Новая литература Кыргызстана

Кыргызстандын жаңы адабияты

Посвящается памяти Чынгыза Торекуловича Айтматова
Крупнейшая электронная библиотека произведений отечественных авторов
Представлены произведения, созданные за годы независимости

Главная / Драматургия и киносценарии, Драматургия
© Абибилла Пазылов, 1993. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора
Не допускается тиражирование, воспроизведение текста или его фрагментов с целью коммерческого использования
Дата публикации на сайте: 3 мая 2011 года

Абибилла ПАЗЫЛОВ

Однажды в Бишкеке

(пьеса-рассказ)

Пьеса о любви и трагическом советском прошлом – Афганистане, несправедливом тюремном заключении… О наших современниках. Первая публикация.

 

Действующие лица:

ЧИРМАШ – 30-35 лет
АЛТЫНАЙ – жена Чирмаша
САЛИЯ – новая знакомая, девушкой ее любил Чирмаш
КАНАТ – человек, освободившийся из заключения, когда-то был сокурсником Чирмаша
МАКСАТБЕК – сокурсник Чирмаша
ИРИНА – жена Максатбека

В пьесе участвуют также солдат в форме Советской Армии, мать Чирмаша, помимо того, девушка и два джигита. Образы девушки и джигитов могут сыграть актриса и артисты, исполняющие роли Салии и Максатбека с Канатом. В роли матери Чирмаша может выступить актриса, играющая роль Алтынай. Действие происходит в наши дни в Бишкеке.

 

Действие первое 

Слышится грохот поезда дальнего следования. Удаляясь, поезд дает протяжный гудок и продолжает путь. Занавес медленно открывается. На сцене накрытый стол. На одном конце стола Чирмаш, на другом – Салия. Некоторое время сидят молча.

САЛИЯ Чирмаш, знаешь, в ваш дом я попала случайно.
ЧИРМАШ (поднимаясь с места). Сколько лет, сколько зим, а ты такая же красивая. О боже, не снится ли мне все это?
САЛИЯ Чирмаш.
ЧИРМАШ Салия! (бросаются в объятья друг другу)
САЛИЯ (высвобождаясь из объятий Чирмаша). Нет, нет, только не это. Вдруг увидят. Особенно твоя жена как бы чего не почуяла, Чирмаш.
ЧИРМАШ (протирает носовым платком очки, вытирает увлажнившиеся глаза). Да пусть хоть повесится! Ты моя первая любовь, Салия. Надо будет, всем объявлю.
САЛИЯ (растерянно). Нет, Чирмаш, не делай этого. (В сторону). Я боюсь превратностей судьбы. Уйду поскорее, исчезну!
ЧИРМАШ Салия!?
САЛИЯ Да, Чирмаш. У тебя прекрасная жена. Насколько я поняла из разговоров, у вас есть сын, который сейчас воспитывается у твоей матери. А я кто для вас? Может, ты когда-то и был влюблен в меня. Тогда мы были молодыми. А теперь я враг и тебе, и твоей семье.
ЧИРМАШ Да брось ты, ерунду городить?!
САЛИЯ Да-да. К тому же, дорогой, я тебя никогда не любила. Помнишь, как я заставляла тебя часами простаивать под моими окнами, как отнекивалась, когда ты приглашал меня в кино, как оставляла без ответа твои письма, полные признаний и любви?..
ЧИРМАШ (прерывает Салию). Помню. Я все помню. Мне кажется, что тогда я окончил не провинциальное учебное заведение, а Национальную Академию любви.
САЛИЯ Я часто бываю в Оше, ну, словно не тот город. Ни найдешь, ни встретишь подруг юности. Я чувствую там себя так неуютно, так одиноко.
ЧИРМАШ (будто не слышит Салию). Помню, когда нас повезли на уборку хлопка, мы со Сраждином преградили тебе дорогу и осыпали одним и тем же вопросом: «Кого из нас ты любишь?» А ты такая чистосердечная, такая наивная, сказала, как отрезала: «Сраждина». И я бросился бежать через хлопковое поле, бежал без оглядки. Бежал, задыхаясь, пока не упал, с заплетающимися ногами. Наверное, долго я лежал, пришел в себя, а рядом стоит Сраждин, широко улыбается. Потом он поднял меня с земли, помог отряхнуться и говорит: — Ладно. В знак нашей дружбы, на Салие женишься ты. Но запомни, в любых трудностях не бросай ее, береги нашу любимую?!»
САЛИЯ (кладет голову на грудь Чирмаша). Прошу, не надо. Не то я заплачу.
ЧИРМАШ (гладит Салию по волосам. Задумчиво ). Ты так больше и не увидела Сраждина?
САЛИЯ Оказывается, в год окончания учебы, осенью вы ушли в армию. Сраждин постоянно писал письма. Писал, мы с Чирмашем переписываемся, пишет ли он тебе. В свою очередь и ты сообщал, что переписываешься со Сраждином, и спрашивал, пишет ли он мне. Ишь, какие хитрецы думала я, хотят выведать тайны друг друга через меня. И ни словом не обмолвилась ни одному из вас о секрете другого. Потом вспыхнула афганская война, вас угнали в пекло, и я молила бога, чтобы он уберег вас обоих.
ЧИРМАШ Я встретился со Сраждином в самом Кабуле.
САЛИЯ (отрывает голову от груди Чирмаша). Неужели? Каким образом? (оглядываясь по сторонам). Что-то они не идут. А эта Ирина, жена твоего друга, русская?
ЧИРМАШ Да какое там русская. Блажь все это. Нареченное ее имя Ишенгюль. Характер у нее жуткий, если обидится, то – все, упрется и ни в какую. Наверное, успели догнать ее и умолить.
САЛИЯ Весь сыр-бор разгорелся, кажется, из-за шутки насчет двоеженства?
ЧИРМАШ Ревность – ее ахиллесова пята. Максатбек – бизнесмен, этакий герой нашего, постсоветского времени. Доллары у него водятся, и он бы охотно женился еще раз, взял бы себе вторую, по возможности, молодую жену. А Ирина, конечно, категорически не согласна. Держит его на коротком поводке. Дело так себе, житейское, Салия.
САЛИЯ Сказать честно, мне не совсем уютно среди вас. И угораздило же меня познакомиться с Канатом! Это правда, что он недавно вышел из заключения?
ЧИРМАШ Правда. Встретились после десяти лет. Канат отсидел срок и за нас с Максатбеком.
САЛИЯ Что ты мелешь, глупый?
ЧИРМАШ Давно это было, мы втроем попались за изнасилование.
САЛИЯ Не верю я в это. Прекрати свои шутки. Когда по телевидению ты запросто разделываешься со сложнейшими вопросами, я втайне горжусь и восхищаюсь тобой и думаю, что мой сокурсник – большой ученый, достигший умопомрачительных успехов. Да, кстати, Чирмаш, расскажи, как ты встретился со Сраждином?
ЧИРМАШ Сраждин… Сраждин… Мой бедный друг! Давай, Салия, помянем Сраждина? (собирается наливать водку).
САЛИЯ Я не пью, Чирмаш.
ЧИРМАШ (убирает руку от бутылки). Я тоже не особенно. А совсем бросить, силы-воли не хватает. Да, кстати, о Сраждине.
САЛИЯ (присаживается на стул). Слушаю тебя.
ЧИРМАШ Итак, перебросили наш батальон ночью на военном самолете в Кабул. Собрали нас на окраине города на пересечении узловых дорог, чтобы дальше совершить марш-бросок. Только начало светать. Вдруг земля задрожала от грохота невесть откуда появившейся танковой колонны. А танки все шли и шли мимо нас нескончаемой чередой. Со всех сторон неслись крики: «Откуда вы?», «Когда прибыли?». И среди этой суматохи вдруг один солдат спрыгнул с проходившего танка и прямиком ринулся ко мне. А я стоял в сторонке, оглушенный и онемевший.

