Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Поэзия, Новые имена в поэзии; ищущие
© Любовь Некрасова, 2012. Все права защищены
Произведения публикуются с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата размещения на сайте: 26 июля 2012 года

Любовь НЕКРАСОВА

Любви очерчены границы

Подборка лирических стихотворений. Первая публикация.

 

И стынет душа...

Как холодно, зябко
И стынет душа,
А стон замерзает морозным узором.
Тебя отпускаю,
неслышно, любя,
Слова из снежинок растают укором…
Неслышно подкралась
Воровка-судьба
Тебя от меня заметая метелью.
А снег все идет
И тает мечта
Что в сердце, которое стало лишь тенью…

 

Уже другая

Нет, я уже не такая, как все,
И в глазах ни единой слезинки.
Нет печали на сердце, в душе,
Зарастают колючкой тропинки...

Твоя ложь, словно мед,
так и липнет,
Рассыпаясь осенним листом.
Может, к этому кто-то привыкнет,
Для меня уже все нипочем...

За тобой не помчусь
без оглядки,
Да и локти не стану кусать.
Где ты, где я, играем
Мы в прятки,
Вот... ошибочка вышла опять...

Не умру я , но стану сильнее,
Научил ты меня выживать.
Жизнь одна, терпеливее стала,
мудрее,
Жаль, года не вернуть, не догнать...

 

Любви очерчены границы

Любви очерчены границы...
Костров потухших чернота...
Застывшая тоска, чужие лица...
Нет жизни, милый, без тебя.

Сиянье звезд ночного неба,
Луны потухшей бледный взгляд.
Все для кого-то, мне нет дела,
Не повернуть, что было, вспять...

И жизнь, что лист — осенний, ржавый.
Как дождь с туманом, холода...
Как реки гор — нет переправы,
Как выжить в этой жизни без тебя?

Душа голубкой бьется, бьется...
Но сеть разлуки так прочна.
Лишь болью , эхом отдается-
Будь сильной, выживешь... одна.

 

Вновь примеряю бархат ночи

Вновь примеряю бархат ночи,
Вуаль из дымки,с еребра...
Пусть ворон мрак пророчит...
И снов безумных череда...
Озноб от холодности звезд,
И лунного движенья пустота...
Немой ответ, немой вопрос,
А в вену — острая игла...
Темно, и крик совы тревожен,
И рам пугающая немота...
В ладонь свечи огарок вложен,
Свечи, потухшей навсегда...
И сжато тело в бархат ночи,
Удушье, воздуха глоток...
И пляшет , пляшет между строчек,
Надежды слабой мотылек...

Пусть снова шорохи и страхи,
Ночных видений пляшущие тени...
Исчезнет все с зарей на плахе,
С рассветом канут все сомненья...

 

Стихи печальны и грустны

Стихи печалью дышат снова,
И разрывается тоскою слово...
Есть незаконченность в строке,
И слезные разводы на листке...
Вопросов больше, чем ответов...
И грусть в мелодии сонетов...
Обрывки фраз и многоточье...
И ревность, может быть, без почвы....
Извечная, гонимая любовь...
Пустые расставанья вновь...
Рыданья ночью под луною...
Покрыто будущее пеленою...
Вновь он ушел, она ушла...
В одни ворота вновь игра...
Разбиты судьбы, души— пепел...
Любовь ее он не заметил...
Наоборот — она горда...
А он страдает как всегда...

Слезами пОлиты страницы...
Как жить, и чтоб не ошибиться...
Любовью все больны, что делать...
Нектар любви не переделать...

 

Лет прошло уже немало...

Лет прошло уже немало,
Но тревожит мысль одна:
Где же ты...
Искать устала,
Лишь одна со мной луна...
Та, что светит ленно в окна,
Безнадежно холодна.
Липкий взгляд ее на стеклах,
Боль разлуки...
Тишина...
Ей одной скитаться в небе,
Мне же...
Здесь листать года.
И грустить при лунном свете,
Жизнь сквозь пальцы,
Как вода...
Где же ты...
Опять печалюсь,
Не хватает мне тебя...
Сквозь стекло луны касаюсь,
Жить мне с ней-
Моя стезя...
Лет прошло уже немало,
Все проходит...
Боль пройдет.
Сколько мне еще осталось...
Где луна меня найдет...

