Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Художественная проза, Малая проза (рассказы, новеллы, очерки, эссе) / — в том числе по жанрам, Приключения, путешествия / Путешествия, познавательная, научно-популярная литература
© Кадыров В.В., 2010. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата публикации на сайте: 9 февраля 2012 года

Виктор Вагапович КАДЫРОВ

Приключения в Африке

Очерки о поездке в Южную Африку.

Публикуется по книге: Кадыров Виктор. Знаки неба. – Б.: Раритет, 2010. – 288 с., ил. Тираж 200 экз.

УДК 821.51
    ББК 84 Ки 7 – 8
    К 13
    ISBN 978-9967-424-82-1
    К 4702300100 – 10

 

ПРИКЛЮЧЕНИЯ В АФРИКЕ

Год назад, когда мы вернулись из Южной Америки, Сергей Дудашвили сказал мне с некоторым сожалением: «Я представлял себе джунгли Амазонки совсем по-другому! Я думал, это цветущий рай, в котором порхают тысячи попугаев и других ярких птиц, по веткам деревьев носятся стаи обезьян, а из глубины чащи слышен рев ягуара». Картина, нарисованная воображением, оказалась далека от действительности.

Джунгли Амазонии встретили нас болотной грязью, по которой мы с трудом пробирались, используя стволы поваленных деревьев в качестве настила; полчищами москитов, от укусов которых мы страдали даже спустя несколько недель после возвращения в Бишкек (места укусов превратились в незаживающие язвы); страхом тропической лихорадки и мрачностью непроходимых зарослей, жизнь в которых протекала где-то высоко над головами в кронах деревьев-гигантов. Внизу царил полумрак и зловещая тишина. Жить в таких местах опасно: ядовитые растения и насекомые, вездесущие термиты и кровососущие превращают дни и ночи в настоящий ад. Воды рек населены ужасными созданиями, которые норовят проникнуть в тело человека и грызть его изнутри. Я не говорю уже обо всем известных пираньях и аллигаторах. Да – это далеко не рай земной!

Африка же нас приятно удивила. Мы знали, что «черный» континент привлекает туристов в первую очередь своими национальными парками и животными. Но мы также слышали о браконьерах, незаконной добыче слоновой кости и рогов носорога. Мы ожидали увидеть жалкие резервации для зверей, влачащих унылое существование. В Республике Ботсвана, которая по территории почти в три раза больше Кыргызстана, а жителей в два с половиной раза меньше, мы поняли, что здесь властвуют исконные хозяева Африки – дикие животные. Если учесть, что основная часть людей живет в городах, то можно представить себе, какие огромные пространства занимает девственная природа в Ботсване.

Образ Африки в нашем сознании был неотделим от образа саванны, по которой бредут бесчисленные стада антилоп, зебр на фоне отдыхающих львов или семьи гепардов. И это ожидание оправдалось!

Небольшие лагеря для туристов, состоящие из 8-10 хижин, разбросаны по пустыне Калахари на сотни километров друг от друга. Сообщение между ними возможно лишь при помощи небольших самолетиков. В аэропорту городка Манн, в который мы прилетели из Йоханнесбурга, крупнейшего города в ЮАР, наша группа пересела в видавший виды шестиместный аппарат, подавший признаки жизни лишь с четвертой попытки пилота запустить двигатель. Полет на низко летящем аэроплане доставил нам массу удовольствия: прямо под нами шествовали слоны и жирафы, паслись стада буйволов и различных антилоп. Мы попали в Африку наших грез!

Первый же выезд на джипе в саванну привел нас в восторг: мы оказались среди диких животных! На просторных травяных плато мирно ходили антилопы гну, похожие на несуразных быков, которым приставили лошадиные тела; изящные антилопы спрингбоки, прыжки которых напоминали бег кенгуру; полные собственного достоинства мощные сернобыки, гордо несущие свои саблевидные рога. Между ними виднелись стаи страусов, семьи жирафов, кое-где отдыхали в траве хищники: черные шакалы, гепарды и величественные львы. Немногочисленные деревья саванны были сплошь увешаны огромными гнездами маленьких птичек-ткачей. На ветвях устроились причудливые птицы-носороги и жутковатого вида грифы. Ночью воздух был наполнен звоном цикад и диким хохотом гиен. Это была настоящая Африка.

Вечерами мы сидели вокруг костра в боме – месте, где ведутся неспешные беседы о дневных встречах с дикими животными и строятся планы на день грядущий. Над горизонтом сиял Южный Крест. Наш проводник лучом мощного фонарика указывал нам на звезды и называл созвездия. Звезды были близкими и сверкали словно алмазы, которыми богата Ботсвана.

