Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Научные публикации, Педагогика, образование; наука как таковая
© Боконбаев К.Дж., 2009. Все права защищены
Статья публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата публикации на сайте: 12 июля 2011 года

Кулубек Джоомартович БОКОНБАЕВ

Концепция реформы науки Кыргызской республики

Наука Кыргызстана в тяжелейшем, близком к катастрофе положении. Этот факт признается всей научной общественностью. Вклад науки Кыргызстана в реальный сектор экономики, в научное обоснование экономических реформ и духовное развитие общества далеко не соответствует ее еще имеющемуся потенциалу… Как же можно реформировать отечественную науку?

Публикуется по книге: Боконбаев К.Дж. “И ВСЕ, ЧТО ЕСТЬ, ДАВНО УЖЕ БЫЛО…”. – Бишкек: КРСУ, 2009. – 294 с. Тираж 300 экз.

УДК 821.51
    ББК 84 Ки 7–4
    Б 78
    ISBN 978-9967-05-593-3
    Б 4702300400-09

Рецензенты:
    М.А. Рудов – професссор
    Т. Ишемкулов – Чрезвычайный и Полномочный Посол КР, заслуженный деятель культуры Кыргызской Республики

 

Преамбула

Наука Кыргызстана в тяжелейшем, близком к катастрофе положении. Этот факт признается всей научной общественностью. Вклад науки Кыргызстана в реальный сектор экономики, в научное обоснование экономических реформ и духовное развитие общества далеко не соответствует ее еще имеющемуся потенциалу. С сожалением приходится констатировать, что наука Кыргызстана не смогла стать мозговым центром прогрессивного социально-экономического преобразования нашей страны.

Глубокое институциональное реформирование науки жизненно важно и для нашего общества, и для самой науки.

В этом контексте можно только приветствовать решимость нового руководства страны дать, наконец, старт процессу реального реформирования науки с целью ее сохранения и развития.

Однако вспыхнувшие в связи с этим дискуссии сконцентрировались только вокруг Академии наук. В ходе дискуссии высказывались разные точки зрения, порой полярные: от упразднения Академии наук до слияния всех отраслевых НИИ в состав Академии. Издана брошюра “Материалы конкурса на лучший проект Концепции по модернизации академической науки” (Бишкек, 2005 г.). Конечно, “главный штаб науки” республики нуждается в институциональной реформе и, главное, в серьезной корректировке идеологии, концепции научных исследований. Но Академия – лишь часть, очень весомая, но часть науки Кыргызстана, и поэтому правильно, на мой взгляд, ставить вопрос о реформировании в целом всей науки Кыргызстана, то есть академической, вузовской, отраслевой.

В упомянутых Материалах содержится ряд конструктивных идей, предложений (академики И. Айтматов, В. Живоглядов и др.). Однако в Материалах конкурса (за исключением академика В.П. Живоглядова) не предложены организационные меры, инструменты реализации этих идей и предложений. Все проблемы, по существу, сводятся к финансовому и материально-техническому обеспечению – финансировать науку не менее 3% от ВВП.

Вместе с тем в республике имеется определенный опыт работы в новых условиях, приобретенный в процессе разработки и реализации международных проектов.

Организационным инструментом проведения единой, целостной государственной политики в сфере науки, механизмом, инструментом реформ, который запустит процесс преобразований и выхода науки из тупика, явится надведомственная государственная структура – Национальный фонд науки и технологий.

На первом съезде ученых Кыргызстана, прошедшем 29 сентября 2000 года, в выступлениях академиков Н.П. Лаверова, М.М. Миррахимова, члена-корреспондента К.Дж. Боконбаева как раз и предлагалось создать такой фонд, как это давно уже сделано в США, Китае, России и ряде других стран. Эта идея, в принципе, была поддержана бывшим президентом страны и отражена в резолюции съезда.

За два-три месяца до своего бегства из страны бывший президент республики, спустя почти пять лет (!), реализовал эту нашу идею, издав Указ о создании Республиканского фонда науки. Не все в этом документе хорошо проработано (испорчено на уровне исполнения), но принцип, на мой взгляд, верен.

