Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Малая проза (рассказы, новеллы, очерки, эссе) / — в том числе по жанрам, Эссе, рассказы-впечатления и размышления
© Игорь Миясаров, 2013. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 23 июля 2013 года

Игорь МИЯСАРОВ

Тихие ощущения, или волны жизни

Цикл прозаических миниатюр.

 

Летний день

Еремеев вышел на улицу и стоя на остановке, постепенно ощущал и осознавал приятную перемену в погоде. После предыдущих дней с их вязкой, иссушающей, иногда обжигающей жарой, на смену низко стоявшему безжалостному солнцу пришёл южный ветер, впитавший в себя сладкие запахи елей и хвойных деревьев. Еремееву хотелось закричать всем вокруг: «Люди, люди, истинно, истинно говорю вам, сей ветер с гор является подарком неба», и представив, как люди смотрят на него, как на сумасшедшего, округлившимися глазами, Еремеев тихо ухмыльнулся. Ему хотелось преодолеть все условности и барьеры и плыть по небу вместе с этим освежающим ветром. Он постоял немного на обочине дороги, местами кочковатой и помеченной тёмными пятнами машинного масла – мазками неизвестного абстракциониста. Затем, услышав шум разговора, Еремеев отошёл вправо. Через дорогу на него смотрели невысокие смирные ели и страстные, исступлённые дубы.

Вода цвета какао равномерным потоком лилась в арыке, и наклонившиеся в воду растения сливались с ней в долгом жадном поцелуе. Еремеев слушал фугу летнего дня, где ровный плеск воды был контрапунктом к нараставшему и затихавшему шуму автомобилей. Вскоре беспокойно зашелестели деревья. Короткими мелкими уколами накрапывал дождь. Подъехал микроавтобус и Еремеев с чувством упоения отправился по делам в центр города.

 

Грёзы Алика

В середине лета в предгорье царит освежающая погода. Идя по городу, Альберт чувствовал, как жара вязкой паутиной обволакивает его и не даёт дышать, но по мере того, как дорога поднималась круто вверх, он словно вылетал птицей на волю из городской клетки, чтобы глубоко и широко вдохнуть лёгкими чистый, сохранивший запах недавнего дождя воздух. И удивительно менялась природа, или её восприятие Аликом. В городе деревья, кусты, листья казались сухими, картонными и неживыми, а здесь, в горах, каждая травинка, каждое деревце, каждое растение ощущал он как родное, и оно делилось с ним в ответ с ним своими соками жизни, отчего и воздух становился ещё чище, и дышалось свободнее.

Въехав в охраняемую зону, проехал несколько километров по дорогам цвета зебры микроавтобус. Из него тут же высыпали девять человек – сотрудники фирмы, в которой служил Алик, последним неторопливо выкатился и он, продолжая мечтательно смотреть на голубое, отливающее фиолетовым цветом небо.

Он представил себе эротический артхаус в воображении – вот камера с верхотуры, то есть с самого верха центральной из здешних скалистых гор, снимает зелёный пейзаж. Статичный план и тут любовники приходят, снимают с себя одежды, предаются утехам, одеваются и уходят обратно, а и ещё десять минут в кадре природа. В этот момент все его органы чувствовали сладкое томление.

 