 

Осень, ветер, жизнь...

Осень платьицем взмахнет,
Перелет
Птичьих стай, что в вышине,
На заре.
Закурлычат журавли,
Там, вдали.
Попрощаются с тобой,
И со мной.
Осень стукнет каблучком,
И волчком,
Ветерком сорвавшись лист,
Падет ниц.
Он, сорвавшись, закружит,
Полетит.
И под ноги упадет,
Жизнь уйдет...
Осень счет ведет годам,
Что же там...
Там, за зыбкою чертой,
Голубой...
Навевает она грусть,
Ну и пусть.
Может нам нужна тоска,
От дождя.
Раскрываются зонты,
Как грибы...
А по небу облака-
Города,
Проплывают как всегда,
В никуда...

 

Молодость мятежная

Постучи в мое окно
молодость мятежная,
Шанса нет, ведь ты давно
вьюгами заснежена.

На замерзнувшем стекле
вновь рисую пальчиком,
Расскажи мне обо мне,
и о нежном мальчике...

Нежный шепот на заре,
запах трав невинных,
Где ты, юность, где ты, где,
нет тех слов наивных...

Вьюга веткою стучит,
не найти ответа,
С молодыми вновь в пути
Затерялась где-то.

Мне на память, на стекле
серебром узоры,
Растворяюсь я в вине,
ты ушла так скоро...

 

Осень вновь растревожила мысли

Осень вновь растревожила мысли,
Отправляя в полет, в никуда...
Вновь копаемся в памяти жизни,
Той, что напрочь ушла, навсегда.
На изломе часов и событий,
Нежных встреч и досадных разлук,
Ждем чего-то, каких-то открытий,
Только ...жизни сжимается круг.
Осень четко расставит границы,
Прошлых лет и сегодняшних дней.
За теплом вновь отправятся птицы-
Одиноко-курлычащий клин журавлей.
Давят годы петлею незримой,
И осенней, дождливой порой,
Мысли вновь накрывают лавиной,
Что там ждет впереди, за чертой...

 

Я — тень твоя

Я — тень твоя, печальна , в черном фраке.
Всегда с тобой, но... только днем.
Теряю роль свою в ночном я мраке,
Там, где свеча прозрачная горит огнем.
Я за тобой, я рядом, может, выше...
Но дотянуться, нет возможности, увы.
Я тень твоя под солнцем и по крыше,
По водной глади, только нА воду взгляни.
И по асфальту молча, по твоим следам,
Как воск свечи я тихо растекаюсь.
Бреду я молча по вечерним городам,
С тобою рядом, к ночи... уменьшаясь.
И ты, от странствий, сгорбившись в плечах,
Устало ночи скажешь «здравствуй».
А тень запляшет при сгорающих свечах,
Еще момент и, как свеча, она угасла...

 

Она

Она любила красоту,
Любила нежно-голубое...
Но жизнь ушла вся в пустоту,
Разбилась волнами прибоя.
Мечта светилась голубым,
Еще жила, но... тлела...
И возраст, ветрами гоним,
Она уже совсем не грела.
И ей так грустно от того,
Что голубое станет серым...
Искрится белое вино,
Касаясь губ несмело...
А серое... уже вдали,
И наползает мрачной тучей.
Как в море тонут корабли,
Так и мечта-с обрыва, с кручи...
Ее сдержать, ее спасти,
Но тело... словно вата.
Случилось так, и, жизнь, прости,
Она ни в чем не виновата...

 

Разлуки

Наши разлуки, как листья осенние,
Желто-горячие, ржаво сухи...
Болью пропитаны, невыносимые,
Послеразлучные дни так пусты...

Время надломлено от безысходности,
Стрелки часов, как набатом в висок...
Нет нам пристанища, мы в невесомости,
Веры в надежду остыл уголек…

Словно цепями, разлуками скованы,
Не шевельнуться, как камень на дно...
Мозг воспален и, встретимся скоро ли,
Кроет нас, кроет, зимы полотно...

Болью разлуки нас хлещут, нещадно,
Сердце, изранив осколками слов...
Ищем следы новых встреч,но, напрасно,
Нас разметали порывы ветров...