На мой взгляд, только Фонд, задействовав финансовый механизм, сможет осуществить перестройку всей системы науки и добиться практической отдачи науки в экономику республики.

Прежде чем осветить основные принципы деятельности Фонда, целесообразно оценить текущее состояние науки республики (так сказать, стартовую позицию перед реформами), ее потенциал и возможности.

 

I. Текущее состояние, причины кризиса науки

Причины стагнации науки не только и не столько в недостаточном финансировании, сколько в архаичной структуре науки, в отжившей идеологии, концепции научных исследований и, как следствие, неэффективном использовании средств.

1. Проблемы финансирования, материально-технического обеспечения, эффективности науки 

Абсолютное большинство плачевное состояние науки объясняют недостаточным финансированием и необходимостью ежегодно выделять на нее не менее 3% ВВП. Очевидно, что в настоящее время наше государство не в состоянии выделять из бюджета, т.е. из кармана налогоплательщиков такую сумму. 3% ВВП на науку не в состоянии позволить себе даже Россия.

В научно-исследовательских учреждениях республики практически прекратилось финансирование научных исследований, требующих проведения лабораторных опытов, технологических и конструкторских экспериментов, экспедиций.

На протяжении около 20 лет в НИИ страны не обновлялся парк научных приборов и аппаратуры, без которых невозможно проведение исследований на современном уровне. Имеющийся парк морально и физически устарел, по меньшей мере, на 50 лет. Фактически все финансирование на науку “съедает” зарплата и поддержание инфраструктуры зданий.

Казалось бы, хроническая нехватка средств на проведение исследований должна была естественным образом стимулировать коренную перестройку системы науки, необходимость перегруппировки, концентрации сил и средств с тем, чтобы направить усилия ученых на получение результатов, актуальных для нашей страны. Но этого не произошло.

В республике законсервировалась архаичная, советская структура науки и принципы ее финансирования. Кыргызская наука по-прежнему разделена на академическую, вузовскую и отраслевую.

Таким образом, и без того скудное бюджетное финансирование распыляется на три ручейка, и по-прежнему де-факто финансируются не исследования, а научные учреждения, их штатная численность (прил. 1).

Наука Кыргызстана в основном ориентирована на так называемые фундаментальные, т.е. теоретические, а не на прикладные исследования, результатом которых становится практическое применение результатов разработок в различных отраслях экономики.

Очевидно, что финансирование социальной сферы напрямую связано с возможностями экономики. Также нельзя оспорить, что развитие экономики, и прогресс общества в целом связан с уровнем развития науки, техники и технологий. Точнее говоря, с тем, насколько знания становятся силой, насколько результаты научных исследований воплощаются на практике в реальный сектор экономики, развитие материальной и духовной культуры общества.

Приложение 1

ДЕЙСТВУЮЩАЯ СХЕМА
    финансирования науки в Кыргызской Республике

 

Каков вклад интеллектуальной (научной) элиты Кыргызстана в реальный сектор экономики республики в сложнейший процесс перехода республики от командно-административной экономики к рыночной?

Ежегодно на науку, в том числе на Академию наук, вузы, из бюджета выделяется 348886,1 тыс. сом. При таком малом финансировании в этих двух структурах выполнялось 2008 проектов! То есть, в среднем на каждый проект расходовалось за пять лет – 173748 сом., в год – 34749 сом., в месяц – 2895 сом.! При этом доля зарплаты – от 70 до 95%. Очевидно, что при такой системе финансирования ждать чего-либо существенного от науки не приходится. Как видно из отчетов, средства расходуются (80–85%) на так называемые фундаментальные науки. Какова же отдача от этих, пусть небольших, средств?