(Сцена темнеет, слышен грохот танковой колонны. Солдат в танкистской форме тискает в объятьях еще молоденького, без очков, Чирмаша. Свет падает на Салияю).

ТАНКИСТ Земляк, когда прибыли из Союза?
ЧИРМАШ Сегодня.
ТАНКИСТ Ты узбек?
ЧИРМАШ Киргиз. Из Оша я.
ТАНКИСТ Из Оша? Да ты мой земляк, настоящий. Я – из Андижана. (Они обнимаются). Мы первыми вошли в Афганистан. Несколько раз в боях участвовали. Будь осторожен, земляк. Душманы озлоблены. К тому же мы не привыкли воевать в горных условиях. Потерь много… Так вот, прощай, земляк! Я зацеплюсь за этот танк. У нас тоже один ошский служит. От тебя привет передам. Сраждин его зовут.
ЧИРМАШ Сраждин? Где он?
ТАНКИСТ Что, ты знаком с ним? (удаляясь). Во-он, на передних танках. Видишь, с перевязанной бинтами головой. Догоняй! Беги скорей!
ЧИРМАШ Сраждин! Сражди-и-н!

(Бежит за танками. Шум и грохот нарастают, потом затихают. Сцена освещается. Чирмаш держит в одной руке очки, а другой – трет лоб. Пауза).

САЛИЯ (она давно поднялась с места, нетерпеливо). Ну! Догнал ты Сраждина?
ЧИРМАШ Откуда? Но я долго бежал. И слышал, как Сраждин кричал, «служи — не подведи!», «береги себя!», обрывками, как эхо, доносилось до меня: «Салия!», «Салия!», а дальше не понятно что. Потом он махнул рукой, вроде, стой, не беги. Оказывается, за мной бежал старшина с солдатами и кричал: «Назад!», «Назад!». Добежал до меня старшина, не может дух перевести и, спрашивает: «Что с тобой? Почему такой бледный?» Я и брякнул сквозь слезы: «Друга потерял, товарищ старшина!» Э-эх, и зачем только я так сказал!? До сих пор не могу себе простить.
САЛИЯ Сраждин сам говорил, у меня жизнь коротка, проживу больше двадцати или не проживу, не знаю. Я пыталась вытянуть у него, почему он так думает, а он невозмутимо отвечал, что в детстве ему так нагадала заезжая цыганка. Я принимала все это за его очередную шутку и, не придавала особого значения. Однажды, когда готовились к госэкзаменам, мы со Сраждином так разоткровенничались, и он вдруг говорит: «Салия, ты все ровно со мной счастлива не будешь. Лучше послушайся меня и выходи замуж за Чирмаша». Ты представляешь себе! Я так разревелась. Плачу, а он, бедняга, из жалости ко мне, тоже зарыдал. Поплакали вместе. (Незаметно вытирает слезы, старается крепиться). Ты от кого узнал о смерти Сраждина?
ЧИРМАШ О смерти? О гибели… Итак, в Афганистане за шесть месяцев отслужили армейскую службу, вылетели из Кабула в Ташкент. В Ташкенте я взял билет на Андижанский поезд и шел по вокзалу, вдруг слышу, кто-то окликает меня.

(Сцена темнеет, Входит солдат с громадным чемоданом. Свет падает на Салию).

ТАНКИСТ Земляк! Не узнаешь что ли? Помнишь окраину Кабула, танки? Я никогда не забываю человека, с которым встретился хоть один раз. Домой, земляк?
ЧИРМАШ (весело). Домой. «Отчизну отца Андижана» хочу, наконец, увидеть. В «Манасе» есть такие строки.
ТАНКИСТ Если Андижан – Отчизна отца-киргиза, то, считай, он непременно Отчизна деда-узбека, земляк. (Смеются).
ЧИРМАШ Да, кстати, земляк, Сраждин когда отслужит?
ТАНКИСТ Сраждин? Вай-вай, земляк, ты разве не слышал?
ЧИРМАШ (испуганно). О чем?
ТАНКИСТ (обнимает Чирмаша). Земляк, мы отдали невинную душу Сраждина Аллаху Всевышнему. Крепись, земляк! В тот день, когда встретились с тобой, наша часть вступила в бой. Сраждин погиб в том бою. Я был тяжело ранен и не смог сопровождать тело земляка. В Ош слетели русские ребята из Киргизии. (Слышен шум поезда, собирающегося отходить). Идем, земляк, как бы на поезд не опоздать. Я расскажу тебе о Сраждине по дороге, в спокойной обстановке. (Чирмаш бросается бежать куда-то. Танкист бежит за ним, волоча чемодан). Земляк, ты куда? Андижанский поезд уходит. Уйдет Андижанский поезд, говорю! Земляк, говорю?..

(Сцена темнеет. Пауза).