Звери свободно гуляли по лагерю. Вот на кустике притаился зеленовато-желтый хамелеон. Его глаза вращаются в разные стороны – в поисках добычи или в случае опасности. Вокруг одной из палаток наутро обнаружились следы гиены, мощных клыков которой побаивается даже леопард! Гид терпеливо объясняет нам, что нельзя без его сопровождения покидать пределы палатки. Это Африка – здесь царство животных. Лев может устроиться на отдых под вашей хижиной, стоящей на сваях. «Посмотрите, вот следы его ночной охоты». Мы с уважением рассматриваем обглоданные кости жирафа и остатки пятнистой шкуры. Рядом лежит череп антилопы с загнутыми рогами.

Наша группа – пятеро человек, мы приехали в Африку в феврале. Это конец африканского лета. В Африке лето – влажный сезон, и пустыня Калахари поражает нас своим зеленым цветом. Каждый день идут проливные дожди, и саванна – сплошная степь с густой травой. Скоро наступит зима и прекратятся дожди. Калахари окрасится в желтый цвет, и там, где сейчас растут травы, будет песок.

Несмотря на влажный сезон, воду можно найти лишь в немногочисленных водоемах-оазисах. Возле источника растут деревья, и к нему ведут тропинки со всех сторон. Сверху кажется, что водоемы – это маленькие зеленые звезды с длинными желтыми лучиками троп.

Наш джип останавливается возле одного из таких озер. Небольшое стадо антилоп спешно покидает прибрежные заросли, завидев нашу машину. Берега озерка и воздух заполнены сотнями порхающих, сидящих и пьющих воду бабочек.

Внезапно наше внимание привлек топот копыт и трубные звуки. Мощный самец антилопы гну в ярости скачет по направлению к нашей группе. Он всем своим видом показывает нам, что не намерен отступать от своей цели – напиться из озерка. Возможно, он проделал многокилометровый путь, чтобы достичь этого источника. Самец антилопы кружит вокруг оазиса и возмущенно трубит. Мы решаем ехать дальше, чтобы не нарушать заведенный здесь порядок. Антилопа гну победно смотрит нам вслед.

Словно скалы возвышаются в траве острые пирамиды термитников. Мы уговорили проводника подойти к одному из них. В саванне категорически запрещено выходить из машины, потому что тогда опасность подвергнуться нападению диких зверей, ядовитых насекомых или пресмыкающихся многократно возрастает. Гид неохотно уступает нашим просьбам. Мы осторожно следуем за ним.

В саванне вся почва усеяна норами. В них живут земляные белки, симпатичные создания, которые используют свой пушистый хвост в качестве зонтика от палящих лучей солнца. Иногда мы замечали мангустов. Эти юркие небольшие хищники – гроза змей. На пути к термитнику в буше (кустарнике) мы обнаружили обглоданный мангустами скелет питона. Удав был длиною около четырех метров, и его белый остов виден был издалека. Я удивился: как могли столь маленькие зверьки справиться с таким монстром?

Еще один шаг, и мы вскрикнули от неожиданности. На кусте в ожидании добычи устроилась небольшая черная змея длиною чуть больше метра. Едва мы вытащили фотоаппараты, чтобы запечатлеть ее, как наш проводник, бушмен по имени Балипи, предостерег нас от приближения к пресмыкающемуся. Это была черная мамба – одна из самых опасных и ядовитых змей Африки. Ее укус приводит почти к мгновенной смерти человека. Яд, который она при этом впрыскивает, моментально парализует нервную систему и останавливает сердце – ведь его дозы хватило бы на сорок человек. При этом мамба очень быстрая змея, развивает скорость до 11 км/час, а в броске до 20 км/час! Мы с уважением держались от нее подальше. А через несколько километров прочь от колес нашего джипа в траву метнулась черная мамба длиною более трех метров. Глядя на это ужасное создание, я понял: прогулки по густой траве саванны – крайне опасное занятие!

И тут же я вспомнил свой первый день в Ботсване. Мы прилетели в лагерь в полдень, и нам объяснили, что в это время выезжать на сафари рано: все животные прячутся от дневного зноя в тени деревьев. Необходимо подождать до вечера, когда животные выйдут на открытые пространства.

Метрах в пятистах от своей хижины я заметил небольшое озерко, вокруг которого порхали яркие птички. Я решил вместо предписанного мне отдыха в хижине предпринять вылазку к озерку и пофотографировать прелестных пичужек. Так как была сиеста и все в лагере спали, включая наших проводников, то я покинул лагерь незамеченным.