Вопреки утверждениям, что кризис науки связан с отсутствием финансирования, заявляется: учеными Академии только за последние пять лет предложено 200 разработок для практического использования в экономике республики (академик И. Айтматов, Р.Ю. Ернеев. Материалы конкурса. 2005 г.). Закономерен вопрос, если это так, то в чем причина невостребованности экономикой этих разработок? Не в институциональных ли проблемах, препятствующих внедрению перспективных проектов в экономику? Или проблема в том, что разработки ученых, как правило, завершаются на стадии лабораторных опытов и не получают продолжения в виде полупромышленных испытаний, оценки рентабельности и других необходимых для практического внедрения процедур. Скорее всего, и в том, и в другом, и в третьем…

Действительно, в Академии наук (наверно, и в других НИИ) за весь период деятельности есть наработки перспективных технологий для разных отраслей экономики. Ряд из них при определенных условиях можно было бы запустить в производство в ближайшее время. Проблема в том, что такие условия у нас отсутствовали в прошлом и не созданы в настоящем.

Анализ показывает, что за последние 15–20 лет наука республики не смогла предложить разработок, которые оказали бы сколько-нибудь существенное влияние на макроэкономическую политику и на реальный сектор экономики республики. Не было предложено практически осуществимых технологий, востребованных бизнес-структурами.

Если бы за эти годы хотя бы 10% от финансирования направлялось на крупные проекты прикладного значения (различные технологические, инженерные разработки), а такие наработки есть, у нас уже работало бы два-три предприятия, принося хорошую прибыль.

2. Кадровый потенциал науки

Средний возраст кандидатов наук – творчески наиболее дееспособной части, “чернорабочих” науки – достиг 60 лет, докторов наук – перевалил за 60 лет, а академиков и членов-корреспондентов – за 70 лет. Если принять во внимание неуклонно снижающийся уровень знаний в школах и вузах республики, девальвацию научных степеней и званий, то ситуация с будущим, и не только науки, становится опасной. В вузах республики (за некоторыми исключениями) из школьников со знаниями чуть выше начального образования готовят специалистов с уровнем знаний чуть выше нормальной средней школы, а из “лучших” выпускников – кандидатов наук уровня бакалавра.

Произошел массовый отток ученых и специалистов. Так, если в 1987 году научных работников в АН было 1548, то в 2004 году осталось 819. Однако последняя цифра, вызывает сомнения и вопросы. Дело в том, что многие ученые перешли на постоянную работу в другие учреждения (вузы, техникумы и др.), а в АН лишь числятся по совместительству.

3. Менеджмент науки

Поскольку общество (налогоплательщики), осознавая значение науки для развития материальной и духовной культуры, через правительство, парламент финансирует научные исследования, оно имеет право не только знать о достижениях, но и требовать отчета о результатах деятельности. Такая обратная связь, как наука – производство – наука в результате адаптации (самоорганизации) науки к рыночным условиям органично свойственна развитым странам с рыночной экономикой, поэтому они и достигли такого высокого технологического, а следовательно, и экономического уровня развития.

У нас же, как и в советские времена, нет настоящей отчетности и ответственности за израсходованные бюджетные средства перед финансирующим органом, т.е., в конечном счете, перед государством, налогоплательщиками.

Фактически ученые отчитываются сами перед собой. По завершении темы на ученом совете того или иного НИИ, состоящем из научных сотрудников этого же НИИ, заслушиваются научные отчеты и утверждаются. Финансирующий субъект: правительство, парламент, конечно же, не в состоянии оценить значимость того или иного исследования, особенно в области фундаментальных наук, и вынуждены полагаться на мнение того ученого совета, который утверждает и оценивает свои собственные исследования. Такая система отчетности консервирует принцип: государство в лице государственных чиновников ничего не понимает в науке (это в целом верно), а потому пусть государство нас финансирует, а мы, ученые, будем делать, то, что считаем правильным, то, что хотим . Хрестоматийной стала давняя шутка одного видного советского ученого-физика: “Мы удовлетворяем свое личное любопытство за счет государства”.

В развитых странах государственные служащие, бизнесмены тоже не ученые, но они имеют возможность на практике увидеть (пощупать руками) результаты НИР, материализованные в виде новых технологий в промышленности, сельском хозяйстве, медицине и др. Поэтому они заинтересованы в развитии науки, техники и технологий.