САЛИЯ О смерти Сраждина мне тоже парень-узбек сообщил. Написал по-узбекски теплыми словами письмо, вложил в конверт фотографию, найденную в кармане Сраждина, там мы втроем в Оше сфотографировались. На уголок белого листа капнул слезинку и написал: «Салияхан, Вы сильно не горюйте, за Вас мы здесь отгоревали». Письмо мне передала тайком ото всех моя сестренка, когда я приезжала к родным.
ЧИРМАШ Твоя сестренка похожа на тебя, как вылитая.
САЛИЯ Ты ее откуда знаешь?
ЧИРМАШ Я был у вас дома.
САЛИЯ (удивленно). Когда?
ЧИРМАШ Итак, сел я в Андижане на такси и помчался домой. Приезжаю, а дом на замке. В ногах валяется, виляет хвостом и жалобно скулит мой верный пес Кумайык. Почему-то и у соседей тишина. Я сунул таксисту кошелек со всеми оставшимися в нем мелочами. В придачу отдал армейскую фуражку с пятиконечной звездой и солдатский ремень. А таксист отказывается, говорит, своим братишкам подари. Дяденька, у меня нет ни братишек, ни сестричек. Я одинешенек, как вот этот Кумайык. Оказывается, моя мать, и соседи-родственники в тот день ходили на могилу отца, прочитать молитву в преддверии праздника Курман-айта. Весть о его гибели в автокатастрофе в этой сумятице не дошла до Афганистана. Я причитал и оплакивал отца, тогда вдруг мелькнуло в голове: «Матушка, у Вас будет невестка». Я думал о тебе, Салия. Я не знал, где расположено ваше село. Мне подсказали. Я не знал, где находится ваша улица. Мне показали. У меня от страха колени дрожали: ведь, возможно, у нее грозный отец и злющая мать. Но я решился и заглянул в ворота. А во дворе ты в атласном платье развешиваешь белье. От радости мурашки пробежали по всему телу.

(Сцена темнеет, входит девушка с засученными рукавами, держащая скрученную жгутом простыню).

ЧИРМАШ (тихо). Салия! (девушка не слышит. Громче). Салия!
ДЕВУШКА (испуганно). Кто Вам нужен?
ЧИРМАШ Салия! Здравствуй! Я тебя…
ДЕВУШКА Сестры нет. Сестра замуж вышла.
ЧИРМАШ Замуж вышла? А ты кто?
ДЕВУШКА Я ее младшая сестра.
ЧИРМАШ (растерянно). За кого? Когда вышла?
ДЕВУШКА О-о, давно. Даже приезжала к нам, родственников навестить.
ЧИРМАШ Родственников навестить… Почему не дождалась? Почему? (через некоторое время, собравшись с мыслями). Ты говоришь, младшая сестра? (делает шаг к девушке. Девушка пятится). Не бойся, сестричка… Я… Я… Спасибо!
ДЕВУШКА Не за что.
ЧИРМАШ Ладно, сестренка. Прощай! (резко поворачивается и уходит).
ДЕВУШКА Кто Вы будете? Что передать сестре? (в сторону). Рукой машет.

(В нерешительности в ответ машет свободной рукой. Сцена темнеет. Пауза).

САЛИЯ А потом тебя преследовали голопузые, босоногие сопляки, бросали в тебя комками земли, натравливали своих щенят, да? Было такое? (Хихикает). Ты говоришь так же красиво-эмоционально, как и раньше, кажется.
ЧИРМАШ (отвлеченно). Бреду я, шатаясь через поле, а тут ветер свищет, дождь проливной хлынул. Промок я насквозь, продрог, и вдруг ко мне за пазуху залетела маленькая пичужка. Совсем выбилась из сил, бедняжка. Только оперившимся птенчиком оказался, взлететь, наверное, вздумал из гнезда. Откуда ему было знать, что погода так резко переменится? Одним словом, укрылся я под большим деревом, обогрел пташку. А когда она ожила, встрепенулась, послюнявил я ее клювик, подружился с ней. Потом ветер стих, я посадил пташку на развесистую ветку, а сам догнал и уцепился за поезд-углевоз. И на протяжении всего пути поезд, казалось, выстукивал «Прощай, молодость!», «Прощай, любовь!» Протяжные паровозные гудки будто выворачивали мои внутренности, обжигали болью. (Они задумчиво ходят по сцене. Через некоторое время Чирмаш продолжает свой рассказ). Когда я в сумерках вернулся домой, мать во дворе ожидала меня.

(Сцена темнеет. Входит женщина в синей траурной одежде. Свет падает на Салию).

ЖЕНЩИНА Ты почему такой печальный, светик мой?
ЧИРМАШ Мама, моя любимая девушка убежала замуж.
ЖЕНЩИНА Так и должно было случиться, сынок. Ведь Салия любила Сраждина.
ЧИРМАШ Откуда тебе это известно, мама?
ЖЕНЩИНА Да будь она неладна, твоя мама! Ведь я спрятала от тебя письмо Салии. Вот оно! (вынимает из кармана бешмета лист бумаги и передает Чирмашу). Ты тогда уходил в армию и прощался с друзьями-товарищами. А тут как раз почтальон заявился с газетами и так улыбается, говорит, весточка от будущей снохи. Смотрю, и на самом деле, девичий почерк. Вот мой сыночек и взрослым стал, подумала я про себя, завтра ему отправляться на рубежи родины, народ защищать, а сегодня письмо от девушки получает… Хотела тебя тотчас обрадовать, да при товарищах не осмелилась. А назавтра забегалась-захлопоталась, провожала тебя, и совсем забыла о письме. Потом вспомнила, собралась переложить в новый конверт и отправить тебе на службу, да ненароком вскрыла и прочла… « Мы со Сраждином клятву друг другу дали. Так что ты зря не утруждай себя, не надейся, все равно ты сердцу мил не будешь» — настрочила в своем письме эта девица. Я своим глазам не поверила. И кто она такая, чтобы давать отвод моему родненькому? И чем мой сын хуже какого-то там Сраждина? Растили-пестовали мы его не хуже других. И здоровье отменное, и умом не обделен. Короче говоря, я долго в себя не могла прийти. Но твоему отцу ни словом не обмолвилась. И если бы ты не возвратился, как сегодня, совсем бледный, потерянный, я бы не показала тебе письмо, радость моя. Эта тайна так и ушла бы со мной в могилу.
ЧИРМАШ (рвет письмо на мелкие клочки и разбрасывает). Мама, прошу, не говори плохо о Сраждине? Мой неразлучный друг по педучилищу погиб в Афганистане.
ЖЕНЩИНА Неужто, сынок?! На муки горькие, что ли мы вас рожали? (вздымает руки к небу). О Всевышний творец, если ты не удовлетворился, забрав моего благоверного, то забери и мою душу, но не оставь без своих милостей моего ненаглядного! Не терзай грудь мою, не студи кровь в жилах! О Всевышний творец, выслушай обоими ушами горький плач горемычной рабы, как я! (впивается руками в свое лицо, рыдает навзрыд).
ЧИРМАШ Матушка моя… О, бедная матушка!..