Случай из жизни Невзорова

Однообразная череда серых морозных дней сменилась приходом яркого весеннего солнца, которое сегодня освещало руки, жилистые и морщинистые руки Невзорова. Он, наконец, смог предаться медитации после месяца безостановочной работы, пахоты на износ, как говорили в молодости его друзья. Сегодня наступил лучший день для него в году, в этом трудном и нервном, полубредовом году, где Невзоров не мог отличить сон от яви. Сны были будничными и монотонными, а окружающая жизнь дарила ирреальные сюрпризы. Как, например, прошлым вечером, когда он с дружками сидел в кафе за кружкой холодного пива, и в дальнем углу заведения началась перебранка крепко подвыпивших посетителей. Один из них, мужлан с раскисшими глазками и обрюзгшим лицом, окаймлённым щетиной и покрытым ровным "ёжиком", не зная, что ответить на оскорбление, вдруг страшным движением рта оскалился, сделал прямоугольный рот, и с ужасной гримасой попёр на оппонента, перевернув стол со всем содержимым , оказавшимся через секунду на одежде обидчика, молодца телом с кабанью тушу и неподвижным, колючим, немигающим взглядом. Охранник выхватил невесть откуда взявшийся пистолет и выстрелил в воздух. В ответ быстрее начали мчаться машины, лай голодных ощетинившихся псов заставил стороны временно прекратить противостояние и спасаться бегством. Такие дела в захолустном городке. Невзоров прокрутил этот сюжет взад и вперёд, в ускоренной, а потом в замедленной съёмке, и лёг спать, чтобы снова увидеть сон, в котором он медленно уходит на работу, вечером уползает с неё, готовит ужин, выполняет супружеский долг и погружается в объятия Морфея.

 

Мгновения 

Ночь медленно отступала. Предрассветные блики неуловимо скользили по столикам. Бар был почти пуст, только трое посетителей ещё не ушли домой — двое из них расположились в самом углу и перекидывались пьяными словами друг с другом, а третий сидел у барной стойки и медленно пил из бокала виски. Он приходил в бар каждую пятницу и заказывал себе этот напиток. Под утро, когда он выпивал достаточно много, и на его лицо падал предутренний свет, оно казалось мятно-жёлтым. В промежутках между глотками он смотрел на пространство перед собой. Затем он увидел официантку, убиравшую грязные бокалы со столиков и остановил свой взгляд на ней. Она подошла к единственному занятому столику и участливо спросила, чего те желают. Клиенты были так пьяны, что только с четвёртой попытки она смогла понять, что они просят её принести счёт. Расплатившись за напитки и оставив чаевые, они чмокнули официантку и отправились домой, придерживая друг друга.

Фамилия третьего посетителя была Найдёнов. Он ещё не хотел уходить. Он допил свой бокал виски и теперь пристально смотрел на официантку. Кроме них в внутри был только бармен, но он исполнял здесь функцию то ли манекена, то ли робота, исполнительного, точного в своих действиях и незаметного. Претензий к нему со стороны клиентов не было. Интереса, впрочем, тоже.

Официантка Зина работала в баре уже третий месяц. Было видно, что она из не очень благополучной семьи. В её глазах, как у бездомной собаки, постоянно читался испуг, а когда владелец бара пару раз кричал на неё, что она подала клиенту не тот коктейль, она сжималась от страха и была похожа на котёнка, на которого движется самосвал. Найдёнов хотел за неё заступиться, но его бесконфликтная натура помешала ему выступить. Он даже испытывал в душе непонятное озлобление и радость при виде этого. Заслужила, раз пришла сюда, чай, знает, не в богадельню работать пришла. Тем не менее, она не выходила из его головы. Он не решался заговорить с ней, и они лишь иногда перекидывались взглядами, но любому, кто стал бы свидетелем их рандеву, стало бы ясно, что внутри этого перегляда была заложена мина, и взорвётся она счастьем или скандалом, не мог предсказать никто.

Сегодня Найдёнов заказал только один бокал и пил его мелкими глотками. Так он и снимал напряжение, глядя на неё, и сохранял ещё относительно трезвый взгляд. Наконец Зина подошла к нему, Найдёнов попросил счёт. Когда Зина исполнила его просьбу, он схватил её за руку. Она в испуге обернулась.

— Я бы хотел с вами встретиться.

Зина молчала, но по ней было видно, что ей было приятно его общество.

— Я живу здесь недалеко, снимаю квартиру. Можем встретиться в воскресенье. Тогда будет свободный день.

Её смена заканчивалась. Найдёнов проводил Зиночку скромной улыбкой.

 

© Игорь Миясаров, 2013

 


Количество просмотров: 959