Птички оказались действительно красивыми, похожими на райских мухоловок с длинными хвостами и хохолками. Они порхали вокруг воды словно бабочки и с удовольствием мне позировали. Лишь потом я узнал, что это озерко единственный водоем в округе и сюда наведываются на водопой не только птицы, но и звери, включая львов и гиен. И, испив воды, они частенько отдыхают тут же, в буше, поджидая добычу на ужин. Я мог оказаться тем самым лакомым кусочком. Я спрашивал позже у Балипи, нападают ли львы на людей. Он ответил, что, к сожалению, человек очень легкая добыча даже для старых хищников. Таких зверей-людоедов охотники стараются выследить и убить, потому что, отведав человека, они начинают целенаправленно охотиться на людей.

Теперь, увидев воочию черную мамбу, я подумал, что наши проводники предостерегают нас не ради красного словца – в Африке без гида лучше не покидать своего жилища!

Для бушмена саванна – дом родной. Он знает сотни съедобных и полезных растений. Они для него и пища и лекарство. Бушмен знает, ветви каких кустарников можно использовать, чтобы трением добыть огонь, из какого корнеплода можно получить воду, как искусно поставить силок на птицу, где взять яд, чтобы им напитать острия своих стрел и дротиков. Мы пробирались вслед за нашими проводниками-бушменами по саванне и поражались их знаниям окружающего мира. Они жили в гармонии с матерью Природой. Вытаскивая съедобный корнеплод, они тут же прикапывали сломанную от него веточку. Бушмены знали, она даст новое растение и их мир будет дальше существовать. Я вспоминал наш Иссык-Куль, груды мусора на пляжах, пластиковые пакеты и бутылки на дне озера и мечтал о том, чтобы и мои соотечественники так же бережно относились к нашей природе, как и бушмены к своей.

Нас удивляла профессиональная подготовка наших проводников. Они досконально знали историю своей страны и могли часами с упоением рассказывать нам о ней. Читали все встречающиеся нам на пути следы животных и птиц, могли различать их голоса. В совершенстве знали флору Африки. Нам было спокойно рядом с ними. Кроме того, африканцы были очень дружелюбны, они знали, что мы, туристы, поможем их стране стать богатой. И опять сравнение с Кыргызстаном было не в пользу нас.

Я ни разу не видел, чтобы кто-нибудь из африканских гидов употреблял хотя бы пиво. На мой вопрос Балипи ответил очень просто: «Я хочу достичь чего-нибудь в жизни. Те, кто пьет спиртные напитки, ничего не добиваются, а наоборот, теряют то, что у них есть».

Бушмены были искренни, как дети, и восхищались тем, что у нас можно найти себе жену по любви. У них необходимо платить выкуп за жен, иногда он достигает сорока коров, простому бушмену это не по плечу. Балипи огорченно вздыхал: в сорок два года он не в состоянии купить себе жену! Вот бы ему попасть в Кыргызстан! Ведь у Балипи есть свой собственный остров в дельте Окаванги, наверняка какая-нибудь киргизская девушка согласиться стать хозяйкой на нем!


Следующий лагерь, куда попала наша группа, был в самом сердце дельты реки Окаванго. Это самая большая дельта в мире: 22 тысячи квадратных километров болот, протоков и извилистых речных рукавов, заросших водяными лилиями и кувшинками, зарослями буша, среди которого возвышаются гиганты-баобабы. Наши хижины спрятались в зарослях на берегу одного из многочисленных озер. Неподалеку от лагеря в воде паслись несколько бегемотов. Утром мы нашли отпечатки огромных ног этих животных вокруг своей палатки. Гиппопотам при полутораметровой высоте в холке достигает четырех с половиной метров в длину и весит до четырех с половиной тонн! При этом может развить скорость 50 км в час. В Африке от нападений бегемотов погибает больше людей, чем от крокодилов и львов. Во время атаки гиппопотам использует свою массивную голову в качестве тарана. А его челюсти с полуметровыми резцами-бивнями сжимаются с силой механического пресса! В который раз мы убеждаемся, что покидать палатку ночью опасно для жизни!

Первый выезд на сафари подарил нам первое приключение: встреча с огромным слоном. Наш джип едва доставал до бивней старого самца. Он величественно плыл нам навстречу, не думая уступать дорогу. Проводник не имел права съехать с наезженной колеи – это запрещено правилами парка. Слон решил, что передвигаться по дороге проще, чем по густой траве. Так мы и двигались медленно навстречу друг другу. Сидеть в открытой машине и наблюдать, как на тебя надвигается многотонная махина, – зрелище не для слабонервных. Одного движения могучих бивней, казалось, было достаточно, чтобы смести нашу машину с пути слона. Гид явно нервничал и усиленно мигал фарами, рычал двигателем, чтобы испугать животное, но слон, по всей вероятности, был поглощен размышлениями о смысле жизни и не видел ничего вокруг. Он жевал жвачку и мерно покачивал огромными лопухами ушей в такт шагам. Наш проводник уже не знал, что предпринять – еще мгновение, и наша машина поехала бы назад, прочь от слона. Но тот вдруг очнулся от транса и в недоумении воззрился на нас. Слон встал как вкопанный и начал внимательно изучать нас. Он пробовал надвигаться на нас, но так как мы стояли на месте и грозно рычали двигателем, слепя глаза слону мощными фарами джипа, он опять замер в нерешительности. Видно было, что самец не привык никому уступать и тяжело размышлял, что ему делать с упрямой машиной. Наконец, мудрость почтенного возраста и опыт подсказали слону, что безопасней обойти это «чудище». Мы вздохнули с облегчением – путь был свободен.