(Женщина выходит. Сцена освещается. Салия целует Чирмаша в лоб).

ЧИРМАШ Да, я отправляла письмо. Но в письме я в одном солгала. Мы со Сраждином никогда не договаривались о женитьбе. Это все плод моей фантазии. (вздыхает). Потому, что я ценила Сраждина больше вас всех, я его безгранично любила. Ты это прекрасно знаешь.
ЧИРМАШ (кричит). Ложь!
САЛИЯ (кричит). Правда!
ЧИРМАШ Если это правда, то почему ты не ждала Сраждина?
САЛИЯ Не ждала? Что ты брешешь? Я клянусь перед тобой, самым близким другом Сраждина! Клянусь своей женской честью, своей будущей судьбой клянусь! Если бы на этом свете не было разнузданных мужчин, которые не то что не пожалеют девушку, а наоборот, не преминут беззастенчиво воспользоваться ее слабостью, я бы ждала Сраждина до тех пор, пока старость не согнула бы меня в дугу.

(Пауза).

Итак, меня направили в одну из школ в горном районе учительствовать в начальных классах. Знания, полученные в педучилище, я начала применять в жизни. В течение года я нормально отработала, ни в чем загвоздки не было. Все напасти начались на второй учебный год. Меня присмотрел один из бездельников, что только-только вернулись из армии, и подослал ко мне своих тетушек из числа учительниц. Я отвергла его. Откровенно сказала этим свахам: Простите меня, но есть человек, которому я посвящаю себя целиком. Я даже дала им прочесть письма Сраждина, показала фотографии, где мы снялись вместе. Бесполезно. Они перешли к прямым угрозам. До меня стали доходит слухи, как они грозились. «Умыкнем ее, ишь, нашлась божья угодница, не уважает обычаев предков». Но я не отчаивалась, думала. Среди людей все-таки живем, а не в джунглях, не пойдут же на подлость… Но все обернулось по другому… Однажды весной я повела свой класс к живописным холмам поодаль от аила, чтобы провести там урок природоведения. Вокруг меня шумела детвора, да и я сама, наверное, так увлеклась рассказом о красоте родной земли, что совсем не заметила, как в сторонке остановилась машина. Из машины вышли два выпивших джигита. Один из них был молодчик, что подсылал ко мне свах, а второго, усатого, я видела впервые.

(На сцене затемнение. Появляется Салия в красной косынке. На Чирмаша падает свет, из глубины сцены приближаются двое).

1-ый ДЖИГИТ (насмешливо). Ну-ну, красавица, Вы, как архар с вершины, здесь заблудились что ли?
САЛИЯ Извините, Вы мешаете мне вести урок?
1-ый ДЖИГИТ Ну-ну… Какие же такие уроки в пустом поле, дикой пустыне? Лучше скажите, что Вам надоели провонявшие классы? Мы восхищены наглядными уроками кокетства, как Вы, повязавшись алым платком, маните-притягиваете к себе холостых парней. Тополек мой в красной косынке!
САЛИЯ (собирается уйти в сторону). Простите…
1-ый ДЖИГИТ Прощаем… Прощаем… Прощаем, что Вы обманули молокососов, и вместо урока устроили прогулку. И, к тому же, мы, малограмотные, так жаждем Вашей учебы. (Показывает пальцем на второго джигита). Допустим, Вы сейчас не дадите моему другу небольшое пояснение о любви.
САЛИЯ Умаляю Вас, не говорите лишнее при учащихся?
1-ый ДЖИГИТ Учащиеся? Это не учащиеся. Это наши братишки и сестренки. Уважаемые учащиеся, Ваша учительница едет в гости. Вы не шумите и потихоньку расходитесь, на этом урок окончен! Чего рты разинули?
САЛИЯ Замолчи! Урок могу прекратить лишь я или бог.
1-ый ДЖИГИТ (развязно подступает к ней). Если так, то вот, бог перед тобой.
САЛИЯ На тебе! (дает пощечину).
1-ый ДЖИГИТ (протирает щеку, с досадой). Тьфу ты, мать твою, сука!.. (Набрасывается на второго джигита). Держи ее, растяпа, размазня! Я женюсь на этой сучке или ты женишься? Да если бы за это дело не взялся, вы чуть было не опозорились совсем. (Вдвоем скручивают руки Салие). Джигитов из нашего рода отвергает, понимаешь. Что из того, что у нее есть любимый по имени Сраждин? Ишь ты, какая! Да я твоего тамошнего «афгана»… Тащи ее в машину!..
САЛИЯ (вырывается). Пусти, дурак! Ученики плачут. Они перепугаются! Пусти!.. Дети, не бойтесь! Бегите к директору, бегите! О-ой, руку сломали! (Те, несмотря на крики Салии, волокут ее к машине. Ее голос удаляется). Дети, бегите в школу! (сцена освещается, Салия задумчиво смотрит вдаль. После паузы, хриплым голосом). Дети мои со всех ног бегут. Кто-то размахивает моей красной косынкой, сползшей с моих плеч, пока я сопротивлялась насильникам. А дети бегут… Родимые мои! Сейчас вы уже большие девушки, парни, наши преемники. Живите во здравии, этого я вам желаю. Я вас любила, как собственных детей. И вообще я люблю малых детей, они ведь как ангелы. Может быть, поэтому я прогневила бога. Не родила я. Какие только обряды не исполняла, каким только святым местам не поклонялась. Но ничто не принесло исцеления. Вот такая я несчастная, Чирмаш. Я развелась с первым мужем. Вышла за второго… за третьего. Наконец, я вышла за одного старикашку: у него старуху разбило параличом. Но меня не приняли ее придирчивые дочери, не прижилась я там. Как я подумаю, мое счастье кончилось вместе со Сраждином, Чирмаш.
ЧИРМАШ (кладет руку на плечо Салии). Не говори так. Ты ведь еще молодая. Интересные вы люди, деревенские, сами себе раньше времени старите.
САЛИЯ (снимает со своего плеча руку Чирмаша). Я приехала в Бишкек с единственной целью – найти ребенка для усыновления. Поможешь?
ЧИРМАШ Поищем. Есть Дом для брошенных младенцев.
САЛИЯ Если найду мальчика, назову его Сраждином. Девочка тоже годится. Я работаю сторожем в нашем сельском магазине. Моей зарплаты на двоих хватит. Держу дойную корову. Во дворе фрукты там разные, в огороде картошку, чеснок посадила… (Оба умолкают, словно заметили что-то). Они. (недовольно). Зовешь – не приходит, гонишь прочь – не уходит. Как в старинной присказке.