Надо сказать, что фундаментальная наука в масштабах Союза себя окупала. Так как в нескольких тысячах НИИ работало, наверное, несколько миллионов людей (точными данными я не располагаю), по-видимому, срабатывал принцип перехода количества в качество. В результате по ряду направлений осуществлялся технологический прорыв (оборонная промышленность). По-видимому, эти успехи позволяли ученому сообществу диктовать свои условия игры правительству СССР. Однако, сегодня большинство ученых России признают, что перекос фундаментальных исследований в ущерб прикладным стал причиной существенного отставания России в инновационных технологиях, обеспечивающих экономический рост. Россия сегодня вынуждена закупать технологии и технику за рубежом.

Очевидно, что наша республика не в состоянии далее позволять себе такую роскошь. Этого не могут себе позволить даже богатые страны. В финансово мощной и богатейшей человеческими (интеллектуальными) ресурсами России полным ходом идет реформирование науки, в том числе академической.

Что делать?

В республике предпринимались попытки разработать единую государственную политику в области науки.

Однако, к сожалению, все попытки реформирования не увенчались результатами по причине сопротивления ученого сообщества, прежде всего академического, которое не сумело адаптироваться к кардинально изменившимся условиям бытия.

Не проявило политической воли к реформе науки, или не захотело этого делать, и прежнее руководство республики. Потеряно время, около 15 лет, и в значительной степени утерян научный потенциал.

Большинство научных сотрудников понимают, что существующая ныне архаичная форма управления наукой и ее финансирования заводит науку в тупик, не способствует притоку молодежи. Однако, как показало время, само научное сообщество в силу ряда причин не в состоянии реформироваться само, изнутри: кроме как сделать косметический ремонт. Тем более, что руководство Академии, большинство академиков (их вполне устраивает нынешняя ситуация) и других научных структур открыто продемонстрировали свое неприятие самой идеи реформирования, исходящее от “крайних радикалов” в новом правительстве республики.

Мне представляется, что в сложившихся условиях осуществить реформу можно только “сверху”, посредством создания соответствующей ответственной государственной структуры, которая могла бы стать “локомотивом” подлинных, прогрессивных преобразований.

II. Концепция развития науки: стратегия, пути, цели, задачи

1. Стратегия сохранения и развития науки и технологий

Безусловно, будущее фундаментальной науки – в подлинной интеграции науки и образования. То есть вся фундаментальная наука должна быть сконцентрирована в вузах, как это на протяжении столетий принято в большинстве стран мира. При такой системе осуществляется непрерывный научно-педагогический процесс: передача существующих знаний студентам – получение новых знаний в процессе выполнения НИР в университете – передача новых знаний поколениям молодых ученых.

Академия наук как высшее государственное научное учреждение – это чисто российский феномен, впоследствии растиражированный в странах соцлагеря. Академии наук есть и в других странах, но они являются общественными объединениями выдающихся ученых, функционирующих на иных принципах и определяющих стратегические, долгосрочные задачи развития науки и общества.

Однако к этому будущему нужно идти без поспешности, шаг за шагом. Ситуация, как считает большинство ученых, такова: в Академии наук, некоторых отраслевых НИИ наука умирает, а в вузах еще не родилась или не встала на ноги. Нужен переходный период в 2–5 лет, за время которого, при желании и политической воле, можно запустить механизм самоорганизации науки и подготовить мыслящее по-новому молодое поколение ученых.

Также очевидно, что необходимо приложить усилия для сохранения и развития отраслевой науки, решающей задачи конкретной отрасли экономики (в развитых странах крупные корпорации, фирмы имеют свои НИИ и лаборатории).

Однако, для того чтобы решить эти сложные задачи, необходимы нестандартные (для нас) решения и пути. Не обязательно пытаться изобрести что-то совершенно новое. Вряд ли это можно сделать, ибо сотни лет мыслит человечество и развивается наука. Можно и нужно использовать опыт других стран, оказавшихся в разные периоды истории примерно в такой же ситуации: Япония, Китай, Южная Корея и др. (об этих путях ниже, в разделе цели и задачи).

Цель – сохранить науку Кыргызстана, и через повышение экономической эффективности научно-исследовательских разработок обеспечить их востребованность обществом; сформировать единое научное пространство.