 

Она ждала

Она его еще ждала...
Хотя, уже все вышли сроки.
И память в ней о нем жила,
Запнувшись где-то на пороге...

И два прибора ставила на стол,
Хотя, за ужином одна сидела.
И мысленно вела с ним разговор,
Но, а душа... она болела.

Постель стелила на двоих...
Хотя, спала, прижавшись к стенке.
За одиночество разлукой заплатив,
Состарилась у дома на скамейке.

А что же он... он не пришел,
Не через год, не через тридцать...
Но... Ангел вдруг его нашел -
Она ночами стала сниться...

 

***

Дней уже осталось мало,
Год уходит... не спеша...
На душе тоскливо стало,
Ускользают с ним года...

Погрущу с ним на дорожку,
Выпью молча при свечах.
И старье все вон, в окошко,
Стрелки тикают в часах...

Наведу порядок в доме,
Может быть, внутри себя...
Помирю друзей, кто в ссоре,
И прощу долги... любя...

Вспомню лучшее, что было.
А плохое... зачеркну.
Сердце бьется — не остыло,
Доброту в нем сохраню...

Все! Прочитаны страницы,
Год закроет свой журнал.
Дат и чисел вереницы...
Год состарился, устал...

Вещь мешок за плечи кинет,
Улыбнется мне и, в путь...
И под бой часов он сгинет...
Тихий шелест: «не забудь...»

 

Любимый

В твоих объятьях таю воском,
Держи меня, не отпускай.
Пусть даже буду для тебя наброском,
Рисунок этот никому не отдавай.

С тобою быть хочу я рядом,
Позволь, об этом помечтать.
Согреться под глубоким взглядом,
И птицу счастья синюю поймать.

Мне многого, пойми, не надо,
Дворцы и золото— все не мое.
Тепло души твоей — вот мне отрада,
И, понимание твое, что велико…

 

***

Она выстоять сумела.
Стрелою лживые слова
ЕЕ уже совсем не ранят.
Сумела, выжила она,
Игрушкою быть больше
не желает.
И все расставив по местам,
Вновь взвесив все:
и за, и против,
Она простила все врагам,
Спаслась, когда травили,
На охоте…
Но, взгляд ее зеленых глаз
Стал жестче и темнее.
А кожа — розовый атлас,
В броню одета, крепче
И, сильнее…
Не женщина, а воин на посту,
Всегда готова к обороне.
Нет больше нежности,
А доброту,
Оставила на пыльном перегоне.

 

Дрожь осенняя...

Дрожь осенняя с запахом пепла,
Лист прозрачный сжигают дотла.
По уставшему саду промчалась карета-
Воз осенних дождей серебра.
Стаи птиц запятнали все небо,
Удаляясь все выше и вдаль…
А на окнах дождинки несмело
Расписали стекло под гризайль.
Осень— это не марта капели,
Вместо звона, порывы ветров.
И леса, сбросив лист, поредели,
И поляны лишились ковров.
Где-то тонут закаты в туманах,
Серость дней, тишина и покой.
Осень, осень, в ней все без обмана,
Я прощаюсь, как прежде, с тобой…

 

Ночной порою в тишине...

Так тихо в комнатах, ночная тишина
Вползает медленно, походкой дикой кошки.
Уже, похоже, успокоилась душа.
Лишь по стеклу дождя сползают стежки.

Тоскливо, но душа не плачет, но и не горит,
Зарубцевались раны, хоть и глубокие, но все же…
Лишь ветер воет где-то там, вдали,
Да облака, что строят замки, нА небе все реже…

Спокойно стало на душе, а может — безразлично,
И не волнует больше памяти былая страсть.
От этой пустоты душа мертва и как-то непривычно,
Как будто время хочет часть ее украсть.