Другая встреча, с более молодым слоном, протекала не столь мирно. Он бил машину своими бивнями, а когда она не поддалась, напал на нее, сжимая толстую ветку в хоботе. В конце концов мы решили пуститься наутек, и слон долго гнался за нами, трубя от ярости.

А возле молодого баобаба, в тени которого отдыхала львиная семья, наша машина провалилась в болото. Колеса ушли в топкую грязь по самые оси. Мы сидели в открытом кузове джипа, а в метрах десяти от нас на холмике устроился вожак львиного прайда. Его мощная темно-коричневая грива слегка колыхалась под дуновением ветерка, лев смотрел на нас сонными глазами. Заходящее за горизонт солнце окрасило его шерсть золотом и блестело маленькими звездочками в черных зрачках льва. Скоро наступят сумерки, и прайд очнется от дневной спячки – наступит время охоты. Несколько молодых львиц не спеша приблизились к вожаку и начали заигрывать с ним. Потом легли рядом и тоже уставились на нас. Мы молчали и не двигались, чтобы не привлекать внимание хищников. Пока они воспринимали людей и машину как единое целое, нам ничего не грозило. Стоит кому-нибудь покинуть джип, как он тут же превратится в объект охоты. Наш гид по рации вызвал другую машину. Мы переживали, как наши проводники закрепят буксировочный трос под неусыпным контролем львиной семейки. Но когда прибыли спасатели, наш гид показал чудеса акробатики, свесившись почти целиком за задний борт нашей машины и закрепив концы троса к буферам обоих машин. Перевели дух мы, лишь отъехав на значительное расстояние от баобаба и львиного прайда.

Вернулись мы спустя час, когда на саванну спустились вечерние сумерки. Наш глаз с трудом различал в густой траве отправившихся на охоту львов. Гид включил мощный фонарь, и вокруг вспыхнули зеленоватые звезды. В траве горели глаза хищников! К нашему сожалению, вскоре львы скрылись в непроходимом буше и мы не смогли следовать за ними.

Наша машина возвращалась в лагерь. Гид, сидевший на переднем сидении, светил фонарем по сторонам, и яркий луч выхватывал из мрака то застывшего на ветке дерева марабу, то высматривающего добычу филина, то осторожно пробирающуюся гиену. Ночью в саванне кипит своя таинственная жизнь. Слышится рык льва, крики пойманной жертвы, зловещий хохот гиен. Хорошо оказаться около уютного костра бомы рядом с товарищами и поделиться впечатлениями прошедшего дня. Неяркий свет костра освещает прибрежные заросли, из которых доносятся всплески и бормотания кормящегося бегемота. Это придает особую прелесть беседам у костра!

Река Чобе, возле которой был расположен наш третий лагерь в Ботсване, кишела гиппопотамами и крокодилами. Бегемот может играючи перекусить лодку пополам своими мощными челюстями и считается, наряду с буйволами, одним из самых опасных животных Африки. Когда о дно нашей лодки ударилась туша поднырнувшего гиппопотама, наш проводник побледнел и поспешил отвести лодку в сторону. Зрелище отдыхающих трехметровых крокодилов тоже не оставило нас равнодушными. Мы не сомневались, что встреча в воде с таким монстром ни к чему хорошему не приведет!

Вечером мы сидели как обычно в боме. Попивая кофе и нежась в тепле костра, мы наблюдали, как у небольшого водоема, расположенного неподалеку, словно серые тени, появлялись животные. Вот из темноты показался самец сернобыка с длинными саблями рогов. Крадучись, прошествовал черный шакал. Неясной серой массой выплыла из темных зарослей слониха. За ней, смешно ковыляя, следовал слоненок. На противоположном берегу, едва различимая в свете костра, во мраке обозначилась фигура еще одного слона. Самец явно осторожничал и не решался подойти к воде. Ради таких мгновений стоило приехать сюда, за тридевять земель, в Африку!