Задачи

Объединить растекающиеся “ручейки” финансирования в одно русло и направить его не на содержание НИИ, а на финансирование крупных перспективных проектов на конкурсной основе, в том числе и в первую очередь, по государственным заказам с конкретной отдачей в экономику республики. На выполнение таких целевых, крупных проектов объединить усилия ученых и специалистов из разных ведомств: академии, вузов, других НИИ с привлечением специалистов-производственников. Как показывает опыт проведения международных проектов, уже сам механизм объявления и проведения конкурсов на выполнение таких проектов стимулирует самоорганизацию научного сообщества, объединение лучших специалистов.

Обеспечить безусловный приоритет прикладной науке, в первую очередь тем направлениям, от которых можно ожидать конкретного практического результата в виде внедрения в приоритетные для республики сферы экономики, например технологиям переработки сельскохозяйственного сырья, использования природных ресурсов республики и др.

Провести инвентаризацию результатов научно-исследовательских работ с целью выявления разработок, которые в ближайшей перспективе могут быть внедрены в народное хозяйство республики.

Импорт знаний и технологий. Принимая во внимание экономический, материально-технический, а также качественный и количественный научный потенциал республики, необходимо организовать системный импорт знаний и технологий из мирового научного пространства. Япония, Китай, Южная Корея, Индия и многие другие страны, в том числе США, Европа, выросли и растут именно на импорте знаний и технологий и сами становятся экспортерами. И у нас есть забытый ныне опыт. В свое время в этом направлении активно работали ныне покойные академики Захарьев, Алимов и др. и добились значительных успехов.

Создание технопарков при некоторых университетах, Академии наук.

Создание сети инкубаторов по отбору, подготовке талантливых молодых ученых по схеме: специализированная школа – университет – НИИ.

III. Организационная форма реформы науки и ее развития: Национальный фонд развития науки и технологий Кыргызской Республики

Организационным “локомотивом” реформы может послужить новая надведомственная структура – Национальный фонд развития науки и технологий Кыргызской Республики. Фонд, задействовав самый эффективный способ – финансовые рычаги, сможет реально запустить механизм реформ и автоматически стимулировать самоорганизацию науки, выход ее на качественно новый уровень. Известная мудрость древних: “Всякая жидкость приобретает форму сосуда, в которую залита”. Фонд – это новая форма управления наукой взамен закостеневшей, архаичной, не отвечающей ни требованиям времени, ни действительности нашей страны, и в контексте финансирования, и по кадровому потенциалу науки.

1. Финансирование (прил. 2).

Источники финансирования Фонда: госбюджет, отчисления от прибылей за внедренные в народное хозяйство научно-технические разработки, международные проекты, другие источники. Все бюджетные и небюджетные средства аккумулируются в Фонде.

2. Принципы деятельности Фонда

Фонд финансирует конкретные научно-технические проекты, опытно-конструкторские разработки на основе грантов, беспроцентных ссуд или льготного и другого кредитования.

На поддержку фундаментальных, поисковых исследований (для приращения знаний) в НАН КР, вузы предусматривается выделять 20–30% от общего финансирования на конкурсной основе (проценты ориентировочные, по годам они могут меняться).

Приложение 2

ПРЕДЛАГАЕМАЯ СХЕМА
    управления и финансирования науки в Кыргызской Республике

 

Все остальные средства направляются на прикладные разработки с прогнозируемым конечным результатом – внедрением в народное хозяйство.

При таком подходе финансирующий субъект (государство, правительство, парламент, отраслевые министерства и другие субъекты республики) получают возможность реальной оценки научных исследований по практическому результату (в том числе даже в денежном выражении) и, следовательно, целесообразности, полезности для общества израсходованных средств, т.е. механизм действенного контроля.

Научные же работники под грузом финансовой ответственности (особенно по ссудам, кредитам) будут предлагать проекты, имеющие практическую экономическую ценность, проекты, которые будут востребованы отраслями экономики. В конкурсах могут участвовать (даже желательно их привлекать) зарубежные специалисты из ведущих фирм мира.

3. Структура, принципы и порядок деятельности Фонда.

