратно. Тем более, что, проходя по дну каньона, мы не увидели хоть какого-нибудь выхода из него. А спускаться опять по дороге, по которой мы попали сюда, желания у нас не было. Поэтому, как ни сильно было наше желание найти яйца динозавра, нам пришлось искать возможный путь назад.

Мы с сожалением покидали дикий, но красивый мир красных каньонов, пообещав друг другу, что непременно вернемся сюда и попытаемся проникнуть в тайны, сокрытые в этих каньонах.

Тропу отыскали мы довольно быстро, хотя, перевалив через гребень, опять заблудились и попали в верхнюю часть «города» из красного песчаника, покой которого охраняла голова сфинкса-женщины. Спуститься вниз в каньоны без веревки было нельзя, обойти вертикальные стены тоже не было возможности. Нам пришлось вернуться назад на гребень и искать другой путь.

Сверху нещадно палило солнце. Запасы нашей питьевой воды быстро таяли. Мы поднимались с рюкзаками. Подъем был крут, и пот лился градом. Организм требовал восстановления водного баланса. Мы плелись, сжигаемые немилосердным светилом. Вокруг, насколько хватало глаз, не было ни одного укрытия от его не знающих пощады лучей. Лишь однажды, когда мы спускались в «город» красного песчаника, нашему изнуренному взору предстал небольшой гротик в стене. С трудом втиснувшись в него, мы получили небольшое отдохновение от ставших ненавистными солнечных лучей. Допив остатки воды, мы продолжили спуск. Тогда мы еще не знали, что придется возвращаться наверх.

Выбравшсь из лабиринтов, мы подошли к сфинксу. В каньонах воды не было. Но там были хотя бы кусты шиповника. Мы рухнули под один из них, сумев укрыть в его тени лишь голову и часть туловища.

Володя, будучи человеком начитанным и применяющим теорию на практике, подумав, глубокомысленно произнес: «Здесь должна быть вода». Мы начали копать яму на дне каньона. Вскоре, действительно, показался водоносный пласт. На дне нашей лунки появилась вода. Но она тут же стала просачивалась глубже, и мы, облизывая пересохшие губы, с досадой смотрели на влажное дно ямы.

Находчивый Шестопалов воткнул в тоненький водоносный пласт дощечку, и по ней вниз потекла небольшая струйка воды. Низ ямы мы покрыли целлофаном. По прошествии нескольких минут мы имели кружку мутноватой, но зато такой вкусной живительной влаги.

Немного утолив жажду, мы усовершенствовали нашу водную добычу. Углубив яму, мы смогли туда поместить нашу пятилитровую баклажку. Вскоре водой мы были обеспечены вполне.

Ночь, проведенная у подножия песчаного города, была великолепной. Наша палатка стояла на открытом возвышенном месте. Погода была хорошая. На небе – ни облачка. Прозрачность воздуха была идеальной. Казалось, что далекие звезды освещали землю призрачным светом. Был август и время метеоритного потока. Падающие звезды прочерчивали по бархатному небу свои яркие линии, которые начинались в созвездии Льва и разлетались в разных направлениях. Жаль было, что пик интенсивности «звездного дождя» прошел за три дня до нашего похода в Конорчек. Это было бы, вероятно, грандиозное зрелище.

Однажды я наблюдал столь же красивое ночное небо. Это было на берегу Иссык-Куля. Была ранняя весна. Мы с женой поставили палатку на пустынном берегу. Вокруг нас на большом расстоянии не было жилья. Ночной мрак не нарушал ни один источник света. Кроме мерцающего звездного неба. Именно мерцающего. Но не из-за звезд. Они-то горели ровным спокойным светом. Небесный свод представлялся не очень далекой сферой, сплошь усеянной игольчатыми светильниками.

Мерцали искусственные спутники. Их было так много, что невольно охватывала гордость за человечество. Люди уверенно осваивали космос. Спутники летели в разных направлениях. На разных высотах. С разной скоростью. Они мерцали, вращаясь на своих орбитах, пуская в разные стороны солнечные зайчики. Одни спутники исчезали, и тут же появлялись другие. Небо показывало нам великолепное космическое шоу. Его невозможно наблюдать в городах, над которыми постоянно висит смог, вызванный человеческой деятельностью. Не всегда это увидишь и вдали от них. Тут должно быть исключительное стечение различных обстоятельств, включая отсутствие Луны. Мы с женой стали теми везунчиками, которым удалось наблюдать этот спектакль. Мы стояли молча, задрав головы к небесам, ощущая себя маленькими частичками необъятной Вселенной. Мы были счастливы, что находимся в это мгновение на берегу озера. Тишину нарушал лишь тихий плеск сонных волн. Наверное, в недалеком будущем, все берега Иссык-Куля будут застроены пансионатами и отелями. Будет звучать музыка, будут раздаваться веселые голоса отдыхающих, и пустынный ныне пляж озарится разноцветными огнями фонарей. Это очень нужно для развития туризма в нашей стране. Но вместе с тишиной исчезнет и это мерцающее близкое небо. Для того, чтобы встретиться с ним, придется забираться еще дальше в горы, туда, где нет накатанных трасс и шоссе.

Мы с Шестопаловым стояли одни посреди гор в три часа по полуночи. С неба сыпал «звездный» дождь, а мы даже не загадывали исполнения своих желаний. Все, что мы сейчас хотели, уже осуществилось. Несмотря на то, что мы не нашли ни снежного человека, ни окаменевших яиц динозавра. Это будет нашим следующим приключением. В этот раз нам и так перепало немало.

 

Скачать текст книги «Коровы пустыни»

 

© Кадыров В.В., 2007. Все права защищены
    © Издательство «Раритет», 2007. Все права защищены
    Произведение публикуется с письменного разрешения автора и издателя

 


Количество просмотров: 2692