Следующий наш бросок был в Республику Замбию к величайшему чуду на земле – водопаду Виктория, расположенному на реке Замбези. Стоя возле него, окутанные с ног до головы сплошным туманом водяных брызг, и созерцая мощный водяной поток, обрушивающийся в гигантский разлом в земле, мы ясно представили, что чувствовал Давид Ливингстон, первый из европейцев увидевший это величественное зрелище и давший водопаду имя английской королевы. В пене бурлящей воды летела волшебная дуга радуги, а грохот падающей воды разносился на многие километры вокруг. Мы были счастливы. Мы плыли по Замбези и наблюдали пожар заката над его водами. В небе летали нескончаемые треугольники птиц, а в прибрежных зарослях гулко вздыхали гиппопотамы. В темнеющем небе светилась полная луна. В прибрежных зарослях вспыхнули яркие точки светлячков. Иногда их свет мерцал, словно кто-то передавал нам таинственную информацию азбукой Морзе. На берегу нас встречали улыбающиеся черные женщины, которые протягивали фигурки животных, искусно вырезанные их мужьями из дерева. Загадочная страна черного дерева и слоновой кости принимала нас в свои мягкие объятия.

В деревушке, неподалеку от нашего отеля, местные жители грустно жаловались нам на слонов и бабуинов, которые совершают опустошительные набеги на их посевы. А мы удивлялись, как они живут без электрического освещения в темных, низеньких жилищах. Счастливцы, обзаведшиеся женой, спешили обнести свой домик забором из камыша от посторонних взоров. Самый высокий забор возвышался в центре деревушки. Там обитал местный царек со своими многочисленными женами.

А в чаще бродили буйволы, поднимающие при нашем приближении свои страшные, увенчанные тяжелыми лунообразными рогами головы; грациозно ступали жирафы, испуганно наблюдающие за нами своими обрамленными длинными ресницами миндалевидными глазами; бесшумными тенями скользили пятнистые леопарды. На берегах рек сидели ибисы с длинными загнутыми клювами, считавшиеся священными в Древнем Египте, и дремали старые крокодилы, выставившие напоказ свои желтые полустертые клыки. Да, мы были в Африке, и нам было жаль ее покидать – мы только приподняли завесу тайны.

Африка наших грез останется в нашей памяти такой же манящей и дикой, какой и была до поездки на «черный» континент.

 

ЮЖНАЯ АФРИКА

Мыс Доброй Надежды – место, где встречаются два океана: Атлантический и Индийский; Столовая гора – визитная карточка города Кейптауна; и Кейптаунский порт, в котором, по словам известной песни, некогда «“Жаннетта” оправляла такелаж» – вот и все, что мне было известно о Южно-Африканской Республике. И вот я с друзьями в Йоханнесбурге, крупнейшем городе ЮАР.

Город возник в конце девятнадцатого века, когда в тех местах была обнаружена самая богатая золотая жила на планете. Отвалы из золотодобывающих шахт высятся посреди города, словно огромные холмы. Говорят, в них полно золота: раньше методы добычи благородного металла были не столь совершенны, как сейчас. Здесь расположена и самая глубокая шахта в мире – более трех тысяч метров.

Мы надеваем каски, оснащенные фонарями, и входим в старую клеть, прослужившую людям более века. Она спускает нас в одну из старых шахт на глубину 500 метров – ниже всё затоплено водой. Проходя по узким коридорам, мы представляем, как здесь работали люди. Недостаток света и воздуха, высокая температура и пыль, треск перфораторов и грохот взрывов – обычная атмосфера работы под землей. И постоянная опасность скопления горючих газов. В случае обрушения основного ствола шахты или другой опасности можно выбраться наверх по запасному ходу. В нем нет подъемника и надо самостоятельно одолеть тысячи ступеней до поверхности и спасительного воздуха. Надо ли говорить о том, что под землей работали в основном черные африканцы под присмотром белых.

Выбравшись из шахты, мы посещаем район, где живут черные – Суэто. Даже днем тут небезопасно находиться белым. Нам с гордостью показывают лачугу, в которой жил Нельсон Мандела – идейный лидер черных в борьбе с апартеидом, когда черным было позволено жить лишь в резервациях. В Йоханнесбурге есть церковь, которую Мандела и его соратники использовали в качестве места для проведения собраний – белые туда не рисковали заходить. Нам показывают оставшиеся на стенах отметины от пуль и гордость церкви – икону черной мадонны с таким же черненьким Иисусом-младенцем. Апартеид – самая ужасная вещь, которую придумало человечество, разделение по расам, отношение к людям другого цвета кожи как к неполноценным. Для черных и цветных были отдельные входы, многие места запрещалось посещать не белым гражданам, даже скамейки на улицах имели надписи, можно ли на них сидеть черным. В Йоханнесбурге существует музей апартеида, который рассказывает о тяжелой жизни в ЮАР до того, как рухнули оковы расизма и черные граждане добились равноправия.