Аппарат Фонда на первом этапе 10–15 человек. Численность и средства на содержание аппарата можно изыскать за счет перераспределения штатов и средств НАН КР, Минобразования и науки без малейшего ущерба для них. Таким образом, дополнительного финансирования на содержание аппарата не потребуется. Аппарат Фонда не является бюрократической, чиновничьей структурой и не принимает решений (как госкомитет, министерство и др.), он лишь организует работу экспертных советов.

Основную работу Фонда по конкурсному отбору проектов осуществляют независимые экспертные советы по отраслям и направлениям науки и техники. Окончательное решение – за высшим экспертным советом Фонда.

Каждая заявка проходит многоэтапную, независимую экспертизу. Сначала ее рецензируют два-три эксперта, работающих независимо и анонимно. Результаты их работы и сами заявки обсуждаются секциями экспертных советов, состоящими из 8–10 специалистов. В случае сомнений в адекватности экспертных оценок заявки секция может отправить ее на повторную экспертизу другим экспертам.

Члены экспертных советов подбираются из числа ведущих ученых, инженеров, как правило не занимающих руководящие должности в учреждениях науки и образования, т.е. относительно независимых; а также компетентных представителей отраслей экономики. Для экспертизы крупных проектов привлекаются компетентные зарубежные ученые.

При организации экспертизы принимаются специальные меры борьбы с “конфликтом интересов”. Эксперты конкретного проекта должны быть из разных организаций, причем эксперт не должен работать в той организации, где будет выполняться проект. Экспертами не могут быть лица, которых связывают с исполнителями проекта родственные или служебные отношения, а также членами экспертных советов не могут быть руководители и заместители руководителей научных организаций.

Все эксперты и экспертные советы утверждаются сроком на два-три года, что гарантирует ротацию – систематическое обновление составов экспертов и экспертных советов.

Ежегодные научные и финансовые отчеты по продолжающимся проектам и итоговые отчеты по завершенным проектам также проходят экспертизу. Труд экспертов должен оплачиваться достаточно высокими гонорарами, но они не являются штатными сотрудниками.

При Фонде создается бизнес-центр, задача которого – реклама и маркетинг научно-технической продукции.

Ежегодно Фонд представляет Президенту и Правительству Кыргызской Республики отчет о своей деятельности. Кроме того, отчеты о работе должны заслушиваться также профильными комитетами ЖК.

Заключение

Сформулированное выше предложение имеет концептуальный характер и, конечно же, не претендует на развернутую программу действий по всем аспектам: какие направления науки, темы, проекты должны быть приоритетными. Это может сделать только научное сообщество в целом в теснейшем диалоге с правительством, деловыми кругами после всестороннего, глубокого обсуждения, предварительного проведения независимой экспертизы. Как раз такую работу и должен проводить Фонд. Главное же в предлагаемой мной Концепции, если она будет одобрена, это то, что заложенные в основу деятельности Фонда принципы станут инструментом (спусковым крючком), который запустит процесс самоорганизации системы науки, механизмом достижения целей и решения актуальных задач.

Детали системы отрегулируются в ходе процесса самоорганизации. В частности, потребуется создание новой правовой базы, корректировка законов: о науке, об интеллектуальной собственности, ряда других. Все это можно делать параллельно.

Еще в сентябре 2000 года, на Первом съезде ученых, академики Н.П. Лаверов, М.М. Миррахимов, член-корреспондент К.Дж. Боконбаев предлагали создать такой Фонд, как это давно уже сделано в России, Китае и ряде других стран.

Было бы целесообразно Указом Президента или Постановлением Правительства образовать Национальный фонд развития науки и технологий, который немедленно (так сказать, на марше) приступил бы к формированию новой государственной политики в науке, реализации основных изложенных выше принципов новой научной стратегии.

Полагаю, что дальнейшее затягивание реформы в такой важной для жизни любого современного общества сфере, как наука, губительно для будущего нашей страны.

 

К.Дж. Боконбаев,
    заслуженный деятель науки Кыргызской Республики, 
    член-корреспондент НАН КР, профессор

 


Количество просмотров: 6052