Под ветра вой и глядя в черные глазницы окон,
Себе я лгу, сама с собой наедине…
Проходят чередою дни… и их так много,
Я мысленно листаю их в календаре…

Часы устали, полуночный замедляя стрелок ход,
В окно пролился свет луны заблудшей.
Никто не постучит и в двери не войдет,
Но я привыкла — жизни нет иной и лучшей…

Все устоялось, мне жизнь иная не нужна,
Зачем к кому-то привыкать, ведь это больно.
Ну, а душа, как не крути, она обнажена,
Не биться ей, и не летать под небом вольно…

 

В преддверии зимы

Ну, вот, уж гонит со двора
Зима осенние мотивы.
И сожжены уже дотла
Листа осеннего картины.
И воздух стал намного свеж,
ОТ заморозков звонче…
Зима уже… ее за рубеж
И нить осенняя все тоньше…
Струна дождей оборвалась
И песнь ветров не слышно…
Погода, словно, затаясь,
Чего-то ждет… капризна…
Снуют бездомные коты,
Ища тепла в подъездах…
Дворы пусты без детворы,
Уснул трамвай на рельсах…
Умолкли птицы, тишина…
Висит над нами серость…
И вдруг… откуда белизна?
Снежинок пляска завертелась…
Летят, пушистые, с небес
Друг друга спешно обгоняя…
Не за горами ночь чудес…
ЕЕ мы Новым годом называем.

 

Умираю, как цветок

Я умираю, как цветок-
Без воздуха и без воды,
Дышать мне нечем…
Погублен нежности росток,
Печаль наполнила сады,
И плачет с грустью ветер…
Еще вчера была жива,
Под солнцем счастья весела,
Как птица щебетала…
Теперь, в пустыне я одна,
Иссохла кожа и тебя
Под вечер ждать я перестала…
Как вянет медленно цветок,
И смерть без жалости
Все лепестки его срывает.
Так, и любви мой островок
Страдает от усталости,
И в океан его смывает…
Глоток любви и снова я
Как мотылек лечу
На зов мерцающего света…
Любовью вновь напьюсь сполна,
Устало погашу свечу,
И затеряюсь в жизни, где-то…

 

Скажи...

Скажи, мой милый, дорогой,
Возможно, встретиться с тобой,
На грани лета… возможно… где-то…?

Но осень все дрожит порой,
Дождем и рыжею листвой…
Нал гладью времени реки осколки лета…

Иль нам уже с тобой не петь,
И под сиренью не сидеть,
Ушло все это без следа в осколки лета…?

И за закаты не успеть,
И в небо птицей не взлететь,
Сгорело все, лишь под ногами горы пепла…

Скажи, как встретиться с тобой,
Как развести беду рукой,
И днем, и ночью, на заре в тумане лета…?

Но только ветер в час ночной,
Кружит опавшею листвой,
Несет, несет за горизонт осколки лета…

Лишь отзовись и я пойму,
И близко я не подойду…
Из памяти как стер давно осколки лета…?

Я буду знать — ты жив, здоров,
Сотру тебя из вещих снов,
Лишь память бережно хранит осколки лета…

 

Жизнь устала

А жизнь... она устала жить,
И башмаки свои стоптала.
Ей молодой уже не быть,
И счастья ждать устала...
Жизнь больше не поет,
И смех ее уже не слышен.
И к краю гибели ведет
Старик Аид, в свое затишье...
Жизнь ... обреченно, не спеша
Бредет, никто не понукает.
С дырой в кармане — без гроша,
Прожив по совести, кто знает...
За столько лет рубцов не счесть
На теле, ну, а в сердце, паче.
Душа не продана за месть,
Ранима от добра — вот, та отдача...
Себя так щедро раздавала,
А раны... штопала потом,
То белыми, то черными латала,
Роняя слезы горькие тайком...
Бредет она и босы ноги,
А плечи... сгорбились дугой.
По той, несуществующей дороге,
Куда... и, где найдет покой...