(Входят Алтынай, Ирина, Канат, Максатбек).

АЛТЫНАЙ Да что же это такое, Чирмаш? Ты бы хоть музыку поставил, развлек гостью? (оглядывает стол). И ничего совсем не пили?
МАКСАТБЕК (и в шутку, и всерьез). Вы ненароком не плакали? (Впивается взглядом сначала в Чирмаша, потом – в Салию). Помереть мне на месте, они давно знакомы. Я при первой же встрече заметил, как они оба одновременно покраснели. Ну-ка, Салия, посмотрите мне прямо в глаза! Не увиливайте! Вы Чирмаша когда-нибудь раньше, кроме как по телевизору — мы это уже слышали—  видели? Прямо, я сказал! Не отводите глаза!
ЧИРМАШ Об этом ты меня спроси. Мы с Салией давно знакомы. Салия даже…
САЛИЯ (порывается вперед, бледнеет). Чирмаш!
АЛТЫНАЙ Чике, иди-ка сюда! (Они вдвоем удаляются в сторону, остальные пьют, закусывают). Мы дело сделали. Успели по поводу понемногу выпить. (дышит в лицо Чирмашу). Пахнет. В голову ударило. Крепкий коньяк. Мы женим Каната на этой красавице.
ЧИРМАШ На Салие?
АЛТЫНАЙ Вроде так зовут ее. На Салие.
ЧИРМАШ (злится). Вы, оказывается, не Ирину искали, а Салию сватали?
АЛТЫНАЙ Да ну ее, эту Иру! Первый раз что ли? Не трать ты на нее нервишки?
ЧИРМАШ Нет, я против. Не достойно.
АЛТЫНАЙ Достойно— не достойно, они давненько без нас договорились. Сейчас мы быстренько перекусим и двинем в Сокулук, к старшей сестре Каната. Голубчик, это же настоящее событие— женитьба. Тебе, как одному из сватов, по обычаю, подарят рубашку, думаю.
ЧИРМАШ Значит, я со свадьбы Салии буду иметь рубашку!?
АЛТЫНАЙ А как же. Быть может, костюм достанется. Там видно будет. (Обращается к остальным). Споем что ли, гости наши? (Запевает, перемигивается с Ириной, Максатбеком, Канатом, чтобы те подали бокал Салие, затем подходит к застывшему в сторонке Чирмашу и приносит ему бокал. Чирмаш отнекивается).
ЧИРМАШ (злой). Я – против! Этому не бывать!
АЛТЫНАЙ Чике, ты, кажется, очень высоко ценишь своего друга-тюремщика.

(С двумя бокалами в руках, подкачиваясь в ритме танца, отходит в сторону. Все, кроме Чирмаша, поют и танцуют. Салия бросают взгляды на Чирмаша. На сцене темнеет).

 

Действие второе

Та же скромная обстановка, что была в первом действии. Алтынай и Ирина убирают со стола. Салия пристроилась у краешка стола, перелистывает журнал. В передней, ближней от зрителей стороне сцены разговаривают Чирмаш, Канат, Максатбек, временами прикладываясь к рюмкам.

МАКСАТБЕК (похлопывает Каната по спине). Канат, ты бы хоть вставлял словечко в разговор. А то молчишь, будто в рот воды набрал.
КАНАТ А что мне говорить. Ваши с Чирмашем научные споры для меня темный лес.
МАКСАТБЕК Вовсе не научные дебаты. Я сейчас далек от науки. Я же говорил, мы просчитываем варианты, как вернуть былую славу «Великому шелковому пути», который кормил наших предков. Кыргызстан небольшая, молодая страна. Но не совсем обездоленная. Сильным соседям нужны связи, пути сообщений. А концы нитей издревле были у нас в руках. Отсюда и вытекает философия нашего бизнеса. Мы в свое время довольствовались должностью инструктора райкома комсомола. Загубленное время! (усмехается. Пауза). У твоего друга Чирмаша, наверное, ты и сам заметил, в принципе судьба сложилась неплохо. Все же он мог давно кандидатскую защитить, да и докторскую мог бы одолеть. А то, как же без определенного социального положения человеку жить безбедно в столичном мегаполисе. Лапу сосать что ли? Между нами говоря, он законченный упрямец. Ему добро желаешь, а он нос воротит. (делает большой глоток из бокала). Кстати, ты вовремя получал наши письма и посылки? Только из-за нехватки средств мы не смогли приехать в Сибирь. Мы – твои пожизненные должники. А ты без остатка исполнил дружеский долг. (Все трое кладут друг другу на плечи руки). Чему быть, того не миновать. Насчет работы не беспокойся. Однако же ты бы хорошенько подумал, прежде чем жениться на этой женщине. Не спеши, свадьбу сыграем попозже. Чирмаш ведь не зря артачится. Друг говорит едко, враг говорит сладко.
КАНАТ (качает головой). Но мне страсть как хочется.
МАКСАТБЕК (разглядывает Салию). Эта женщина стоит страсти. Бывает третьяк, которого не променяешь на коня, бывает молодка, которую не променяешь на девочку, так ведь, Чирмаш? Что скажешь?
КАНАТ Да к тому же, она сама согласна. Зачем медлить?
ЧИРМАШ (залпом выпивает свой бокал, прерывисто). Салия сама согласна? Лжете. Я против!
МАКСАТБЕК (разозлился). Чирмаш, что ты как попугай, заладил одно и то же, и к месту, и не к месту. Будь добр, давай сначала уточним, вообще против кого или против чего ты против?
ЧИРМАШ Раз против, значит, против.
КАНАТ Что за дурная привычка, сразу цапаетесь, как уличные кошки. Ведь студентами дружными были?
МАКСАТБЕК Но ты же сам свидетель, ему все не так, ему все не нравится (после непродолжительной паузы, обиженно). Ты за что возненавидел меня, Чирмаш? Неужели за то, что я сегодня немного раскритиковал твое выступление по радио? Или по другой причине?
КАНАТ Кстати, какое радио, какое выступление? Я не пойму сути вашей перебранки.
ЧИРМАШ Я высказал по радио свое личное мнение. Иначе говоря, я старался доказать, что то влияние, которое оказала Октябрьская революция на развитие человечества, в том числе, на будущее кочевого, полукочевого нашего народа, нуждается в справедливом исследовании современных общественных наук.
МАКСАТБЕК А как же расцениваешь тогда мнение выдающихся ученых нашей эпохи, что Октябрьский переворот был крупнейшей ошибкой в истории человечества?
ЧИРМАШ Если выдающиеся ученые эпохи придерживаются подобного мнения, то я жажду разобраться в этом сам.
МАКСАТБЕК Если ты такой умный, то почему такой бедный? Ты хоть призадумался над этим?
ЧИРМАШ Из грязи в князи да!? Твое богатство не нажито честным трудом. (Их повышенные тона привлекают внимание остальных).
АЛТЫНАЙ Что за манера? Все в порядке? Ты не забыл, что хозяин дома? (забирает у Чирмаша бокал).
МАКСАТБЕК (разгорячаясь, выходит на середину). Твой социализм, Чирмаш…
ИРИНА (Пытается остановить Максатбека, забирает у него бокал). Тебе не надоела эта политика?
АЛТЫНАЙ (стараясь смягчить Максатбека). Ну, не сердись…
МАКСАТБЕК (вырывается, не слушается). Твой социализм – красивая, но бесплодная баба, что восхищает мужчин только своей внешностью!
АЛТЫНАЙ (обращая в шутку). А мы, рожавшие, выходит капитализм?
МАКСАТБЕК (Чирмашу). Ну как, понятно с твоим социализмом!?