Мандела до сих пор жив и почитаем в ЮАР. Его заслуга в том, что чернокожие африканцы сегодня управляют государством. В их руках политика и законодательная власть. Белым сегодня сложно найти работу в ЮАР. Для того чтобы открыть свое дело, необходимо иметь в соучредителях чернокожего. И совсем необязательно, чтобы он у вас работал! Платите ему отступные, и ваша фирма будет существовать!

Для того чтобы взять одного белого на работу, необходимо трудоустроить около десяти черных африканцев.

ЮАР была и есть самая развитая и богатая африканская республика. Но сейчас очень трудно поддерживать развитие крупных проектов или строительство новых дорог. Черные политики говорят: «Зачем нам такие дорогие проекты, давайте лучше построим для бедных побольше жилья». Так возникают ужасающие трущобы, в которых в маленьких лачугах-скворечниках ютятся многодетные семьи африканцев. Там процветает криминал, проституция и наркомания. Сами же власти предпочитают держать такие районы за колючей проволокой. В ЮАР ограды с колючкой или битым стеклом – обычное дело. Но поток туристов не иссякает, ЮАР считается самой благополучной и безопасной страной в Южной Африке. Просто соблюдайте меры безопасности и не посещайте бедные районы.

В африканских странах больше тридцати процентов черного населения больны СПИДом. Практически все взрослое население заражено вирусом иммунодефицита. Здоровы лишь дети и старики. Поэтому работодатель, приняв на работу десять черных, к концу года имеет лишь семь-восемь. Остальные умирают.

В стране чувствуется напряжение между белым и черным населением. Черные имеют власть и делают политику, а в руках белых осталась собственность, в том числе вся промышленность и предприятия. Это еще одна заслуга Нельсона Манделы. Он настоял на том, чтобы собственность осталась неприкосновенной, хотя многие предлагали все национализировать. Теперь свободные черные граждане ЮАР трудятся на заводах и фабриках, принадлежащих белым. Но если бы собственность перешла к черным, то давно бы вся промышленность развалилась, как это случилось в других африканских странах.

ЮАР самая многонациональная страна в Африке: в ней 11 государственных языков! Я вспоминаю наши киргизские страсти по поводу государственного языка. Вот бы нашим политикам взять пример Южно-Африканской Республики! Кстати, ЮАР единственная страна на континенте, в которой никогда не было государственного переворота! Хотя в ней существовал апартеид и было движение за его свержение.

Мы едем в Преторию – столицу ЮАР. Она расположена неподалеку от Йоханнесбурга.

Видимо, не так много белых людей посещают Преторию – наша белокурая Ольга Губаева произвела настоящий фурор в одном из живописных парков, расположенном на вершине холма. Черные африканцы вставали в очередь, чтобы сфотографироваться рядом с блондинкой. Я пошутил: пора Ольге требовать оплату.

На вершине другого холма, неподалеку от Претории, возвышается массивный памятник, напоминающий вавилонскую башню. Вкруг этого сооружения тянется цепь фургонов-барельефов. Подобным образом буры-переселенцы из Голландии создавали защитные укрепления во время походов через территории диких племен. Монумент воздвигнут в честь бурских переселенцев, возглавляемых Вильхельмусом Преториусом, которые в 1837 году здесь отражали нападение двенадцатитысячной армии племен зулусов. Буров было всего несколько десятков человек, включая женщин и детей. Переселенцев спасли фургоны, поставленные кольцом вокруг вершины холма, и бесстрашие защитников лагеря. Женщины мужественно сражались плечом к плечу с мужчинами. Дети помогали перезаряжать ружья. Преториус потерял всего лишь трех человек убитыми, зулусы – более трех тысяч воинов. Реку Икоме, протекающую неподалеку, с тех пор стали называть Блад-Ривер – Кровавая Река. Поселение, а затем и город, который заложили буры, получили имя Преториуса – Претория.

Растительность вокруг Йоханнесбурга и Претории напоминает среднюю полосу России. Обширные поля перемежаются рощами эвкалиптов, похожих на вербы. Лишь живые изгороди из кактусов-опунций и агав говорят о том, что мы в Африке. На огороженных участках прогуливаются стада страусов, на полях работают черные африканцы.

Аня, наш гид, бывшая москвичка, говорит, что тоже видит схожесть местных ландшафтов с Россией. Пятнадцать лет назад она с мужем покинула родину в поисках лучшей жизни. Южно-Африканская Республика стала ее домом. Аня хорошо знает историю и культуру страны. Она училась на гида и прочитала массу книг и документов по этой теме. Аня может часами рассказывать о ЮАР. Ее дети – настоящие африканеры: Россия всего лишь родина их матери.