 

***

Прощай, кричу я солнцу, не всходи,
Тепло твое меня уже не греет.
Мне стало все равно, что будет впереди.
И жизнь моя уже давно огарком тлеет.
Вот, только душу мне не рви, осенний ветер,
Срывай с берез пожухлую листву…
Повсюду ложь, обман на этом свете,
Измена и свобода вдруг — подруги…не пойму.
Дожди и лесть, от вас уже мне тошно,
От вашей слякоти, подобострастья, мокроты.
Мне веры бы частицу и надежды — невозможно,
Молчат угрюмые, заштопанные рты…
А лесть, вся скользкая, неслышно на коленях,
Ползком, вся извиваясь, словно змей,
Скользит по слякоти, купается в изменах,
Кричит беззубым ртом — на все забей!
И как поверить в то, что будет лучше,
Что где-то можно истину найти.
Когда от высших смрад становится все гуще,
И нам по их фекалиям идти…

 

Она медленно путь завершает…

Бьется раненой птицей печаль,
Свою грудь о стекло разбивая.
Продолжает сжиматься спираль,
И Она в злой зиме замерзает…

Кровь не греет, по венам стеклом,
Продвигаясь, свой путь расчищает.
И на тонком запястье, острым ножом,
Она медленно путь завершает…

Стонет жалобно птица: « Постой,
Залечить свои раны сумеешь!»
Но Она, улыбнувшись, подводит чертой:
«Сердце порвано, раны уже не заклеишь».

Сон неслышно туманит глаза,
Легкость тела— оно невесомо.
Словно, крылья несут в небеса,
Прочь от дома, печально-земного.

Крик отчаянья мир разрывает,
Не успели… палата… окно…
«Птица, милая, вот, как бывает-
Я летаю… с тобой… заодно…»

 

Устали оба

Устала я, устал и ты
ОТ наших встреч, и слов, и взглядов.
Исчезли миражи мечты,
А жизнь проходит мимо, рядом…
Так редко стала слышать я,
Твой голос, от которого я таю.
Себя ты отвыкаешь от меня,
И к этому уже я привыкаю…
Я для тебя — всего лишь друг,
Тогда, когда тебе так плохо.
Когда, устал, и ложь вокруг,
Меня ты ищешь, словно Бога.
Я для тебя — жилетка, плачь…
Весь негатив ко мне приносишь.
А время, для меня — палач,
Ты вместе с ним меня изводишь.
Твои слова… так сладок мед,
Но на устах — змеиным ядом.
И ждет в углу, прижавшись, ложь,
Чтоб прорости безумным садом.
Все понимаю… не глупа,
Как дальше жить…не понимаю.
Да, жизнь жестока… как волна
Бушует в океане… погибаю…

 

***

Жизни дороги — деревни, погосты,
Тополя часовыми стоят.
Все размерено, только не просто,
Слышать сердцем надрывный набат.
Слышать, как раздираем ветрами
Покосившийся дом молчалив.
Как незримою нитью за нами,
Память стелется, грусть затаив.
И пыльна, и черна путь-дорога,
В небесах отражается тень.
Отдохнуть, посидеть бы немного,
Но к закату близится день.
Близких меньше, все больше погосты,
До небес уж рукою подать.
Столько прожито, пройдены версты,
Все же, истины нам не познать.
Небеса, то смеются, то плачут,
Нам, ошибки прощая и грех.
Снова мчимся, хватаем удачу,
Глуп, и глупостью жив человек.

 

Душенька-душа

Спит усталая душа,
не буди,
Угасает тихо пульс,
посмотри.
Дней печальных череда,
сил уж нет,
Как ей справится с тоской,
где ответ?

Шаль из белых, зимних вьюг,
холодно,
А душа в заплатах вся,
надорвана.
За окном поля пусты…
вороны,
И дожить бы до весны,
долго ли?

На столе свеча в слезах,
плавится,
Видит грустный сон душа,
растворяется.
Распласталась птицей,
крылья белые,
И летит, как ангел, ввысь,
несмелая.

Прячет ночь осколки снов,
звездная.
И проснется ли душа …
обновленная?

 

Тревога

Что за смятение, что за тревога,
Дрожь во всем теле, озноб.
Ветра порывы судьбу у порога
Вновь закрывают на ржавый замок.
Вновь облетают цветы первоцвета,
Срок им не вышел дожить…
Иволгой плачет душа до рассвета,
Вместе уже нам не быть…
Звон колоколен ударом по сердцу,
Маятник стрелок затих.
Шепотом в парке, листвою — « Не верю»
Жизнь не прожить за двоих.
Кажется, будто стремительно в омут,
Но… падаю медленно вверх.
Ангел земной и небесные — стонут,
Ветра звучит истерический смех…
Как же смириться, тепла бы, согреться,
Только, озноб все сильней.
Стану я птицей, в окно буду биться,
Раненой птицей теней…

 

Сладок плен твоих оков

Посиди со мною рядом,
Нежно плечи мне укрой.
Там, за зимним, нашим садом,
Свет струится золотой.
Звезды по небу огнями,
Шлейф луны — вуаль тонка.
Прогони мои печали,
Будь со мною навсегда.
Руки ласково целуя,
Ты в глаза мне посмотри.
Лучше друга не найду я,
Хоть куда, лишь, позови.
Я теплом твоим согрета,
И не надо лишних слов.
Звуки музыки, либретто,
Сладок плен твоих оков.