(Салия и Канат встречаются взглядами. Салия резко отворачивается, плачет).

КАНАТ Салия! (приближается к ней). Салия, ты нас извини?

(Две женщины и Максатбек смущенно переглядываются. Во время паузы Алтынай берет у Каната и Ирины освободившиеся бокалы и относит на стол).

ИРИНА (Максатбеку). Разорался и гостью обидел! Сдается мне, нам, такому смирному народу больше бы подходил социализм.
САЛИЯ (вытирает глаза). Не обращайте на меня внимания. Я… я есть тот самый социализм, который вы так метко охарактеризовали.
АЛТЫНАЙ У Вас нет детей?
ИРИНА Ах, Вы несчастная!
МАКСАТБЕК (незаметно показывает Ирине кулак). Разве бездетность – порок, а наличие детей – панацея от всех бед? Ребенка и усыновить можно, если на то пошло. Я, например, приемный сын. Об этом Ирине стало известно из уст моих родителей. Не правда ли, Ирина?
КАНАТ Неужели из приемных детей получаются такие мудрые-премудрые люди, как ты?
МАКСАТБЕК В «последнем и решительном» бою приемные дети сажают в лужу мамкин сыночек.
ЧИРМАШ (Максатбеку). Эй, экс-коммунист, что дал плохого тебе и мне социализм, кроме хорошего?
МАКСАТБЕК Плохого говоришь? Тебе да?
ЧИРМАШ Ага, например, мне.
МАКСАТБЕК (делает всем успокоительный жест). Социализм не погладил тебя по головке. Заставил расстреливать единоверцев-мусульман в Афганистане, разрушать их города и села. А ну-ка, посчитай сам, скольких афганцев ты вынудил лить кровавые слезы, надев форму советского солдата? (Чирмаш шевелит губами, пытаясь что-то сказать). Подожди! И еще, ты в Афганистане потерял лучшего друга. Как его звали та? По южному. Ты все время его вспоминаешь…
ЧИРМАШ Сраждин.
МАКСАТБЕК Точно. Сраждин. Сраждина убил социализм, чтобы гореть ему в аду.
САЛИЯ Кто, Вы сказали, убил Сраждина?
МАКСАТБЕК Ой, Вы знали и Сраждина?
САЛИЯ Еще бы не знать… (одумавшись). Сраждином зовут моего сына.
МАКСАТБЕК (сначала кивает, не придав значения словам Салии, потом подскакивает на месте). Прошу прошения, Вы только что горевали, что у Вас нет детей. А каким же волшебным образом так зовут Вашего сына, который не существует вовсе?
САЛИЯ Так зовут моего сына? Кто сказал? Я говорю, Сраждином зовут моего отца. (Растерянно, пытаясь улыбаться). Когда папы состарятся, они, словно уподобляются малому дитю. Я его кормлю, пою. Стираю ему одежды. Глаз не спускаю. А он совсем по-детски обижается на меня, ни с того, ни с сего, понимаете …
МАКСАТБЕК То так зовут моего отца, то так зовут моего сына. Ладно, на чем я остановился? Мы к Вашему отцу, кстати, претензий не имеем.
САЛИЯ Пошел ты!..
МАКСАТБЕК (едва сдерживая себя). Ира, Алтынай, вы готовы? Поехали в Сокулук. Свежим воздухом подышим. А то уже о собственные слова спотыкаемся.
КАНАТ Поехали!
АЛТЫНАЙ Эй, минуточку! А посошок на дорожку? Не по-советскому получается, товарищи!? (разливает по бокалам спиртное, подает. Шепчет Чирмашу, ворчливо). Ты что, как сыч!? Шевелись, поддержи друзей!
МАКСАТБЕК «Давайте, парни всей Земли…». Споем нашу песенку, а потом дернем! (Все, кроме Чирмаша, хором поют. Максатбек поднимает свой бокал, Чирмашу). 
Раз, два, три,
Мы сильны.
Маркс, Ильич,
Путь светлый нам проложили! Ура, товарищи! (Все, кроме Чирмаша, выпивают. Максатбек ставит бокал на стол). В Сокулук! Гостья из Оша, вы тоже с нами!
САЛИЯ Что ты так разошелся? Будто в свой дом приглашаешь нас. Об этом Канат мне спозаранку говорил.
МАКСАТБЕК Великодушно извините?! (Отвешивает поклон в сторону Салии).
ЧИРМАШ Салия, в Сокулук не поедешь! (Все, а Максатбек целуя руки Салии, замирают, Алтынай и Ирина берут Чирмаша под мышки и пытаются что-то объяснить, однако Чирмаш вырывается). Не поедешь в Сокулук! Если поедешь в Сокулук, то родственники Каната накинут на тебе белый платок и сделают невесткой.
МАКСАТБЕК У-у, ублюдок! Алтынай, придется связать твоего мужа по ногам да по рукам и, сдать в психушку. (Алтынай и Ирина вцепились в Чирмаша).
ЧИРМАШ Умру, но Салию с вами не пущу!
МАКСАТБЕК (в некотором замешательстве). Друзья, спокойно! Чирмаш! Салия! Вы не морочьте нам головы, и, просто признайтесь, что вы знакомы?