Жили мы не в пыльном городе Йоханнесбурге, а в обширном имении неподалеку. Там был лодж с несколькими уютными гостевыми домиками, плавательным бассейном и теннисным кортом. Вокруг теснились невысокие холмы, кое-где поросшие рощами эвкалиптов. На открытых пространствах паслись страусы, в загоне ползали большие черепахи, а на ветках деревьев порхали разноцветные пичуги.

Владельцы этого райского места – выходцы из Канады. Родственники ежегодно приезжают погостить к ним и помочь в ведении хозяйства. Бывшие канадцы считают себя африканцами, говорят на местных языках, знают культуру и историю страны.

Аня показывает нам рукотворное чудо – город Сан-Сити. Он расположен на краю гигантского кратера в 150 километрах на северо-запад от Претории. Внутри кратера древнего вулкана, действовавшего более миллиона лет назад, создан национальный парк Пиланесберг. В нем свободно живут носороги, слоны, жирафы, зебры и другие африканские животные. Более 30 видов млекопитающих, 350 видов птиц и 65 видов рептилий. Это Африка в миниатюре. Парк занимает площадь в 530 квадратных километров.

На южном участке этого кратера и был создан город развлечений Сан-Сити. Там есть казино, рестораны, пятизвездочные отели, искусственные озера, в которых создается океанская волна, в естественных пещерах оборудованы концертные залы. Там можно найти Затерянный город, в котором мост сотрясается от рукотворного землетрясения, руины Великого Зимбабве, таинственного города, прячущегося в джунглях, пройти по висячему мосту над большим водопадом, скрытым в непроходимых джунглях. В Сан-Сити любят бывать Клифф Ричард, Элтон Джон, Мик Джаггер и другие знаменитости.

Убранство отелей поразило нас своей роскошью. Вычурные кресла, оббитые шерстью зебры, огромные потолки, держащиеся на колоннах в виде слоновьих бивней, скульптуры слонов и других животных в натуральную величину, выбитые прямо в скалах…

А вечером мы увидели буйство африканской природы. Разрывы молний озаряли лежащую во мраке местность и, казалось, вонзались в землю неподалеку от нашего гостевого дома. Стены жилища содрогались от оглушительного грома и ударной волны. Внезапно погас свет. Шквальный ветер гнул к земле деревья. В деревне на противоположном склоне холма тоже исчезло освещение. Мы с женой стояли в открытых дверях хижины и наблюдали за гигантским светопреставлением. Вспышки молнии следовали одна за другой. Взрывной волной сотрясало всю хижину и отдавалось где-то в сердце. Потом начался ливень, словно в небе открыли заслонку и на землю хлынул неистовый поток воды. Я подумал, что, вероятно, опасно быть рядом с тем местом, в который ударила молния. Ведь это миллионы вольт. Чуть позже я узнал, что одна из молний попала в здание, и погибли люди.

Рядом с Йоханнесбургом расположен Кимберли. Там когда-то был найден первый алмаз в Африке, а потом добыт самый крупный алмаз на земле – Куллинан. Он был весом в 3106 карат и был распилен на 8 крупных бриллиантов и 105 более мелких. Теперь они украшают корону и скипетр британской королевы.

Отправляясь в Африку, я думал, что жара будет нашим постоянным спутником. Я ошибся. В течение двадцати дней нашего путешествия по «черному» континенту погода была комфортной, а по утрам иногда и прохладной. Лишь последние дни, проведенные на самой южной оконечности африканского материка, были действительно жаркими.

Кейптаун встретил нас безоблачным небом и палящим солнцем.

В городе мы жили в гостевом доме, который держит чета бывших граждан Германии. Двадцать пять лет назад, путешествуя по Африке на машине, они попали сюда и решили больше не покидать этих мест. Они счастливы здесь, в Южной Африке.

Наш гид в Кейптауне – африканер Альберт, настоящий африканец, потомок буров. Но его жена Наташа – русская. Она также, как и Аня в Йоханнесбурге, не испытывает тяги к России. Здесь ее дом.

Мы стояли на вершине Столовой горы и смотрели с высоты 1100 метров на раскинувшийся у подножия город. Вот порт с неизменными цаплями кранов, рядом белоснежный вогнутый бублик стадиона, ожидающий начала мирового чемпионата по футболу. Над ним возвышается Сигнальный холм и виден дымок от выстреливших на нем ровно в поддень пушек. Чуть ближе к нам острая скала со звучным названием Львиная Голова, и россыпь домов в чаше между горами и прибрежьем океана. Это – Кейптаун – город на мысе. И мыс этот – Добрая Надежда, все наши помыслы о поездке на этот край земли, где встречаются два океана.

Мы едем по пустынной местности, заросшей невысоким кустарником и густой травой. С обеих сторон простирается гладь океана. Кое-где стоят белые кресты, отмечающие места крушения кораблей. Наш гид Альберт рассказывает истории, связанные с мысом Доброй Надежды, о бурах, англичанах, Ост-Индской компании. Он показывает нам знаменитые цветы протеи, разные виды которой растут на прибрежных скалах. Цветок протеи является национальным символом ЮАР и гордостью.