 

Она не шла, она бежала...

Она не шла, Она бежала
По жизни, к солнцу, к утренней заре.
И в этой скорости она пыталась,
Увидеть свет в сиреневой весне.
Вдыхать дожди и запах неба,
Испить всю синь его, до дна.
И ощутить весь холод снега,
Узнать, как зарождаются ветра.
Познать все таинства тоски осенней,
Себя увидеть в клине журавлей.
Познать любовь и чувств смятение,
И... от Него родить детей.
Она так торопилась, что забыла,
Подумать о себе и о душе.
Она так жить, так жить спешила,
Не знала — в жизни место есть беде.
Теперь над ней и дождь, и ветер,
И неба синь, и в звездах ночь.
И Ангел белый, тот, что светел,
А ОН... не в силах ей помочь.

 

Молодость, молодость

Ты где-то там, в рассвете утра,
Растаял в цвете яблонь, слив...
И сердце замерло, ни стука,
Меня навеки с милым разлучив.
Ушел ты тихо, не сказав ни слова,
А я в ответ не крикнула: " Вернись!"
Расстались мы — судьба сурова,
Да и в любви то, в общем, не клялись.
Была обида, злость и сожаленье,
Ночей бессонных плен и пустота.
И...писем ласковых твоих, нетленных,
Они на сердце, в памяти всегда.
Да, молодость— она так безрассудна,
И искра может в пламень обрасти...
Обид мы не прощали — это грустно,
А можно было нам любовь спасти.

 

***

Застала все-таки врасплох-
Бесшумны и легки ее шаги.
Не шелк на ней — чертополох,
А лик, что на полотнище Дали.
Непредсказуема она, не молода,
И утро вечера уже не мудренее.
Ведь ночь – бессонница, длинна,
Под утро, взгляд тускнеет…
И слышен скрип, а также — хруст,
Ох, пятна солнышка по телу…
Но я упряма, не сдаюсь,
И старость я встречаю смело!
Пусть тонут пряди в серебре,
Не век же быть им золотыми.
Но силы есть и на коне
В избу ворвусь я с молодыми!
Нет, я колен не преклоню,
И пусть не машет мне клюкою.
А наступившие года…я их ценю,
Ведь главное— 
В ладу прожить с собою.

 

Быть черным Ангелом мне суждено

Я — ангел черный, а не белый,
Быть белым мне не суждено.
Но и не трус— свободен, смелый,
Я встал с пеленок на крыло.

Пытался сам взлететь и падал,
Ломались крылья — хруст и боль.
Но я твердил — мужайся, надо,
И на осколки сыпал соль.

Взрослел я быстро, крылья тяжелели,
Но я взлетал, и солнцем был раним.
В глазах огонь — борьбой горели,
И... выстоял, непобедим!

Пушистых, белых не приемлю,
От их гламурности тошнит.
Напоминают мне гиену,
Что за чужой добычею бежит.

Пока взрослел, они смеялись,
Твердили, что не нужен я.
В любви людской они купались,
А грязью вымазав меня.

Да, черный я, не белый,
Ведь мне подвластны мрак и ночь.
И от того сражаюсь смело-
У крыльев черных остр нож.

Когда-нибудь, на крыльях ночи
Я приземлюсь на лик земли.
ТОму, кто встретиться захочет,
Дам силы, мудрость для борьбы.

Сейчас... я рассекаю небо,
Не легким перышком, а лезвием крыла,
Там, на Земле еще я не был,
Но знаю, кто-то ждет меня…

 

© Любовь Некрасова, 2012

 


Количество просмотров: 1095