(Пауза. Ирина, загадочно томная, выходит вперед).

Если взволнуется — море бьется об утес.
Час пробьет — воин на врага идет.
Настанет срок — созреет плод на ветке.
Я сердце свое порезал
Жизнью.
Так и истекает оно кровью.

Расставанье порождает новую тоску.
Вражда приводит к стычке, к бою.
Несть числа премудростям человеческим.
Я сердце свое порезал
Временем.
Так и истекает оно кровью.

Лишь только годы не знают передышки,
Кончается век, другой берет начало.
Незаметно подходит вечер, встает заря.
Я сердце свое порезал
Временем.
Так и истекает оно кровью.

Солнцу видны все тайны земные,
Окунает нас в свои лучи.
И уходит, даже не глянув мельком.
Я поранил сердце свое.
С тех пор
Так и истекает оно кровью*.

АЛТЫНАЙ Да, печальные мотивы. Однако они не имеют ни малейшего отношения к данному недоразумению.
САЛИЯ (Жалобно). Ну что вы ко мне пристали? Не знакомы мы.

(Выбегает, Алтынай и Ирина выходят за ней. Канат безуспешно пытается прикурить сигарету).

МАКСАТБЕК Эх, вы! Разве так поступают настоящие друзья, которые ничего не жалеют друг для друга? Чирмаш, не ожидал от тебя…
ЧИРМАШ (Отходит в сторону). Не подходи!
МАКСАТБЕК Может, она тебе понравилась?
ЧИРМАШ Ищи идиота в другом месте!
МАКСАТБЕК Тогда почему затеял игру в прятки? Не смешно. Я сыт по горло твоими несуразными выходками! (Опускается на стул, сжимает виски руками. Устанавливается мертвая тишина. Резко встает). Чирмаш, что бы ты делал, если бы Канат посчитал тебя неравным твоей любимой девушке? К тому же, мы в долгу перед Канатом.

(Выходят женщины).

ЧИРМАШ Я никому ничего не должен. А то, что у нас дурная репутация – это достойный сожаления результат вашей с Канатом горячности. 
КАНАТ (Отбрасывает сигарету). Я никому не вменяю в обязанность, что попал в тюрьму.
ИРИНА Девочки, старая песня, кажется. Коли так, то почему осудили лишь одного Каната?
МАКСАТБЕК Ты бы была счастлива, если меня тогда осудили. (задумчиво). Это запутанная история. В том году мы учились на четвертом курсе университета. С девчонками из младших курсов побывали на концерте, шумно распивали шампанское, разделившись на пары, под ручки дошли до женского общежития, а потом уже, веселые, возвращались на частную квартиру, где жили. Идем, а навстречу нам – две холенные городские красавицы со здоровенным кобелем на поводке. Когда мы с ними поравнялись, Канат, в шутку поддразнил собаку, а та загавкала. А девки в один голос на нас: «Бараны!» Нас словно до мозга костей пронзило. Не дав и рта раскрыть, Канат ударил ближайшую девочку кулаком по макушке. Я бросился ко второй, но та умчалась со всех ног. Поворачиваюсь, а Канат все еще избивает ту девушку, приговаривая: «Вот тебе, «бараны!», «Вот тебе, «бараны!» А та катается по земле и визжит.

(Сцена темнеет, слышны милицейские свистки. Чирмаш, Канат, Максатбек бегут. Свет падает на Алтынай, Салию, Ирину).

ЧИРМАШ (На бегу). Конец!
МАКСАТБЕК (Не расслышав). Что?
ЧИРМАШ Конец!
КАНАТ Что он говорит?
МАКСАТБЕК Конец! (Канат согласно кивает головой. После некоторой пробежки). Давайте, вон, в то укрытие!? (Останавливаются. Канат переводит дыхание). Во всем я виноват. Если поймают, скажите, что испугались, ну и побежали, а всему виной, мол, вот он, мы разнимали. Ладно?
МАКСАТБЕК Канат!?
ЧИРМАШ Не пойдет!
КАНАТ (Хватает Чирмаша за грудки). Чирмаш, ты к скандалу близко не причастен. Ты, наоборот, заступился за девку, два-три раза ударил меня по лицу, понял!? Обматерил меня последними словами. Ты разнимал, понял?! По-моему, и девка не станет этого отрицать.
МАКСАТБЕК Мы не вправе остаться в стороне.
ЧИРМАШ Кончайте разговоры! Валите все на меня! На самом деле, я начал.

(Трели милицейских свистков раздаются совсем рядом. Чирмаш, Канат, Максатбек бегут).

КАНАТ (На бегу). И никто не должен говорить по-иному. Я всю вину беру на себя. Теперь в рассыпную… (Сцена освещается. Чирмаш, Канат, Максатбек возвращаются на свои прежние места).
ИРИНА (недоверчиво). Выходит, обвинение в изнасиловании было взято с потолка?
МАКСАТБЕК Мы, видать, нарвались на дочку руководителя большего ранга. У таких советских боссов имелось безоткатное «телефонное право». Подмазали врачей, прокуроров, поднажали, и перевернули дело таким образом, что ахнули все свидетели и сидящие в тот день в зале суда. Не ответное противодействие на издевательство, даже не рядовое хулиганство, приведшее к телесному повреждению, а попытка к изнасилованию с применением грубой силы на почве национальной неприязни.
ИРИНА Сколько раз я слышала эту вашу сказку, и каждый раз вы ее снова и снова приукрашиваете.
МАКСАТБЕК Как говорится, всегда прав тот, у кого больше прав. Мы были молоды, бедны, не смогли что-то организовать в противовес. Чтобы искать поддержки, влиятельных родичей не оказалось. Вот и проводили Каната в дальние, суровые края, куда Царское правительство сослало акына Токтогула. Эх, была бы моя воля, я бы их самих затолкал за колючую проволоку!