По вельду бредут стада бабуинов. Альберт предупреждает нас об опасности нападения этих животных. Они очень изобретательны, и у них мощные клыки. Стаи обезьян преграждают дорогу машинам и стараются стащить через открытые окна дамские сумочки. Они знают, что там всегда можно найти, чем полакомиться. Едва Альберт рассказал о дерзком поведении бабуинов, как за очередным поворотом дороги мы заметили скопление машин. Между ними с победным видом шествовал самец бабуин, таща в зубах красную женскую сумочку. Вокруг него радостно приплясывало несколько малышей, предвкушая поживу. Самец уселся на обочине дороги и принялся деловито потрошить сумку, выкидывая содержимое. В разные стороны полетели паспорта, документы, деньги – они мало интересовали обезьяну. Вот он обнаружил яблоко и банан. Самец положил их рядом с собой, а сумку, перевернув верх дном, начал безжалостно трясти, высыпая на землю остатки: расчески, губную помаду, бижутерию и кучу всякой всячины. Несчастная женщина, владелица сумочки, наблюдала за происходящим со слезами на глазах.

Малыши налетали на высыпавшиеся вещи и с криком убегали, найдя конфетку или печенье. Самец, последний раз внимательно осмотрев внутренности сумки, удовлетворенно зашвырнул ее в кусты. Машина с несчастной пассажиркой медленно наехала на лежащие на асфальте документы и деньги. Дверь приоткрылась и пассажиры, держа в поле зрения бабуинов, осторожно втаскивали в салон машины одну вещь за другой. Мы же двинулись дальше к оконечности мыса Доброй Надежды.

Дул сильный бриз, и, волны с грохотом разбивались о прибрежные камни и скалы, взрываясь тысячами водяных брызг. Чайки с криками носились над водой в поисках добычи.

Наша группа поднялась на высокий холм, на котором белой башней возвышался маяк. С него открывался вид на океанский простор, уходящий за горизонт. Здесь проходят суда, спешащие из Индии в Европу или Америку и обратно. К нашему удивлению, мы узнали, что на мысе Доброй Надежды не встречаются два океана. Здесь только Атлантический океан. Есть еще более южная точка Африки – мыс Игольный. Он расположен восточнее мыса Доброй Надежды и на значительном расстоянии от него. Мы решаем, что непременно туда попадем, хотя он и в стороне от нашего маршрута.

Через несколько дней, погуляв по темным проходам прекрасной пещеры в районе Кангу, богатым карстовыми полостями и насладившись видом грандиозных подземных колонн, заполнявших подземные залы пещеры со звучными именами, такими, например, как Кабинет Дьявола, Гробница, Расщелина Любви, Органный Зал, а также узнав, что в Африке живут пингвины и морские котики, мы, наконец, стояли на самой южной точке континента.

Именно здесь встречаются два океана. Один теплый и ласковый – Индийский, другой холодный и суровый – Атлантический. Воды океанов густо населены животным и растительным миром. Здесь рай для дайверов. Лишь многочисленные белые акулы ограничивают поток желающих спуститься здесь под воду.

Мы любовались игрой дельфинов и любовными играми китов в заливе Столовой горы, отдыхали вместе с жителями Кейптауна в Ботаническом саде, открытом для всех желающих посидеть на лужайке и пообщаться с природой, и провожали солнце, скрывающееся в океане, сидя на вершине холма между Головой Льва и Сигнальным холмом.

Уходящее светило окрасило воды океана в багровое расплавленное золото, в котором плыли рыбацкие шхуны и катера. На Голове Льва виднелись крошечные точечки: десятки людей совершали ежедневный священный ритуал – прощание с дневным светилом. Рано утром они будут участниками другого ритуала – поклонения восходящему солнцу. Вокруг нас цвели цветы, щебетали птицы, нам было хорошо и спокойно. Далеко на северо-востоке нас ждала наша родина – Кыргызстан. Мы любим наши горы и озера. Мы скучаем вдали от нашей земли. Но теперь в сердце поселилась еще одна грусть – зов далекой Африки. Возможно, мы никогда больше не попадем сюда – так коротка человеческая жизнь и столько новых мест хочется увидеть. Но внутри нас всегда будет жить радость – мы были здесь и прожили, пусть маленький и короткий, но полный приключений, открытий и встреч отрезок нашей жизни на «черном» континенте – в Южной Африке.

 

© Кадыров В.В., 2010

 

СКАЧАТЬ всю книгу «Знаки неба» в формате MS Word

 


Количество просмотров: 6895