(Сцена темнеет. Канат, заведенными за спину руками, обречено уставился в одну точку. Слышен грохот тюремных ворот. Чирмаш и Максатбек, убитые горем в один голос умоляют: Эй, тюремное начальство! Он – не виноват… Он – не националист… Поверьте! Освободите его! Виноваты – не мы… Националисты – не мы… Эй, тюремное начальство!
Железные ворота тюрьмы грохочут сильнее. Сцена на миг окунается в полную темноту, потом снова светлеет).

КАНАТ Кто старое помянет, тому глаз вон. Не все те, кто в тюрьме, – преступники, и не все преступники – в тюрьме. Давайте, радоваться жизнью! (оживляется). Друзья, в поезде Джалал-Абад – Бишкек я познакомился с Салией. А в Джалал-Абадскую тюрьму на короткое время попал после этапа из Иркутска в связи с развалом СССР. Познакомился и бесповоротно уверился, что ухватил свою птицу счастья. Салия говорит, ты мне напоминаешь парня моей первой любви. Я ей говорю, не могу представить себе девушку моей изначальной влюбленности. Вчера приехал в Бишкек и позвонил тебе Максатбек, но никто не берет трубку, а твоего точного адреса, Чирмаш, не знал. В гостиницу нас двоих, без свидетельства о браке не поселяют. Заплатили одному одинокому глухому старику за ночлег в его избушке, и какую бурную ночь провели!
САЛИЯ (Чувствует себя неловко). Канат, прошу тебя…
КАНАТ (Подхватывает Салию на руки, кружит ее, ставит на ноги). Салия, мы поженимся, золотце мое! Я тебе обязательно расскажу о своих товарищах по университету. (Чирмаш, сидевший в сторонке, покачнувшись, падает со стула).
АЛТЫНАЙ Чике! (Максатбек поддерживает Чирмаша, усаживает на стул. Ирина приносит воду и брызгает на лицо Чирмашу. Алтынай плачет). Чике, открой глаза! О господи, снились мне дурные сны неспроста. Ну, открой же глаза, Чике!
МАКСАТБЕК (Шутливо). Эй, социалист, открой глаза! Мировая революция еще впереди. (Обращаясь к Алтынай). Занесем – ка, его в спальню, уложим на кровать.

(Алтынай, Ирина, Максатбек уносят Чирмаша. Канат останавливает Салию, намеревавшуюся идти за ними).

КАНАТ Ты в педучилище с Чирмашем училась? (Салия всхлипывает, кивает головой). Один из друзей – Чирмаш? (Салия снова кивает). Почему сразу не сказала?
САЛИЯ Не знаю. Почему сразу не сказала, я и сама не знаю.
КАНАТ (В сторону). Встретились, называется!? (пауза). Идем, поехали!
САЛИЯ Никуда не поеду! Тут останусь. И вообще, Канат, забудь, мою легкомысленность?
КАНАТ Салия, нет смысла жить без тебя.
САЛИЯ Я отправлюсь назад, к себе.
КАНАТ Я поеду туда, куда и ты. Везде разыщу. (Входят Максатбек и Ирина).
МАКСАТБЕК Спасибо этому дому, пойдем другому.
КАНАТ Салия хочет остаться здесь.
МАКСАТБЕК Тайное становится явным. Мы еще выясним Ваши с Чирмашем отношения.
ИРИНА Ты опять обидишь Салию!
МАКСАТБЕК Не буду, не буду! До свидания, Салия!
КАНАТ До свидания!
ИРИНА До свидания! (Оглядываясь на сторону спальни). Алтынай, счастливо оставаться! Завтра созвонимся.

(Уходят. Канат замедляет шаги, но потом ускоряет. Салия ходит взад-вперед. Из спальни выходит Алтынай, держа тарелку с сухой арчевой веткой).

АЛТЫНАЙ (Внезапно, удивленно). Салия, ты все еще здесь?
САЛИЯ Я решила дождаться тебя, Алтынай. Чирмашу лучше.
АЛТЫНАЙ Не ходи туда. Лекарство дала. Уснул.
САЛИЯ (Обнимает Алтынай). Спасибо, Алтынай! Я уезжаю в Ош. Береги его?
АЛТЫНАЙ Кто же оставит больного мужа без присмотра.
САЛИЯ Прощай, Алтынай! (Уходит).
АЛТЫНАЙ Прощай, так прощай! (Одновременно уходит в другую сторону – в кухню, возвращается с дымящейся чашкой и начинает окуривать помещение). Алас, алас**, избавь от всяких бед, нас!? (Из спальни выходит Чирмаш, без очков, взлохмаченный). Прочь… прочь… Беды от нас отведи!
ЧИРМАШ Все ушли? Салия тоже ушла?
АЛТЫНАЙ Ушла. Красавица южная, никому не нужная! Как она зашла в дом, так у меня сердце екнуло. И друзей твоих не смогли принять, как следует. Под конец ты слег. Да чтобы она сдохла! Алас… Прочь…
ЧИРМАШ Куда, она сказала, поедет?
АЛТЫНАЙ Кто? Красавица с улицы? Ветром сдуло ее. Алас…
ЧИРМАШ Алтынай, Салия родит.
АЛТЫНАЙ (Удивленно). Ты еще не пришел в себя. А ну, наклони голову, хворь отгоню!? (Окуривает, идет дальше). Глаза так играют, непростая маркиза. Ты правильно заметил Чирмаш, да мы для такого красавчика, как Канат, другую невесту подберем… Алас… Прочь… И сыночек наш ночью приснился. Пожалуй, замучились они в аиле с матушкой, натосковались…
ЧИРМАШ Алтынай, ты как думаешь, Салия родит?
АЛТЫНАЙ (Продолжая окуривать комнату). Родит, еще как родит. Двойняшек может родить. Ты бы лучше лег, отдохнул.
ЧИРМАШ (Шатаясь, бродит по комнате, бормочет). Лучше бы мне не родиться… Лучше бы мне не родиться… (Хватается за голову, вдруг громко рыдает). Са-ли-я-аа!

(Сцена темнеет. Округу сотрясает грохот проходящего поезда дальнего следования. Поезд удаляется, дает протяжный гудок и продолжает свой размеренный ход. Занавес медленно закрывается).

-----------------------------------
* Подстрочный перевод стихотворения кыргызского поэта Джолона Мамытова.
** Знахарское заклинание, распространенное среди кыргызов с древних времен.

1993 г.

Конец

Перевод с кыргызского Марса Токтомушева и автора

 

© Абибилла Пазылов, 1993. Все права защищены
Произведение публикуется с разрешения автора

 


Количество просмотров: 1833